покрыты язвами. Краски кожу не щадили.
— Снимаете угол? — спросил он женщину.
— Да, ваша светлость. Раньше цельную комнату брали, но мор унёс мужа и двух старших детей. Теперь работаю лишь я одна и не могу жить как раньше. Пришлось снимать угол и койку.
Демос кивнул.
— Вас таких много, верно?
— Во всём городе почти не осталось полных семей, ваша милость, — ответил вместо женщины другой горожанин, облачённый в фартук. — Где жёны погибли, где мужья, где те и другие. Сирот много бегает неприкаянных… Есть хотят, воруют… Жаль их, но и самим пока есть особо нечего. Раньше хоть церковь что-то давала, а сейчас им и самим не до нас.
Демос покрутил колечко в руках и снова надел на палец.
«Не кольцами нужно решать этот вопрос. Подарю кусочек золота одной семье, но разве это решит их проблемы? Разве даст довольствие? Нет. Кольцами здесь не поможешь, хоть раздай их все».
— Я постараюсь что-нибудь сделать. На днях пришлю к вам людей, чтобы описали всех оставшихся в живых: кто лишился кормильцев, кто работы, кто остался сиротами. Будем думать и решать, как вам помочь. — Он поднялся на ноги и аккуратно выпустил ручку мальчишки из своей. — Кому совсем нечего есть, приходите по утрам к воротам Эклузума. Я договорюсь с Великим наставником, чтобы раздавал хлеб. Много не получится, но пока хотя бы так.
— Спасибо, ваша светлость!
— Храни вас бог!
Распрощавшись с горожанами, Демос поторопил Ихраза.
— Как доберёмся до дворца, позови ко мне Лавара. Нужно, чтобы Казначейство прошерстило весь город и отчиталось о состоянии жителей. Также я хочу видеть отчёты всех цехов и производств: кому каких людей не хватает. Возможно, получится выписать из других земель. И церковники: пошли весточку брату Ласию. Надо бы пристроить сирот и больных. Эклузум может помочь с этим.
— Эклузум может потребовать значительную компенсацию, господин.
— Ладарий мне должен, — отрезал канцлер. — Ничего он не станет требовать.
Дворец встретил их лёгким оживлением. Узнав об окончании мора, сенешаль распорядился набрать новых слуг вместо погибших. Снова заработала кухня, включили фонтанчики в атриуме. Стало больше шума и голосов. Порой даже раздавался смех.
— Ваша светлость, — управляющий поклонился. — Прибыла леди Виттория. Ожидает в ваших покоях.
Демос оторопел.
«Вот же строптивица!»
— Ихраз, перенеси Лавара и Ласия на вечер, — сухо распорядился он, стараясь не показывать волнения. Но сердце стучало как безумное, а в горле пересохло. — Я хочу увидеть жену.
— Конечно, господин.
Быстро, как только могла позволить нога, он пересёк императорское крыло и очутился в коридоре, отведённом под его покои. Кивнув страже, он замер перед дверью, собираясь с мыслями.
А затем потянул кольцо дверной ручки на себя и вошёл.
— Неряха ты, вот что я скажу, — вместо приветствия проговорила Виттория.
Демос замер, наслаждаясь моментом. Старался запечатлеть в памяти каждую деталь, каждый завиток непослушных волос, разметавшихся по её плечам. Виттория улыбнулась и распахнула окна.
— Ну здравствуй, спаситель Миссолена. — Сбросив плащ на пол, она подошла к нему и поцеловала. — Я скучала. Благословишь меня?
«Вопрошать и ругать буду потом».
— У нас время до вечера, — хрипло проговорил Демос, с неохотой оторвавшись от губ жены. Он запер дверь изнутри и вернулся к ней, подхватил на руки — от неожиданности Виттория удивлённо вскрикнула — и понёс на кушетку.
Виттория неуклюже рухнула на мягкие подушки и расхохоталась.
