Он решил пойти к Двораку. Самого хозяина не было дома, но денежки наверняка были где-то припрятаны. Если не деньги, то ценности, которые наверняка кто-то купит.
Быстрым шагом он шел вверх по улице Жеромского. Однако по пути наткнулся на товарищей, предающихся веселью пития.
– Куба! А ты что, больше не наш? Зазнался, брезгуешь, не уважаешь? Подгребай к нам, не пожалеешь.
Он не мог отказать и отказаться. Половину бутылки он выпил сам. Потом вместе с товарищами прикладывался к чему-то еще. Чем больше алкоголя было у него в крови, тем больше ему хотелось, чтобы Хенрик Дворак пожалел о том, что «ва-а-аще… ну ва-а-аще приконсул… прикослун… короче… тронул» его Анну. Он хотел уничтожить их всех. Он не мог простить любимой, что у нее будет ребенок от другого.
Тут ему вспомнилась Элиза, и ему стало совсем плохо. Он сделал еще глоток – и теперь знал, что будет дальше. Он одним выстрелом убьет сразу двух зайцев: получит деньги для Элизы и избавится от людей, которые превратили его мир в ад.
38
История, которую рассказывал пан Анджей, становилась все более драматичной. Несмотря на наши просьбы, он не хотел рассказывать дальше.
– Всему свое время, – отделывался он от наших приставаний. – А ты хоть вообще кормишь этого Шимона? – Он ловко увел нас от темы. – Что-то, парень, похудал ты за последнее время.
– Не кормит, – засмеялся Шимон. – Но мы над этим работаем.
– Зося, у меня для тебя подарок, – улыбнулся пан Анджей.
– Что сегодня за день такой? Все делают мне подарки, а у меня день рождения только в августе.
– До августа еще столько всего может случиться, дорогая.
– Вы говорите как пани Стефания.
– Да, потому что мы думали одинаково.
Пан Анджей встал и направился на кухню. Принес оттуда старую книгу.
– Это тебе. Я думаю, что когда-то эта книга могла принадлежать Анне.
Я посмотрела на обложку – «365 обедов».
– Чверчакевичова! – обрадовалась я.
– Не могу поверить, что ты будешь готовить. – Шимон покачал головой и потянулся за книгой.
– А это мы еще посмотрим! – гордо воскликнула я, выхватив у него из рук подарок пана Анджея.
* * *
Следующий день был днем удивлений для Шимона. Когда он пришел, в кастрюле его ждал украинский борщ. На второе я запланировала отбивные.
– У тебя кто-то был? – спросил он, оглядываясь по сторонам. – Мама?
– Ты думаешь, что я совсем не умею готовить?
– Шучу. Умеешь. – Он улыбнулся, после чего съел первую ложку супа. – Вкусный! Через желудок к сердцу?
Я ничего не ответила. Я наверняка стремилась к этому сердцу. Могла даже заняться готовкой, хотя этого не любила.
* * *
После обеда мы отправились на прогулку. Я непременно хотела показать Шимону могилу, на которую однажды наткнулась в лесу. Я специально остановилась и отметила ее точкой на карте в моем телефоне. Я хотела к ней вернуться. У меня было смутное ощущение, что эта могила как-то связана с историей, рассказанной паном Анджеем.
Мы гуляли по лесу три часа, но могилу так и не нашли.
– Мне действительно кажется, что это где-то здесь, – сказала я. – Помню, могила была между двумя деревьями.
– Деревьев здесь немало, – многозначительно заметил Шимон.
Луна бегала среди деревьев и все обнюхивала.
Я была очень разочарована тем, что не нашла эту могилу. Но я точно помню, что видела ее: маленький, поросший травой бугорок, крест, увядшие цветы и лампадка.
Я шла опустив голову.
– Не грусти так. – Шимон попытался утешить меня. – Может, ты неточно отметила.
– Если бы я начала сходить с ума, ты бы заметил это – как врач?
– У меня совсем другая специальность! – засмеялся он. – Хотя с тем, чем я занимаюсь, связано немало безумств.
– Я серьезно говорю.
– И я серьезно… Ты живешь своим домом, историей, рассказанной паном Анджеем, и не можешь перестать думать об этом.
– И время от времени я вижу женщину в красном.
