Читаем без скачивания Ангел по имени 112 - Михаил Серегин

Он нажал на спуск, и коридор наполнился безостановочным грохотом выстрелов. Рой пуль проносился под самым потолком, с визгом высекая искры и осыпая коридор свинцовым дождем. Со стороны старика ответного огня не было, и Мачколян, воспользовавшись моментом, расстрелял из автомата расставленные по коридору фонари. Когда все погрузилось во мрак, они прекратили огонь и опять спрятались в комнате.

– Ну, теперь пора, – сказал Величко. – Второй номер – патроны! А ты, Грач, готовься. Граф уже готов. Парнишка на месте? Пойдете ползком – по моей команде. И не останавливайтесь, пока не найдете места побезопаснее.

Величко выдвинулся с пулеметом в коридор и, используя собачьи трупы как бруствер, принялся дырявить пространство перед собой короткими неприцельными очередями. Ему и самому не хотелось войти в историю в качестве эдакого Герострата, безжалостно уничтожившего пришельца из далекого прошлого. Сама мысль об этом вызывала у него что-то вроде мозговой зубной боли. Но позволить, чтобы этот самый пришелец уничтожил кого-то из друзей Величко, мальчишку или Графа – этого он тоже не мог. Ради их спасения он был готов и грех взять на душу, но лучше, если бы этот грех был непреднамеренным.

Со стороны противника никаких ответных действий не последовало. Пулемет Величко одиноко грохотал в темноте, вызывая у него неприятное чувство нереальности всего происходящего. Немного воодушевил его азартный шепот Мачколяна, который восторженно прошипел ему в ухо: «Все нормально, старик! Они уже ползут! Так держать!»

Величко и сам догадывался, что Грачев не будет терять времени даром. Но ему хотелось бы точно знать, насколько удачно идет отступление. К сожалению, в темноте разобраться в этом не было никакой возможности. Тогда он коротко крикнул Мачколяну:

– Рация! Уточни! И давай еще диск!

На время выстрелы смолкли. Пока Величко менял диск, Мачколян вызвал по рации Грачева. Он был предельно лаконичен.

– Что у вас? Прием.

Рация захрипела и голосом Грачева ответила:

– Ушли в боковой коридор. Все в порядке. Советую не задерживаться. Прием.

– Идем к вам. Отбой, – сказал Мачколян.

Он тронул за плечо Величко, который спугнул тишину еще одной короткой очередью из пулемета, и сказал: «Понял!»

Они стали медленно отползать назад. Наконец Мачколян не выдержал.

– И долго мы будем пятиться как раки? – недовольно пробурчал он. – Тихо ведь. Давай перебежками!

– Тогда бери эту дуру! – предложил Величко. – Я с такими тяжестями бегать не приучен.

Мачколян без слов отобрал у Величко «Дегтярева», сунул ему взамен три запасных диска и легко поднялся на ноги. Вскочил и Величко, у которого здорово полегчало на душе, когда появилась надежда, что все обойдется без человеческой крови.

– Рванули! – сказал он.

И тут действительно рвануло. Но прежде они услышали двойной металлический стук – будто кто-то приложился молотком о камень. Но ни Величко, ни Мачколян ни о каком молотке не подумали. Они разом, как по команде, плюхнулись обратно на пол и вжались в холодную бетонную поверхность так крепко, что у них заныли даже кости.

Гранаты взорвались одна за другой, обдав их горячим ветром, в котором жужжали металлические осколки. Глаза им запорошило пылью. На минуту они ослепли и оглохли.

– Ч-черт! – простонал Величко. – Кажется, меня задело!

– Ага, – сказал Мачколян. – Я сейчас.

И он принялся стрелять туда, откуда прилетели гранаты. В его могучих руках пулемет почти не дергался, и пули ложились довольно кучно. Величко понял, что товарищ не на шутку разозлился и готов на все.

– Не пережимай! – попросил он. – Я вроде живой.

Мачколян прекратил стрелять и зажег фонарь, прикрывая его своим огромным телом. С первого взгляда ему стало ясно, что рана, которую получил Величко, большой опасности не представляет, хотя крови из нее натекло прилично. Видимо, какой-то острый камешек рассек ему по касательной кожу на лбу.

– Жить будешь, – ободряюще сказал он Величко. – Но думать – никогда.

– Да я и не хочу, – простонал Величко. – Башка гудит, как колокол.

– Тогда пошли догонять ребят, – предложил Мачколян. – Слава богу, у деда силенок не хватает далеко кинуть. А сейчас я его отогнал еще дальше. Мы успеем.

