Читаем без скачивания Сборник Забытой Фантастики №6 - Эдмонд Мур Гамильтон

– Ты проиграла! – закричал он в безумной ярости триумфатора. – Будь ты проклята, ты проиграла!

Были сумерки следующего дня, когда Марлин покинул остров, медленно отплывая от него на маленьком бревенчатом плоту, который он смастерил. Тени сумерек опускались на мир, погружаясь во тьму. На западе зажигались звезды. И все же он полз дальше.

Ночь, и с востока снова взошла комета. Марлин остановился, глядя на нее. Теперь она казалась маленькой, сморщенной и безвредной, ее зловещий свет быстро угасал, когда она с грохотом вылетала в космос по прежнему курсу. На мгновение он задумался, какой восторг сотрясает народы Земли, когда они видят, что она отступает, видят, что они вырвались из самых врат смерти.

Он на мгновение обернулся, оглядываясь на остров. Теперь он казался темной и маленькой, низкой черной массой суши, которая неясно выделялась на фоне слабо освещенных вод. Всего лишь крошечный клочок земли там, в большом озере, и все же на нем была решена судьба планеты. На нем люди-кометы сыграли в свою великую игру, ставкой в которой был мир, и они проиграли, их великий заговор был разрушен не кем иным, как Хэнли. Хэнли, чей человеческий мозг, человеческий разум, человеческая душа продолжали жить в металлическом теле, чтобы разрушить колоссальный план захватчиков в последний, полный раскаяния момент.

Марлин продолжал грести, тупая боль наполняла его сердце. Коберн, Хэнли – они умерли за весь мир, за него, пока он еще жил. И все же даже сейчас он мог дать им что-то, пусть и небольшое, взамен. Уважение и благодарность мира, когда этот мир узнает, кто его спас. Он мог бы дать им это, по крайней мере…

КОНЕЦ

КРИСТАЛЫ РОСТА

Чарлз Ректор

Странные и экстраординарные события, связанные с нашей жизнью, всегда представляли для меня исключительный интерес, и я, даже будучи мальчиком, никогда не был так увлечен, как когда читал какую-нибудь хорошую историю о привидениях или осматривал какой-нибудь так называемый дом с привидениями. Когда я стал старше, эта любовь к таинственным вещам переросла в изучение вопросов, связанных с экстрасенсорикой и оккультизмом. Я посетил много спиритических сеансов и предоставил отчеты о них широкой публики в недавних письмах.

Однако я не фанатик ни в одной из этих тем и посвящаю этим занятиям лишь небольшую часть своего времени, поскольку большую часть моего времени занимает хорошо зарекомендовавшая себя юридическая практика.

Среди событий, произошедших во время моего изучения психологии, есть одно, которое кажется мне наиболее ярким, нечто, оставившее очень заметное впечатление в моем сознании. Я имею в виду профессора Бронтли и его теорию быстрого роста. В начале прошлой весны я познакомился с выдающимся учителем и писателем Джеймсом Х. Бронтли, чьи замечательные достижения в области биологической химии принесли ему широкую и вполне заслуженную известность. Мы с профессором Бронтли быстро подружились, и я считал себя счастливцем из-за того, что у меня есть возможность так хорошо его узнать. Мы часто часами сидели и беседовали на темы, представляющие общий интерес.

Однажды вечером я сидел в своем кресле, раздумывая перед уютным камином, я только что закончил свой ужин и спокойно отдыхал, размышляя о последних достижениях моего друга Бронтли. Незадолго до этого он признался мне, что экспериментирует над предметом, который, в случае успехов в исследованиях, обеспечил бы ему не только личную славу, но и принес бы огромную пользу человечеству. Он ничего не сказал мне о характере эксперимента, и я думал именно об этом, гадая, когда у него будет что-то определенное, чтобы сказать мне об этом, когда дверь внезапно открылась и тот самый человек, о котором я думал, вошел в комнату и опустился на стул рядом со мной. Он выглядел ликующим и взволнованным и, пожимая мне руку, воскликнул:

– Джеймсон, я наконец-то нашел это и пришел рассказать тебе обо всем.

Я удивленно посмотрела на него. Что он имел в виду? Я схватил его за руку и спросил.

– Вы имеете в виду, что ваш последний эксперимент был успешным? Вы имеете в виду эксперимент, над которым вы работали последние шесть месяцев?

– Так и есть. Это величайший успех в моей жизни, и я хочу, чтобы вы узнали об этом первыми. Послушайте, – сказал он, придвигая свой стул ближе к моему, – и я расскажу вам все об этом.

– Рост, вы наверняка знаете, как в животном, так и в растительном царстве является результатом переваривания и ассимиляции различных элементов и соединений, которые животное или растение получает либо с пищей и питьем, либо, в случае растений, путем поглощения основных элементов из почвы через из корни и ткани или из воздуха. Происходящие процессы довольно сложны и как раз в настоящее время не имеют первостепенного значения для предмета, который я хочу вам раскрыть.

– Как вам хорошо известно, – продолжил он, – разные продукты влияют на организм по-разному. Некоторые продукты более эффективны, чем другие, мы говорим об этой относительной перевариваемой ценности продуктов как о коэффициенте усвояемости, что означает, простыми словами, что переваривается больший процент некоторых продуктов, чем других. Некоторые животные могут использовать больше клетчатки, чем другие, а некоторые могут лучше использовать белок. У меня в лаборатории наблюдались несколько растений, некоторые из них питались различными видами удобрений, в то время как к другим они не применялись. Наиболее заметна разница в росте и выносливости у растений, получавших удобрения, по сравнению с теми, которые их не получали. Вы часто замечали соседние поля кукурузы, одно из которых выглядело во всех отношениях лучше другого. Это пример, в более широком масштабе, того самого, что я опробовал в своей лаборатории: на одном поле кукурузы в почве было больше доступных элементов питания, чем на другом.

Я утвердительно кивнул, слишком увлеченный, чтобы вымолвить хоть слово, и он продолжил свой рассказ, не сводя с меня своих темных, пронзительных глаз.

Утверждения, которые я делал до сих пор, это совершенно естественные факты, очевидные и истинные, если только воспользоваться возможностью взглянуть на них в естественной среде обитания, на свежем воздухе. Мы принимаем как факт, что в молодости мы становимся на несколько дюймов выше и на несколько фунтов тяжелее каждый год. Но задумывались ли вы когда-нибудь о том, почему этот рост должен быть сравнительно медленным?

Необычность этого вопроса почти парализовала меня. Пытался ли профессор изменить порядок во Вселенной? Я пристально посмотрел на него. Очевидно, он прочел выражение сомнения и удивления на моем лице, потому