Читаем без скачивания Два сапога – не пара - Вита Алая

кратковременное открытие портала. Как они сюда попали, так и осталось загадкой, если не полагаться на их же слова о похищении из родной среды — портал-то давно закрыт! Ловушки сломали, выпуская духов, и похоронили артефакты где-то в недрах архивов улик МВД, так и не разобравшись, как они работали и откуда взялись. Констатировали только наличие неизвестных иномирных материалов.

И вот теперь, перебирая в памяти подробности того заседания, Макс обнаруживал, что главным сторонником наказания был как раз Краузе. Причём подавал он это так, что магу и самому стало стыдно за «вендетту», учинённую с его помощью, да ещё и без железных доказательств, которыми не могли считаться слова неизученных сущностей. Но теперь-то он знал цену словам министра!

То есть, никакая совесть и праведность там подавно не ночевала. А значит, у Краузе были личные причины вредничать. Но ограничивались ли они скрытой местью за подопечного или было в этой истории нечто большее?

К сожалению, чтобы найти ловушки и снова изучить их с учётом нынешних знаний, нужен был Кох в здравом уме. Поэтому Макс решил копнуть фирму его племянника по открытым источникам. Выяснилось, что частично предприятие всё же спасли путём посторонних инвестиций, то есть продажи доли крупному технологическому конгломерату без права вмешательства в производственный процесс. Так вот откуда у племяша денежки на благодарность в адрес мага!

Для проверки руководства этого конгломерата на предмет связей с Краузе тоже нужен был Кох. Оставалась только технологическая ниточка: что же они такого производили, что нашёлся не один желающий вбухать в них деньги при серьёзных убытках? И после часа нуднейшего чтения списков и номенклатур, Макс обнаружил, что одни из чипов, которые производит фирма, используются, среди прочего, в новейших установках порталов!

Накативший было сон, рукой сняло. Однако, опять-таки, производство портальных установок — засекреченный государственный процесс. То есть, снова всё упёрлось в Коха. Думать о том, что будет, если новый талисман не поможет, не хотелось, поэтому Макс сел и набросал для патрона отчёт с зацепками, которые нужно проверить, и сохранил в черновике.

Под конец ночь всё-таки взяла своё, и маг завалился спать.

Глава 19

Утро ознаменовалось радостным сообщением. Даже двумя. Нет, тремя.

От Сапсана: «Шеф снова в строю».

От Коха: «Тысяча чертей ему в глотку! Прости. Спасибо. Скоро увидимся».

От ректора: «К 10:00 у меня оба».

Макс хотел было отправить патрону набросанный ночью доклад, но спохватился и решил перестраховаться. Сначала убедиться при встрече, потом доверять.

Альбина, видимо, встала раньше и оставила записку: «Пошла учиться».

На часах — девять. Чёрт!

Макс переслал Альбине сообщение ректора, заказал доставку завтрака дроном из быстрейшей забегаловки и чухнул домой. Там царил погром. Очевидно, Краузе пошёл на отчаянные меры, и его подручные искали заначку с минералом. Это значило, что ни Игнатий Эрикович, ни его кабинет не имеют отношения к утечке информации…

Плюнув на беспорядок, Максим быстро освежился и вызвал охрану академгородка — те как раз притащились, пока он заглатывал сэндвич-макси с яйцом. Бросив служак оформлять безобразие, маг улетучился к ректору. Запивал тяжеловатый завтрак дрянным фастфудовским кофе уже по пути в админкорпус. Еле успел.

Кроме ожидаемых лиц в кабинете ректора также собрались старый-добрый Кох (Альбина подтвердила кивком, изучив его линии), Сапсан и Василёк, только что закончивший проверку. Никаких подслушивающих устройств, разумеется, не нашлось. Слежку по органайзерам замминистра тоже не подтвердил. Оставался самый неприятный для Макса вариант.

Глава Академии проверил записи камеры в зале портала — ничего. На логах, однако, обнаружилось, что Шершень ежеутренне выходил на поверхность. Но это само по себе ещё ни о чём не говорило — мало ли, проветривался человек; в конце концов, ректор сам предлагал ему дежурить только ночью.

Однако Василёк проверил его сеансы связи и обнаружил два сообщения некоему князю Иоакиму Кофи Аль-Шарифу о том, что «котики отправились на выставку», а через сутки «вернулись и привезли с собой медали». Смысл был предельно прозрачен для собравшейся компании, но, увы, легко оспорим в суде. Несмотря на то, что этот князь и был тем самым экзотическим личным шофёром Карузе, о котором рассказывал Шац, как выяснил Кох до закрытия дела.

Шиды знают, каким образом потомок одного из знатных египетских родов попал на такую работу. Разве что должность была номинальной, а спектр услуг сильно смещён за грань закона — имелись неподтверждённые подозрения, что воспитывался третий сын в тайном ордене ассасинов.

Однако Максима в этот момент больше волновало другое. Как же так? Старый друг, надёжный товарищ всё-таки предал⁈ Маг сглотнул горечь и напомнил собравшимся, что того могли тупо зачаровать так же, как Коха. Неясно только, где и когда. Но позавчерашнее предупреждение о гемадиле явно запоздало.

К сожалению, имевшихся улик было недостаточно для выдвижения главных обвинений — против Краузе, и даже Шершню не хватало, чтобы наверняка схлопотать срок за пособничество Грамблу в похищении — единственном пока «железном» деле. Посему Сапсан предложил ловить обеих рыб на живца.

Посовещавшись, выработали план, в который каждый внёс свою лепту. Так Кох решил, что пока не станет афишировать свой выход из-под контроля Краузе, то есть официально открывать дело снова. А ректор предложит Шершню работу в обычной охране здания после того, как снимет с дежурства у портала.

Но сначала Максу с Альбиной предстояло совершить ещё одно путешествие в мир шидов. Что означало — на экзамен она завтра не попадёт. Игнатий Эрикович сделал на этот счёт соответствующие распоряжения. Всё равно ожидалось, что минимум треть студентов не сдаст теорию порталов с первого раза, так что какой-то отдельной нагрузки преподавателю это не добавляло — и так будет групповая пересдача.

После этого Учителя с Ученицей засадили за работу над осколками гемадила, уже извлечёнными из сейфа, чтобы как можно скорее «протрезвить» охмурённых министров и защитить остальных. Сапсану и Васильку Кох тоже распорядился запечатлеть талисманы, причём в первую очередь.

Макс тут же переслал ему составленный вчера анализ старого дела, а ректор начал пытать, каково было под действием инфочар — в научных целях.

Замминистра поведал, что тем утром вскоре после планёрки к нему зашёл Краузе с задушевной беседой и вполне убедил его в своих благородных намерениях. Ощущалось всё естественно и логично, но немного легковесно, словно все решения, которые Кох принимал, были несущественны. Разве что где-то на краю сознания постоянно зудело, будто он забыл нечто важное.

И вот сегодня, проснувшись, вспомнил! После чего вся картина снова встала на место и цепочка событий восстановилась.