— Хорошо… — поник генерал. — Сейчас…
Он подошел к столу, достал лист бумаги, придвинул к себе чернильницу… и в следующее мгновение массивная бронзовая емкость полетела Дилане в голову, а вслед за нею метнулся и сам генерал, с неожиданным для его фигуры проворством занося для удара меч.
Заготовку «героя» Дилана активировала, повинуясь внутреннему чутью. Тяжёлая чернильница не нуждалась в том, чтобы её двигали, она стояла достаточно удобно, и факт совершения этого бессмысленного действия говорил либо о том, что Артам тянет время, либо о том, что он намерен сопротивляться. Заклинание сработало, как обычно, безукоризненно — летящая в её голову чернильница двигалась медленно, оставляя за собой шлейф темной жидкости, так что волшебница не только увернулась от снаряда, но и уберегла костюм от плохо устраняемых пятен. Шагнула навстречу генералу, сейчас более похожему на озверевшего быка, и коротко чиркнула по его горлу бритвенно-острым кинжалом.
— Ну что же, друг мой, — она презрительно посмотрела на бьющееся в агонии тело, под которым стремительно расползалась темная лужа, — если уж ты не согласился на благородную смерть, получишь смерть от ножа ночного грабителя.
Торопливо собрав все ценности, какие только нашлись в кабинете, вывернув карманы уже неподвижного хозяина, Дилана распахнула окно и выбралась на внешнюю стену. Спуститься оказалось легче, чем подняться, через несколько минут позади осталась ограда, и одетая в чёрное фигура исчезла в ночном мраке.
Вскоре некоторые «похищенные» у генерала вещи всплывут на рынке. Дуккерт начнёт поиски виновных, но его усилия приведут лишь к одному человеку, довольно известному и удачливому вору, который, к сожалению, к этому моменту будет уже мёртв и не сможет дать показаний. Зато в вещах покойника, помимо нескольких ещё «не проданных» безделушек, найдётся очень забавный нож, способный лёгким движением рассечь жирное генеральское горло.
Глава шестая
Таша Рейвен. Село Лесное
Снова пустота… снова колющие сладкие лучики серебристых искр… всё ещё больно, но уже не так… уже можно вытерпеть… но страх повторения боли гонит и гонит вперёд, к бесконечно далёким серебристым искрам. Они добрые, они ласковые, они не причинят вреда.
Эта странная жгучая… как назвать? Мало понятий, мало слов… что-то происходит внутри меня, слова рождаются, словно ниоткуда — но я понимаю их смысл… не всегда… то, что произошло — огонь. Странное слово, но я чувствую, что оно есть сущность обжигающего нечто, коснувшегося меня… изуродовавшего меня… Много огня, очень много огня… море огня? Море?
Мое тело обожжено… я это понимаю, но смысл слов ускользает… что такое тело? Вопросы, вопросы…
Я мчусь навстречу звёздам…
Кажется, родилось новое слово… звезда… что оно означает?
Пусть эти искорки и будут звёзды… хорошее слово. Я вижу звёзды-искорки, я чувствую их сладкие уколы… их много, они везде… почти везде… их нет впереди… почему их нет? Я знаю, наверное, это ещё один холодный каменный шар, он закрывает от меня звёзды… я промчусь сквозь него, камень не задержит, и я снова увижу звёзды…
А-а-а-а!!!
Это не… это не… Я не знаю, что это такое… это не камень… оно невидимо, но оно держит меня… я не могу вырваться… если бы меня не обожгло тем огнём, я бы… не могу! Меня тянет туда, в чёрное ничто… Я не хочу!!!
— Альта! Проснись, девочка!
Таша трясла воспитанницу, а та верещала на одной ноте, словно запас воздуха в её груди был бесконечен. Наконец вопль оборвался, и в то же мгновение Альта открыла глаза, уставившись на госпожу совершенно диким взглядом, переполненным болью и ужасом.
— Ну, слава Эмиалу! — Таша устало присела на кровать. — Я уж думала, у тебя сердце разорвётся. Ты меня с ума сведёшь.
— Простите…
— Да чего уж там. Знаешь, пожалуй, придётся нам с тобой поехать в Торнгарт, пусть Метиус с тобой позанимается. В конце концов, он лучший целитель Ордена. Ты опять ничего не помнишь?
Альта некоторое время разглядывала одеяло, затем перевела взгляд на свои пальцы — несколько ногтей сломано, свежая кровь. Видимо, пребывая в бессознательном состоянии, она разорвала довольно прочную ткань. Таша покачала головой и забормотала формулу «исцеления». Кровь тут же свернулась…
— Опять огонь?
— Нет… не знаю, но, кажется, не огонь. Что-то другое, но очень страшное.
— Найдёшь, с чем сравнить?
Теперь пауза стала долгой. Таша встала, плеснула в бокал сока, залпом выпила. Жидкость тут же выступила испариной на лбу, сердце билось слишком часто, что и неудивительно, вопли Альты способны перепугать кого угодно. Интересно, почему эти проклятые сны вернулись к ней именно сейчас? Ведь за последние полмесяца не было ни разу, пока они не вернулись сюда, в Рейвен-Кэр. Может, старый замок на девочку так действует? А что, вполне возможно. Мало ли зданий, попав в которые, ощущаешь гнетущее беспокойство? Или наоборот, расслабленность и умиротворение… Да, с этим сидением на привязи надо заканчивать, да и повод удобный. Приказы — приказами, но если пребывание в замке плохо влияет на здоровье девочки, Метиус спорить не станет.
И если уж ему так хочется держать Ташу под присмотром, то дом в Торнгарте для этого вполне подойдёт.
Да, решено, сегодня же стоит заняться подготовкой к отъезду. Раздать указания, слуги соберут вещи… АрШан, вне сомнений, пожелает сопровождать их, дабы не нарушить приказа арГеммита. Парень не признается в том, что исполняет роль надзирателя, но слишком уж навязчив, чтобы сомневаться в полученных им распоряжениях. Значит, втроём? В городском доме Рейвенов есть слуги… послать гонца, пусть предупредит о приезде хозяйки, со смертью Патиса, старого мажордома, прислуга в доме изрядно распустилась — понимали, что госпожа не получает удовольствия от пребывания в покоях, некогда щедро политых кровью. И в самом деле, как давно леди Рейвен не была там? Больше трёх лет… достаточный срок, чтобы нерадивые слуги забыли о твоем существовании и начали жить своей жизнью. Ничего, встряхнутся.
— Водоворот, — сообщила Альта, выходя из ступора.
— Что?
— Больше всего это походило на водоворот. Меня куда-то тянуло, а я не могла выбраться, не хватало сил.
— Ты водовороты-то хоть раз видела? — усмехнулась Таша.
— Читала, — потупилась девушка. — Но написано было очень образно.
— Ясно… что ничего не ясно. Спать будешь?
— Уже, наверное, не усну, — Альта зевнула, но глаза оставались ясными. — Уже утро?
— Кому как, — рассмеялась леди Рейвен. — Крестьянам утро, а для нас так почти ночь. Лично я бы не отказалась вздремнуть до середины третьей стражи… а лучше до её конца, но подозреваю, что ничего из этой затеи не выйдет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
