Движения Корта были четкими и быстрыми, как у хорошо отлаженного автомата. Он проворно облачился в облегающий костюм со множеством вшитых свинцовых пластинок, закрывающих тело и конечности. Когда они с Грейнджером подошли к двери, ведущей в левое крыло клиники, врач замешкался.
— Я лучше не пойду туда. Не знаю, как далеко распространяется излучение.
Корт кивнул, выслушал его инструкции и открыл дверь. Он прошел по коридору к палате, где лежал пациент. Любой другой человек помедлил бы, прежде чем войти, но Корт не был обычным человеком. Не останавливаясь, он распахнул дверь.
Просторная белая палата сияла стерильной чистотой. На столе лежала коробка с медицинскими инструментами и шприц для подкожных инъекций. На кровати распростерлось человеческое тело, прикрытое тонким одеялом.
Вглядываясь через очки с освинцованными стеклами, Корт подошел ближе. Лосиколь был без сознания... нет, он спал. На его высохшем костяке почти не осталось плоти, и очертания тела под одеялом лишь отдаленно напоминали человеческие. На подушке покоилась морщинистая, похожая на череп голова невероятно старого человека.
Лосиколю было всего лишь двадцать три года.
В его рту совсем не осталось зубов; отвисшая челюсть обнажала безобразные, почерневшие десны. Все волосы выпали, уши уродливо разрослись, нос тоже гротескно увеличился в размерах. Отвратительная сероватая кожа свисала свободными морщинистыми складками.
Корт подошел к окну и закрыл шторы. В полумраке сразу же замерцало серебристое сияние. Оно исходило от лица пациента!
Корт откинул одеяло, обнажив истощенное жилистое тело Лосиколя. Как и ужасное лицо, оно испускало ровное серебристое сияние.
— Лосиколь! — громко позвал Корт и потряс его за узкое плечо. Пациент вздрогнул; его глаза медленно открылись. То были не человеческие глаза, а два озерца бледного сияния в запавших глазницах.
— Лосиколь, вы меня слышите? — спросил Корт.
С бескровных губ сорвался свистящий шепот:
— Да, мсье.
— Вы видите меня?
— Я могу... нет, мсье, только не глазами. Я слеп, но каким-то образом вижу вас.
Корт озадаченно нахмурился, обдумывая странный ответ.
— Что вы видите?
— Вы закрыты какой-то броней... не знаю, откуда это мне известно.
— Я врач, — пояснил Корт. — Если слова не причиняют вам боли, я хочу, чтобы вы ответили на некоторые вопросы.
— Qui, m’sieu. Bien.
— Вы испытываете боль?
— Нет... да. Я голоден. Как странно! Я голоден и хочу пить, но мне нужна не обычная еда. Не понимаю...
Корт терпеливо ждал продолжения. Увидев, что Лосиколь снова собирается заснуть, он сменил тему:
— Расскажите мне об этом тумане.
— Тут почти нечего рассказывать, — шелестящим шепотом отозвался Лосиколь. — Я вышел из дома и заблудился. Туман был таким плотным... и его запах показался мне очень странным.
Глаза Корта сверкнули интересом за толстыми стеклами очков.
— Какой запах? Он вам что-то напоминал?
— Не знаю... подождите! Однажды я был в здании большой электростанции у дамбы, и там пахло так же.
Озон? Корт покачал головой.
— А дальше? — настойчиво спросил он.
— Сначала туман был холодным, а затем как будто потеплел. У меня возникло странное чувство, как будто он проникает в тело. Легкие жгло огнем, сердце забилось быстрее. Я ужасно проголодался, хотя недавно поел. Доктор... — Лицо Лосиколя мучительно исказилось. — Я меняюсь, все больше и больше. Когда это началось, я долго оставался почти таким же, но теперь во мне как будто появилось что-то нечеловеческое. Вы слышите мой голос?
— Конечно, — заверил Корт.
— Странно. Мой разум совершенно ясен, но чувства... Мне кажется, я слышу не ушами и говорю без помощи языка. Однако я чувствую себя необычайно сильным. Хочется есть...
Уродливая безволосая голова склонилась на грудь. Лосиколь потерял сознание.
Тихо насвистывая, с мрачным выражением на лице Корт вернулся в центральное крыло клиники, где ждали остальные.
— Болезнь прогрессирует, не так ли? — обратился он к Грейнджеру. — Излучение становится сильнее?
— В общем-то да, — признал врач. — Но это неравномерный процесс. Лосиколь испытывал чудовищный голод. Его метаболизм невероятно ускорился, и излучение усиливалось после каждого приема пищи. Однако вчера он отказался от еды.
— Но он голоден! — возразил Корт.
— Он так утверждает — и все-таки не может есть. Сейчас излучение стало заметно слабее.
— Понятно, — пробормотал Корт. — Будьте добры, достаньте мне морскую свинку; в крайнем случае кролик тоже сойдет. Я хочу провести один эксперимент.
Через десять минут, держа в руке брыкающуюся морскую свинку, он вернулся в палату. Лосиколь по-прежнему лежал без сознания. Корт впервые помедлил, глядя на бледную ауру, окружавшую тело пациента. Затем он медленно протянул морскую свинку и прикоснулся ею к руке Лосиколя.
Слабые костлявые пальцы шевельнулись. Они сжали крошечное животное, не причиняя ему вреда, хотя свинка лихорадочно пыталась вырваться. Затем тельце зверька бессильно обмякло. Фосфоресцирующее сияние, окружавшее Лосиколя, стало заметно ярче.
— Значит, вот в чем дело, — сквозь зубы пробормотал Корт. Он вынул морскую свинку из пальцев больного и осмотрел животное. Как он и ожидал, свинка была мертва. Качая головой, Корт вернулся к остальным.
— Вы неправильно кормили его, — объяснил он. — Лосиколь меняется — медленно, но неуклонно. Он превращается в некую форму жизни, отличающуюся от человека. Сперва он ел нормально, хотя и в огромных количествах. Когда структура его тела изменилась, Лосиколь утратил способность усваивать пищу через желудочный тракт, как мы с вами. Он получает энергию непосредственно. Выражаясь мелодраматически, он стал вампиром. Он убьет любое живое существо, которое прикоснется к нему.
— Боже милосердный! — потрясенно воскликнул Грейнджер. — Мы не можем оставить его в живых, мистер Корт!
— Нам придется это сделать, потому что я нуждаюсь в нем. Я должен изучить процесс болезни в ее естественном развитии. Лосиколя будут кормить той пищей, в которой он теперь нуждается: кроликами, морскими свинками и так далее. Как только приедет спецавтомобиль, я отвезу его в свою лабораторию.
Сэмми шаркающей походкой подошел к ним. Его глаза расширились от страха, но голос звучал твердо и решительно.
— Стив, не стоит так рисковать, — попросил он.
Корт не обратил внимания на старика; впрочем, он не слушал никого, когда его разум был увлечен решением новой проблемы.
— Марион, распакуйте мое снаряжение. Спецмашина должна прибыть завтра или послезавтра, а тем временем я хочу провести ряд опытов. Обеспечьте достаточный запас мелких животных для пациента. Не знаю, как много энергии ему потребуется, но излучение усиливается в геометрической прогрессии.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