Они опять поднялись и, пригибаясь, побежали прочь от опасного места. Но тут их ждала новая неприятность. «Лейтенант», кажется, и сам понял, что в данной ситуации гранаты использовать нерационально. По примеру Величко он просто начал обстреливать коридор из автомата. Огонь был довольно плотный и расчетливый. Друзья едва успели в очередной раз залечь.

– Упал – отжался, – прокомментировал Мачколян. – Занозистый попался дедок. Никак не хочет отпустить нас на дембель.

– Ему самому давно на дембель пора, деду этому, – болезненным тоном сказал Величко, безуспешно пытаясь остановить кровь, которая обильно текла по его лицу. – Впору министра обороны сюда вызывать. Больше этот старослужащий никому не поверит.

– Ага, и обязательно в парадном мундире, – поддакнул Мачколян. – Чтобы золотое шитье, иконостас, все как полагается. Думаешь, министр согласился бы?

– Еще бы, такой пиар! – невесело усмехнулся Величко. – Приказом министра обороны уволен в запас последний воин давно отгремевшей войны… Только все это мечты. Сматываться надо, Ашот!

– Я сматываюсь, – послушно сказал тот, опять начиная ползти задом. – Хотя это доставляет мне невыносимые физические и нравственные муки.

На какое-то время «лейтенант» прекратил стрельбу, и друзья сумели доползти до вожделенного поворота. Завернув за угол, они с огромным облегчением вскочили на ноги, и тут же их бурно, но молча приветствовал истосковавшийся Граф. Следом тут же подошли Грачев со Славиком. Грачев был очень озабочен.

– Самое разумное в нашем положении – подняться наверх, – сказал он. – Но с этим проблемы. Честно говоря, после всех этих пертурбаций у меня все в голове перемешалось. Я не очень представляю себе, где мы находимся и как сюда добирались. А здесь коридор с одной стороны заканчивается тупиком. Вернее, там дверь – массивная, металлическая. Возможно, взрывчаткой или пилой ее удалось бы взять, но где та пила?..

– Пилу я посеял, – признался Мачколян.

– К арсеналу теперь не подобраться, – продолжал размышлять вслух Грачев. – Перестреляет он нас как котят.

– А что там дальше по коридору? – спросил Величко.

– Ничего хорошего. Далеко мы не ходили. Рядом тут имеется шахта грузового лифта. Но кабина находится в положении «вира», и опустить ее нет никакой возможности. Немного подальше находятся какие-то технические помещения, двери открыты, но там все разбито и опрокинуто – не знаю, может, «лейтенант» постарался. Бывали же у него, наверное, плохие минуты, когда нужно было разрядиться. Одним словом, толку никакого. Может быть, еще дальше что-то будет, но я боюсь, что, двигаясь туда, мы можем ненароком выйти прямо на «лейтенанта» – уж он-то эти лабиринты знает как свои пять пальцев.

– Можно подумать, что у нас есть какой-то выбор, – мрачно сказал Величко. – А выбора-то у нас и нет. Мы должны использовать наше единственное реальное преимущество – скорость. Пока этот хранитель древностей до нас не доплелся. Стреляет он, между прочим, уверенно.

– Значит, пошли! – заключил Грачев. – Будем двигаться, пока во что-нибудь не упремся.

– Это мудро, – подтвердил Мачколян. – Вот даже исторический пример – Колумб тоже двигался, пока не уперся в Америку. Я всегда говорил, что Грач у нас – голова. Однако Колумбу поставили памятник…

– Не надо про памятник, – попросил Величко. – Лучше поговорим про что-нибудь веселое. Сколько, например, у нас осталось патронов, и когда сядут аккумуляторы… Нет желающих? Тогда вперед!

Слишком далеко им идти не пришлось. Через пятьдесят метров они уткнулись в тупик. Проход был заложен кирпичом. Судя по всему, стену выкладывал непрофессионал, но работу он выполнил старательно и с гарантией. Да и раствор был высококачественный.

– Уже не старичок ли наш постарался? – подозрительно спросил Мачколян, когда убедился, что вручную эту преграду сломать не удастся. – Замуровывался себе потихоньку…

– Какое это теперь имеет значение? – устало сказал Грачев. – Факт тот, что у нас теперь всего два варианта. Или возвращаться в простреливаемый коридор и искать выход там, или пытаться как-то опустить вниз кабину лифта. Возможно, тогда нам удалось бы подняться наверх по тросам.

– Весьма проблематично, – заявил Величко. – Может, лучше рискнуть? Вышлем диверсионную группу и возьмем нашего «лейтенанта» живьем?

– Ну, он-то нас брать живьем не будет, – напомнил Грачев. – Нота на этот счет уже была. И вообще, ребята, хватит стрельбы и прочих ковбойских штучек. Давайте вместе осмотрим шахту лифта, а если это дело дохлое – будем пробираться тем коридором. Больше у нас вариантов нет.