— Знаю, что ты отчитаешь меня как нерадивого слугу, но мне плевать, — проговорила она, расстёгивая пояс на его штанах. — Все объясню. Но позже.
— Как же я, чёрт возьми, скучал, — выдохнул Демос, освободившись от лишней одежды и задрал юбку супруги. — Как же я скучал.
* * *
— С провизией пока тяжко? — спросила Виттория, пошарив по шкафам. — Всё вино выпил?
Демос опустил босые ноги на пол и натянул нижнюю рубаху.
— Поставки из Амеллона идут с перебоями, — пояснил он. — Возможно, Линдр так злорадствует. С него бы сталось.
— Брось. Он туп, но бесхитростен.
— Этого я и боюсь.
Виттория выудила из дальнего угла шкафа початую бутылку и, откупорив, принюхалась.
— Когда-то это было гацонской розовое. Вроде не скисло, но лучше разбавить водой.
Простыня сползла с её плеч. Виляя обнажёнными бёдрами, герцогиня проследовала к столику и разлила напиток по бокалам.
— Ну рассказывай, — сказала она, протянув хрустальный сосуд Демосу.
— Сначала ты. Какого чёрта ты приехала без моего разрешения? В городе может быть опасно.
— Мне уже не грозит, я переболела, — Виттория подняла руку, продемонстрировав шрам от лопнувшего бубона под мышкой. — Заодно поняла, как это работает. Наверное.
Демос застыл, не донеся бокал до губ.
— Ты её пережила? Боже, почему ты не сказала…
Виттория резко посерьёзнела, маска лукавства вмиг спала с её красивого лица.
— Потому что ты бы бросил всё и понёсся меня спасать, — объяснила она. — А это бессмысленно, поскольку ты не смог бы мне помочь. И ты был нужен здесь. Нужнее, чем где бы то ни было.
«Она права. Как ни больно это признавать».
— Почему сейчас приехала?
— Узнала о твоих подвигах и Божьем суде. Узнала, что мор отступает. И, кроме того, набралась достаточно сил, чтобы совершить поездку.
— Изара и Креспий в порядке?
— Да, до них не дошло, не волнуйся. Но половину фрейлин мы похоронили. Кое-кого удалось спасти, когда я начала принимать меры.
Демос мрачно кивнул.
— А я уже хотел звать их сюда.
— Почему нет? — пожала плечами Виттория. — Город выглядит посвежевшим. Но опустошён.
— Да, почти половина погибла. До сих пор сжигаем и хороним. — Деватон сделал щедрый глоток и повернулся к жене. — Но теперь ты со мной, и мне будет легче. Две головы всегда лучше.
— Две головы и волшебные руки о девяти пальцах, — хохотнула герцогиня. — Мне очень тебя не хватало. Особенно в замкнутом пространстве, полном тупоголовых куриц, возомнивших себя интриганками.
— Согласен, совершенно не твой масштаб.
Демос поставил напиток на столик и аккуратно вытащил бокал из рук супруги.
— Что, не насытился? — заговорщически улыбнулась она.
— Мне всегда тебя мало.
— Я и не против…
В дверь настойчиво постучали.
«Ихраз. Только он может позволить себе так барабанить».
— Видимо, что-то срочное. — Виттория отстранилась, натягивая простыню, чтобы скрыть наготу. Демос наспех натянул штаны и отпер дверь.
— Я же просил…
— Простите, господин, это важно.
Демос кивком пригласил эннийца войти. Поклонившись Виттории, он обратился к канцлеру:
— Прибыл гонец от леди Эльтинии. Ваша мать заболела. Симптомы похожи на мор.
— Чёрт.
«Чёрт, чёрт, чёрт!»
Виттория приподнялась, придерживая простыню на груди.
— Я могла бы помочь.
— Это не всё, — продолжил Ихраз. — Бастардка, дочь Лисетты Тьяре. Она тоже поражена. Болезнь развивается очень быстро. Мы уже приказали изолировать