– А я практически каждый день вижу в зеленом, розовом и коричневом. Причем все снизу голые. Это говорит о том, что я сумасшедший?
Я вздохнула.
– Думаю, мне просто нужно лечь спать пораньше, – пожала я плечами. – Мы сделаем перерыв для пана Анджея.
– Ты плохо себя чувствуешь?
– Нет. Все в порядке. Последние дни дались мне очень тяжело, и я думаю, что мне нужно сбавить обороты.
– Может, и правда приляжешь? – Он обнял меня за плечо. – Я приготовлю тебе чай, накрою одеялом, разожгу камин. Ты столько сил потратила на уборку, что тебе нужно отдохнуть.
* * *
Через несколько мгновений я уже лежала в постели, прикрытая теплым одеялом. Шимон разжигал камин. Мне было хорошо. Рядом со мной лежал Руди и урчал, как маленький трактор, у кровати спала Луна, импозантный мужчина разводил огонь, а перед этим он подал мне чай с лимоном. Живут же некоторые!
Вот бы всегда так было.
– Я принесу еще дров. Если проснешься ночью и захочешь подбросить дровишек, тебе не придется ходить на улицу. – Он встал и вышел из дома. Через некоторое время я услышала звук топора и какие-то голоса. Наверняка кого-то встретил.
Он вернулся через несколько минут с растерянным выражением лица.
– Ты была права. – Он откинулся на спинку стула. – Я встретил эту твою женщину в красном.
Пораженная новостью, я села:
– Фу… А то я уж было подумала… Значит, она действительно существует!
Шимон пожал плечами.
– Ну, я не знаю. Может, и существует, но не уверен, что она нормальная.
– А что она сказала?
– Она сказала, что мы должны помнить, что это еще не конец этой истории.
– Какой?
– Не сказала.
– И что еще?
– Что главное теперь – найти могилу. А потом еще она сказала, что мы должны быть очень осторожны с огнем. Потому что в прошлом огонь был проклятием для этого дома.
– Шимон, мне страшно.
– Скажу честно, мне тоже как-то не по себе. И часто она тебя так преследует?
– Не знаю, подходит ли это слово. Это скорее я прохожу мимо нее иногда.
– Может, она где-то здесь живет?
– Не знаю.
– А еще мне показалось, что она беременна, – задумчиво произнес Шимон. – Я видел ее хоть и издалека, но все-таки взглядом профессионала. Но при этом не уверен. Хотя, может быть, мне стоило поинтересоваться?
– Так, все: я здесь не буду спать одна! – сказала я. – Ты остаешься со мной.
– Ты предлагаешь мне провести ночь вместе?
– Страстную ночь, – улыбнулась я.
– Очень?
– Очень, – без колебаний ответила я. Худшее во всем этом было то, что он шутил, а я как раз нет. Мне хотелось быть с ним все время. Когда я увидела, как он наклонился, чтобы подложить поленья в огонь, я поняла, что хочу видеть это каждый день.
– Только, знаешь, это нечестно: у меня есть твоя зубная щетка, а у тебя моей – нет.
– Уже есть, – улыбнулась я. – Сегодня купила.
– Правда? – спросил он, пораженный.
– А что мне оставалось делать? Я точно знала, что ты будешь ныть, если у тебя не будет щетки.
* * *
Я плохо спала той ночью. Каждую минуту просыпалась: мне казалось, что из камина выпадают горящие поленья. Днем не слышно, как шумит горящий огонь. Ночью меня будила каждая искра. Наконец я встала. Кочергой сгребла угли. Потом плеснула в камин стакан воды. Только когда огонь погас, я заснула.
Проснувшись, я увидела с одной стороны кота, а с другой – собаку. На столе стоял термос с чаем, тарелка с бутербродами, покрытая прозрачной пленкой, и записка:
Приятного аппетита. Оставляю тебе завтрак и Луну. Я пошел в клинику, буду днем. Обед принесу. Приятного дня. Если что нужно, напиши смс, я тебе перезвоню.
Ш.
P. S. Я взял с собой запасные ключи, поэтому дверь закрыта.
Слишком хорошо, чтобы поверить в это. Я позавтракала и уснула. Мне снился пожар. Вся комната была охвачена огнем, и я не могла выбраться из нее.
