Неблагородное отношение к женщине характеризует мужчину и как человека. Ибо человек не может быть подлецом в одном и благороден в другом. Если в нём есть человеческое достоинство, он сохранит его и дома, и на службе, и при заключении деловых контактов, и в любви.
Полная эмансипация женщины в нашей стране достигнута и тем, что она получила экономическую независимость от мужчины. Сейчас мужчина не поставит женщину в безвыходное положение, оставив её одну с ребёнком, как это было прежде. Однако некоторым мужчинам все ещё кажется, что они осчастливят женщину, если усыновят их же собственного ребёнка, родившегося до того, когда брак не был ещё зарегистрирован. Женщина, доверившись мужчине без оформления брака, вправе рассчитывать на деликатное к ней отношение. Вот одна история, когда этого не случилось, и сколько страданий она принесла молодым людям.
Георгий Стуканин работал на заводе токарем пятого разряда. До армии окончил техническое училище, в армии служил в танковых частях, работая механиком. Руки у него были золотые: за что ни возьмётся, все у него спорится. Вернулся из армии, поступил на завод. Парень он видный, хорошо зарабатывал. Девушки на него заглядывались. Но он серьёзно ни за кем не ухаживал. Как-то не находил себе по сердцу.
Однажды заметил он в своём цехе красивую и очень скромную, державшуюся с достоинством девушку Зину. Она со всеми была ровной, спокойной, не важничала, но и не фамильярничала. Придёт на работу — и сразу за своё дело. Понравилась она Георгию. Стал он проходить мимо неё специально, чтобы заметила. А она ни на кого не смотрит и его не замечает. Выходят они с завода после работы. Он говорит: «Пойдёмте в кино». А она: «Да билеты трудно достать». — «У меня билеты есть». — «Тогда с удовольствием. Я кино люблю». С того времени они всюду ходили вместе. После кино или театра он провожал её до дома. Она пригласила его домой: «Заходите, я познакомлю вас с мамой».
Обстановка в доме была скромной, но очень уютной. Мать держалась приветливо, но также с достоинством. Попотчевали они гостя ужином, напоили чаем, и он за приятной беседой засиделся допоздна.
После этого он часто заходил к ним, и как-то вечером, когда мамы не было, он признался, что любит её, и они в первый раз поцеловались.
А когда через некоторое время мама заболела и легла в больницу, Георгий попросил Зину разрешения остаться у неё. Она с испугом посмотрела на него. В ней боролись два чувства. С одной стороны, девушка любила его и видела, что и он её любит. С другой стороны, она хотела, чтобы это было по-настоящему, чтобы они сходили во Дворец бракосочетаний, чтобы была свадьба…
Зина молчала.
— Ведь я же тебя люблю не просто так, а как жену, и беречь тебя буду, и ухаживать как за женой. А свадьба и загс — это ведь чисто формальное дело…
Зина согласилась, и после этого у них наступило несколько медовых месяцев. Они были счастливы любовью и заботой друг о друге.
Как-то сидели они, счастливые, обнявшись, в её комнате. Целуя его, она сказала ему на ухо: «Гоша! А у меня будет ребёнок», — и в этих словах звучало счастье и гордость.
Но для Гоши это было неожиданно и, по-видимому, не входило в его планы. Он сразу стал каким-то растерянным: «Как же так?»
— Это совсем неожиданно! Ты что же со мной не посоветовалась? — лепетал он.
А Зина сидела спокойная, улыбающаяся. При мысли о том, что у неё от любимого человека будет ребёнок, она вся расцветала. Он, взглянув на неё и увидев её улыбающуюся, без тени беспокойства и сомнения, озлился и на себя, что он так растерялся, и на неё, что она оказалась выше его.
— А что, если я с тобой не зарегистрируюсь? Не очень смешно тебе будет? Как ты будешь тогда жить?
Тяжёлое чувство обиды и горечи наполнило её сердце. Всё светлое и счастливое исчезло как дым. В сердце вместо радости и любви — одна горечь и неприязнь. Даже какое-то брезгливое чувство. Она встала, посмотрела на него с презрением и сказала:
— Так вот ты какой?! Не ожидала я! Уходи от меня! Не нужен мне ни ты, ни твоя регистрация.
Тут только дошло до Георгия, как обидел он Зину. Стал её успокаивать, сказал: погорячился от неожиданности… А она как бы и не слышит. Слова его всё в ушах звенят и как плетью хлещут.
Ушёл он от Зины в тот вечер как побитый. Дома рассказал всё родителям. А те, вместо того, чтобы его осудить, стали ругать Зину, которую и в глаза не видели.
— Подумаешь, зазналась, — заговорила мать. — Должна бы в ноги поклониться, что такой парень согласен с ней зарегистрироваться, а она ещё нос воротит. Подумаешь, обиделась. Знала, что делала, когда до свадьбы гуляла с парнем. Теперь и отвечай.
