Вот вернулась группа, что отправилась на поиски его захоронки. Ха-ха, без его рюкзака, судя по их виду, найти его они так и не сумели, что радовало. Пусть так, но нагадить он им сумел. Спасибо здоровяку, что забил его до их возвращения, иначе бы за него более серьезно взялись.
Проводив взглядом направившихся на выход убийц, Саня только теперь понял, что не чувствует объятий смерти, холод его отпустил. Вот это его испугало, думал, что это его последние мгновения, умер, воспарил, посмотрел на своё мертвое тело и отправится на перерождение. Но не тут-то было! Никакого яркого света, никакого тоннеля, ангелов тоже не видать, как и духи предков не спешат его встречать.
Вертя головой, он наткнулся взглядом на… призрака, парившего у него за спиной в виде размытого человекообразного бело-серого облака. И от этого облака несло привычным холодом, похоже он не со смертью встречался, а от ударов здоровяка пролетал сквозь этого призрака, вот ему и чудились касания дамочки с косой.
— Ты кто? — Раз не умер… окончательно не умер, Саня попытался завязать разговор, чтобы узнать, что это тут такое происходит.
Но его вопрос неожиданно взбесил призрака, он невероятно громко заорал:
— Это мой дом!
И тут же последовал удар, окончательно отправляя Саню… нет, не в нокаут, в долгий-долгий полет.
* * *
— Арх, — очнулся я от нехватки воздуха и сумасшедше колотящегося сердца.
Стоило только отдышаться, как пришло понимание, больше никакого раздвоения личности не ощущается. Память окончательно в порядок пришла, хоть и несколько странно помнить две жизни, но теперь это мои жизни, мой опыт и мои знания, которые, впрочем, еще придется переварить и осознать.
А всё из-за того, что в этих знаниях были слишком большие отличия с миром Александра Мещерского, хотя было и немало совпадений. Но со всем этим буду потом разбираться, сейчас тело болит жуть как, да и голова чугунная, думать совсем не хочется. Ярко горит только одна мысль, о мести и о семье… теперь уже моей семье.
«Выжил еще кто-нибудь или нет? Нужно срочно в усадьбу вернуться».
— Ох, — стоило только пошевелиться, как шею и грудь особенно сильно прострелило болью.
Мало того, что рана зверски заболела, так еще и пролитая кровь, на теле застывшая, неприятно тянет и холодит. И одежда из-за нее же колом встала, что тоже комфорта не добавляет.
Одно хорошо, в отличие от Мещерского, меня — Тишиловича добить не успели, спасла отцова наука, которую он мне три последних года пытался преподавать. Это был тщательно скрываемый от всего мира секрет нашей вольной семьи. О котором, помимо нас, еще и старый князь Гаврилов знал, больше никто.
Вернее, никто не должен был знать, согласно договора нашей семьи с князем. Но откуда-то узнал еще и Панфилов. Ясно, что от князя, но я раньше думал, что слово княжеское как-то покрепче будет.
Ошиблись Тишиловичи! Не тому доверились.
— Я это исправлю! — лежа на земле и смотря в темное небо, еле слышно прошептал. — Клянусь.
[1]Домовой — искусственный интеллект для управления дома (иного объекта) или транспортного средства. «Мозгом» служит кристалл «Легас», который в 7521 от СМЗХ вырастил до этого никому неизвестный алхимик Легасов ЮрийНиколаевич. За это изобретение он в награду получил герб и право на образование Имперского Рода, став его родоначальником.
Глава 2
«Ну а теперь хватит валяться!» — мысленно скомандовал я сам себе.
Оно вроде и лето, погода радует, даже ночью тепло, но всё равно на земле валяться не дело. Не хватало, помимо ранения, вдобавок еще и нутро себе застудить. И так сейчас себя древней развалиной ощущаю. Больной древней развалиной.
— Ох, — вот так охая и ахая, всё же получилось на ноги подняться, хоть и шатало от слабости прилично. — Твари! Зря вы меня не добили! Придет время, ответите.
