Второй эпизод моего участия в общественно-политической жизни связан с попыткой отстоять интересы пенсионеров.
Я сам стал пенсионером в 1990 году – хорошо ещё, что благодаря решению Конституционного суда выход на пенсию не означал обязательного увольнения с работы.
Тогдашние пенсии – как и зарплаты – из-за инфляции быстро стали очень низкими, положение пенсионеров стало крайне тяжёлым, бедственным, но в печати и на телевидении всех уверяли, что это неизбежно, поскольку бюджет страны напряжённый и поэтому «надо потерпеть».
Привычка к научному исследованию заставила меня проверить – а так ли это? Проведённая проверка привела к ошеломительным выводам, хотя сама проверка была простой и всем доступной – просто не все догадывались её провести. Тогдашние статистические сборники имели в себе точные цифры количества работающих граждан России, их средней зарплаты, а тогдашние законы требовали, чтобы 29 % (округленно) всех зарплат отчислялось в Пенсионный фонд России для выплаты пенсий. Простые арифметические действия сразу показали, что утверждённый бюджет доходов Пенсионного фонда примерно в два раза меньше той суммы, которую он по закону о процентных отчислениях был должен собрать, а значит, и на выплату пенсий он тратит в два раза меньше, чем должен, и пенсии оказываются в два раза меньше. Из этого простого факта вытекали важные следствия:
1. Пенсии можно немедленно увеличить в два раза – не зависимо от «напряжённости» или «не напряжённости» бюджета. Для удвоения пенсий достаточно потребовать, чтобы Пенсионный фонд собирал ту сумму, которую он обязан собирать по закону о процентных отчислениях (29 %), а не ту, в два раза меньшую сумму, которую ему утвердила Государственная Дума.
2. Занижение вдвое бюджета доходов Пенсионного фонда создают для его чиновников возможность брать взятки в грандиозных размерах и без всякого риска – поскольку они имеют законную возможность примерно половине предпринимателей «прощать» взносы в Пенсионный фонд, не требовать их. Собранного со второй половины предпринимателей вполне хватало для выполнения заниженного вдвое бюджета Пенсионного фонда.
3. Получившаяся в результате занижения вдвое доходов Пенсионного фонда возможность для половины предпринимателей не платить пенсионные взносы разрушает нормальную конкуренцию среди предпринимателей. Теперь выигрывает не тот, кто хорошо организовывал производство, повысил производительность труда, сократил издержки, а выигрывает тот, кто быстрее дал взятку, получил за неё возможность не платить 29 % фонда зарплаты в виде пенсионных взносов и оставить эту огромную сумму себе.
Отмечу, что прямых доказательств этих выводов у меня в те годы ещё не было, я основывался только на научном исследовании. Только через несколько лет один из бывших предпринимателей публично рассказал: «Сумма пенсионных взносов на моём предприятии составляла несколько миллионов рублей в месяц. Уплатить её было трудно, я пришёл в Пенсионный фонд просить об отсрочке». Мне ответили «Сделаем проще. Вы принесёте одну десятую часть причитающейся с Вас суммы, но приносите наличными и отдаёте мне. После этого можете ни о чём не беспокоиться. Мы всё уладим». «Я так и сделал, – продолжал предприниматель, – несколько лет брал себе 90 % причитающихся с предприятия пенсионных взносов, заработал большие деньги. Сейчас я покидаю Россию, буду жить за границей и поэтому откровенно рассказываю о событиях прошлых лет».
Рассказ предпринимателя подтвердил – как и должно было быть – выводы научного исследования. Но ещё до рассказа предпринимателя, я был уверен в правильности своих выводов, и мне казалось необходимым довести их до широкого круга граждан. Мне казалось, что если мои выводы станут общеизвестны, то это позволит удвоить пенсии (без всякого увеличения нагрузки на бюджет) и возродит нормальную конкуренцию среди предпринимателей России.
Но всё оказалось не так просто. Газеты – одна из другой – отказывались печатать полученные мною выводы. Не исключено, что причиной были большие деньги, которые Пенсионный фонд платил газетам за их молчание. Не исключены и другие причины, но результат был один – газеты молчали, радио и телевидение тоже, и надо было думать – как донести полученные мною выводы до граждан.
В те годы проводилось много выборов с широкой предвыборной агитацией. Я стал звонить баллотирующимся кандидатам: «Хотите получить на выборах поддержку пенсионеров?» Многие кандидаты отвечали: «Хотим, очень хотим. Что для этого нам нужно сделать?» (так спрашивали те кандидаты, которые следили за своими избирателями и знали, что в те годы более половины реально голосующих составляли люди пенсионного возраста). У меня была заготовлена листовка с кратким обоснованием моих выводов и главного из них – что пенсии могут быть немедленно удвоены без всякой дополнительной нагрузки на бюджет, только за счёт упорядочения работы Пенсионного фонда. Я говорил кандидату в депутаты: «Опубликуйте эту листовку (если, конечно, согласны с ней) как предвыборную агитацию. Пенсионеры увидят, что в отличие от других кандидатов, Вы не просто льёте слёзы о нищете пенсионеров, а предлагаете точный и конкретный рецепт – как и за счёт чего можно удвоить пенсии. Вы убедитесь, что пенсионеры оценят это и проголосуют за Вас – если не все, то многие, и этого будет достаточно для Вашей победы на выборах». Многие кандидаты в депутаты выслушивали меня со вниманием, брали листовку, публиковали её как предвыборную агитацию (обычно – с кратким послесловием: «Я, кандидат такой-то, согласен с данными предложениями, обещаю – если буду избран – содействовать их реализации». Многие из выпустивших такую листовку оказались избранными (не все, конечно, но многие), а поскольку выборов было много и листовки выпускались большими тиражами, то высказанные в них положения становились широко известными, способствовали лучшему пониманию истинного положения с пенсиями.
Ещё одно важное положение, которое я старался (в тех же листовках) довести до возможно более широкого круга граждан: я старался доказать, что вопреки распространённому мнению пенсия – это не милостыня, не пособие по нетрудоспособности. Пенсия – это законная зарплата за прошлый труд пенсионера, за тот прошлый труд, результаты которого используется сегодня. Я обращал внимание на то, что труд сегодняшнего рабочего или служащего производителен только потому, что он пользуется результатами труда предыдущего поколения – результатами труда, воплощёнными в зданиях, в станках и машинах, а главное – в научных разработках и технологиях, созданных – в значительной мере – трудом сегодняшних пенсионеров. Сегодняшнее молодое поколение использует результаты этого труда – и очень хорошо, что использует, но за использование результатов труда нужно платить, и этой платой как раз и является пенсия.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