— Гоша же, наверное, обещал жениться, — не очень уверенно вставил отец Георгия.
— Мало ли что парень наговорит, а ты сама думай, — опять заговорила мать.
Но тут уж отец, коренной питерский рабочий, заговорил:
— Нет, мать, ты в этом не права — не то время. Теперь, брат, полное равенство и свобода. Сейчас слово рабочего человека должно быть вернее документа. Кому бы он это слово ни сказал: товарищу, или подруге, или даже незнакомому. Слово есть слово, хоть умри, а выполняй. Язык не балаболка. За то, что сказано, надо головой отвечать. Надо знать цену слова.
Теряя веру в слово, мы мельчаем. Чуть что — подавай бумагу. А слово? Оно должно быть крепче бумаги, в нём честь человека. Иногда слышишь: «Мало ли что я говорил. А где бумага?» Нет, я так понимаю: если парень девушке обещал жениться — это закон. И тут Гоша не прав. Зря обидел девушку.
Несколько дней в душе Георгия происходила борьба. За эти дни он не видел Зину. Но ясно почувствовал, что любит её, и отец прав, и он зря обидел Зину.
В то же время какой-то бес глупого самолюбия всё время копошился в нём и мешал ему поступать правильно, по-рыцарски, по-мужски. Прийти, извиниться искренне, честно, попросить прощения и, сделав все по закону, наладить жизнь ещё лучше, красивее.
А червь глупого самолюбия точил: «Я же мог отказаться от регистрации, и никто бы мне ничего не сделал. Почему же она придралась к моим словам? Я же правду сказал: как бы она стала выкручиваться, если бы на моем месте оказался нечестный парень? Почему же она это не оценила и, несмотря на мои извинения, остаётся холодной и безразличной?»
А голос рассудка его резонит: «Разве так извиняются? Надо извиняться всей душой, без оглядки и без снисхождения к себе. Ведь она же действительно обиделась крепко. Ещё бы. Сам всё время твердил о любви, а как до дела дошло, то и сама выкручивайся!»
Во внутренних переживаниях и сомнениях пролетело несколько дней. Наконец голос разума и совет отца взяли верх, и он решительно пошёл к Зине и уговорил её пойти в загс. Но девушке явно было не по себе от этой регистрации, которая проходила в какой-то спешке, как-то украдкой, вроде какое-то нехорошее дело делают или нехороший поступок покрывают.
Зина не чувствовала никакой своей вины. Она глубоко, искренне полюбила этого человека и хотела иметь от него ребёнка.
Конечно, было бы хорошо воспитывать его в дружной семье. Но в крайнем случае она и одна воспитает малыша. У неё неплохая специальность, да и мама поможет.
Рассуждая так, Зина чувствовала себя свободной и независимой. Она жалела свои разбитые мечты, свою разбитую любовь, но не боялась остаться одна. И самое главное — она не хотела никаких суррогатов, никакой замены любви. Или любовь чистая, красивая, преданная, какая у них была все эти месяцы, или не надо никакой.
Она понимала, что для её будущего ребёнка важна регистрация. Но Зина не испытывала большого счастья от этой процедуры. Её вид и довольно безразличное отношение к регистрации опять стали злить Георгия. Она должна быть счастлива, что он их «общую вину» как бы взял на себя. И её скучный вид, отсутствие любви и внимания к нему раздражали Георгия. Углублялся внутренний конфликт, возникший в результате полного непонимания со стороны юноши женской психологии, которая значительно более сложна, нежна, легче ранима и труднее восстанавливаема, чем у мужчин.
Известно, какие это деликатные чувства — влечение и любовь и как часто под влиянием различных недоразумений и супружеских конфликтов исчезает любовь и появляется равнодушие, возникает неприязнь и даже враждебность. С течением времени муж и жена могут стать чужими людьми, живущими вместе только из-за детей или каких-либо деловых соображений. Как часто мы встречаем случаи холодности и даже отвращения к мужу из-за отсутствия культуры чувства в браке, из-за отсутствия культуры отношения к жене, непонимания и нежелания понимать особенности её психики.
У мужчины, когда появляется влечение к жене, легче проходит чувство обиды, если даже конфликт не разрешен. У женщины все происходит иначе. Она не станет нежна к мужчине, если у неё сохраняется чувство обиды или досады на мужа. Для женщины необходимо какое-то время, чтобы «остыть», чтобы забыть оскорбление или какой-то несправедливый упрёк. И если мужчина хочет, чтобы у жены восстановилось нормальное отношение к нему, чтобы она простила ему, стада ласковее, нежнее, он не должен быть мелочным, не должен придираться к её отдельным словам, сказанным, может быть, сгоряча.