Злость хорошо помогала со слабостью бороться. А слабость бесила, попытался к магической энергии или силе — если по-местному, обратиться, и потерпел полное фиаско. Привычное вроде бы действие, а ощущение такое, будто контроль полностью в ноль упал. Но тут я понимаю почему, повезло что Мещерский и Тишилович были полностью магически истощены, а то черта с два бы у нас получилось слиться. В полный стакан из другого такого же ничего больше не нальешь. Но мы были пустые, вот и получилось у нас то, что получилось. Теперь по всем признакам и так немалый потенциал…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
«Стоп! Потенциал был у Мещерского, Тишилович слабаком был, при жизни даже до лекаря не факт что дорос бы. Ну и, судя по воспоминаниям, полное разочарование отца, который его за Грань ходить учил, он так и не смог самостоятельно туда шагнуть, как и не сумел и шагу сделать за Гранью, когда отец его туда затаскивал».
— Хитрый ты, Тишилович!
Только теперь до меня дошло, почему он всего себя Мещерскому отдал. Понимал, что шансов в противостоянии с тем у него не было никаких, но отомстить за сестренку и бабушку хотел, вот и повесил этот хомут более сильному на шею. Ну и, судя по теперешнему моему состоянию, он проиграв — победил. Ведь несмотря на то, что жизненного опыта больше было у Мещерского, себя я сейчас считаю именно Сашкой Тишиловичем. Но, Сашкой с жизненным опытом, характером и умениями именно Мещерского.
И похоже это еще не всё, помимо всего перечисленного, мой прошлый магический потенциал, с разными развитыми гранями, тоже этой тушке перепал. И даже вырос, если я правильно оценил то, что с моей энергетикой сейчас творится.
— Ну что ж, Тишилович так Тишилович!
То моё спонтанное решение и сейчас во мне никаких противоречий не вызывало. Я мог бы, помедитировав, отделить одного от другого, и снова полноценным Мещерским стать. Но это тело Тишиловича, знания об этом мире и сам мир тоже его, так что мне нетрудно будет выполнить его последнюю волю. За эту мелочь он мне прилично так облегчил дальнейшую жизнь, ведь паспорт он уже получил и мне не придется напрягаться, искать себе документы, чтобы влиться в местное общество. Значит даже в нынешнем моем состоянии мне почти весь этот мир открыт. Ну и ещё плюсы есть, в виде немалого такого наследства вольной семьи лекарей. Правда оно мне пока недоступно. Но так и не страшно, сначала работа, надеюсь с ней за год управлюсь, а вот потом и вознаграждение подоспеет.
Сунул руку во внутренний карман пиджака, вытащил оттуда бумажник, на ощупь вроде целый, только от крови липкий. Но то не страшно, паспорт и банковская карта с «карманными» деньгами пластиковые, наличные деньги тоже из пластиковой бумаги, так что даже если кровь внутрь попала, всё можно будет отмыть и дальше пользоваться. А вот лежащему в другом кармане коммуникатору не повезло, «водной плетью» его задело, так что на выброс.
Непослушными пальцами с трудом разобрал те запчасти, что от него остались, сумел извлечь чудом уцелевшую капсулу с биометрическим чипом — в паре с паспортом других доказательств того, что я — это я и не нужно. Остатки коммуникатора выбросил, капсулу в бумажник сунул и обратно в карман его определил. Основное целое и в наличии, а со всем остальным потом разбираться буду.
Осмотрелся по сторонам, и хоть в лесу сейчас темень, хоть глаз выколи, понимание куда нужно идти откуда-то изнутри пришло. Знания сами в голове всплыли: сейчас стою лицом в направлении Пертозера, а мне в другую сторону нужно, к Габозеру.
Развернулся в нужную сторону, чуть покрутил головой и точно определился, куда мне идти. Чуть правее нужно, к небольшому заливу, именно там усадьба Гарлоевых находится. Бабушка уже столько лет как Тишилович, а усадьба, отданная ей отцом в качестве приданого на свадьбу, всё также носит ее девичью фамилию.
От злости снова скрежетнул зубами, но тут же все чувства под контроль взял, хоть и трудно это далось, не только плюсы от слияния, но и кучу минусов приобрел. Загнал все мысли о родных поглубже, потом их оплачу, принялся о бионавигации думать.
