Я не представлял, что когда-нибудь со мной случится такое. Я почти повернул назад. Но приказ заставил меня двигаться вперед. На меня сыпались удары, снова и снова, и с каждым ударом моя решимость, слабела. Я добрался до орбиты четвертой планеты, пересек ее. Поток смертоносных частиц не прекращался. На какое-то время я потерял ориентацию и очнулся только у орбиты гигантской планеты. Там я снова вспомнил о приказе.
Раньше я всегда слушался хозяина. Я не знал, что думать, что делать. Я направился к солнцу, вспомнил, что произошло, и вернулся. Потом вспомнил хозяина и снова двинулся вперед. Я боялся оторваться от орбиты пятой планеты и попасть в ураган из камня и металла. Я боялся возвратиться к хозяину ни с чем. Нужно было принять решение. Я не мог вращаться около гигантской планеты вечно. Рано или поздно хозяин нашел бы меня. Это было бы даже хуже, чем вернуться самому. Мне надо было подумать.
Слово «подумать» заставило суперинтенданта вздрогнуть. Сама мысль, что раб может думать, самостоятельно принимать решения, была отвратительна представителю высшей расы. Они предпочитали думать, что рабы – беспомощные существа, во всем полагающиеся на хозяев. Удобный вымысел, существующий на протяжении стольких оборотов Галактики, что создатели сами поверили в этот миф. Суперинтендант подозревал, что этот раб – необычный экземпляр. Теперь он был в этом уверен.
Пока он молча размышлял, истощенный раб собрал остатки энергии и продолжил рассказ:
– Мне показалось, что я нашел ответ… Поток метеоритов был на месте разрушенного участка, значит, вращался на той же орбите и имел границы. Вместо падения практически по параболе, через поток, следовало выбрать движение по эллипсу вдоль метеоритного кольца на той же скорости, что и частицы. Тогда у меня был шанс избежать самых опасных ударов.
По телу раба пробежала дрожь. Он вновь замолчал, собираясь с силами.
– Я почти решился попробовать, когда заметил другого раба. Двое лучше, чем один. Если один умрет, то второй, по крайней мере, узнает от чего. Я легко поймал его: он был в свободном падении, – и объяснил идею. Он был готов следовать за мной, так как сам ничего не мог придумать.
Некоторое время все шло, как я предполагал. Нас задело всего несколько раз. Мне было тяжелее, так как я был ранен во время первого путешествия. Мы добрались до четвертой планеты. Обломки были крупные, уклоняться от ударов было легко. Чем дальше мы продвигались, тем меньше встречали крупных осколков: большинство уже взорвались при столкновениях с планетами. Зато по мере продвижения вперед количество мелких увеличивалось.
Мы снова попали под удары. Моя идея была неплоха, но что-то в ней не работало. Второй раб потерял над собой контроль, как и я в первый раз. Когда мы долетели до третьей планеты, то почти ослепли от боли. Мой спутник, спотыкаясь, направился к безжизненному объекту, который сопровождает третью планету. Участок очень маленький, его диаметр больше диаметра моего тела всего в несколько сотен раз. При такой температуре и величине на нем невозможно выращивать никакие культуры. Несчастный раб столкнулся с этой планетой на большой скорости, и масса его тела просто испарилась. На поверхности сферы образовался еще один кратер.
Я приблизился к третьей планете и наконец-то был готов собрать урожай. Но метеоритная бомбардировка продолжалась. Я не мог сконцентрироваться. Нет слов, чтобы описать мое отчаяние. Я находился меньше чем в двадцати диаметрах от самой богатой и изобильной планеты, которую когда-либо видел в жизни, и у меня не хватало сил, чтобы прикоснуться к этому богатству.
Планету, по-видимому, давно не обрабатывали. Кроме обычных углеводов, легких оксидов и углекислых солей там были невероятно сложные белковые соединения. От одного их вида я почти обезумел. При высокой температуре процессы образования и распада шли невероятно быстро. Эволюция была фантастической! Я не мог ничего этого попробовать, но не мог и оторваться от зрелища такого изобилия.
Несмотря на удары метеоров, я оставался на орбите планеты примерно двести ее оборотов вокруг солнца. Этого времени хватило, чтобы окончательно разрушить мое тело. Только когда мои чувства стали отказывать, я смог покинуть планету. Я перебрался на спокойную орбиту, которая держала меня вдали от смертоносного пояса астероидов. Время от времени я собирался с силами, чтобы позвать на помощь. Все было напрасно. Даже если бы вы появились раньше, у меня не было шансов на спасение.
Я должен предупредить вас. Не входите в орбиту разрушенной планеты и не пытайтесь взглянуть на третью. Богатства третьей планеты приведут вас к неминуемой смерти.
Раб замолчал. Суперинтендант размышлял над услышанным. Нужно было обдумать наказание для студента, чья небрежность привела к такой опасной ситуации. Его возмутила не жестокость приказа, с которым посылали рабов на верную смерть, а неразумное использование рабочей силы. Множество безжизненных тел, вращающихся вокруг солнца, теряющих массу после каждого прохода через перигелий, пока не останутся одни иссушенные оболочки, – печальная картина экономического упадка. Нельзя было упустить тот факт, что лучший участок системы стал недоступен из-за ошибки студента, и рабы поставлены в условия, когда им пришлось думать.
Конечно, прежде чем предъявлять такие обвинения, нужно было провести расследование.
Проверяющий оставил раба и направился к солнцу. Умирающее существо, видя, что он улетает, снова позвало на помощь. Ионный луч заставил его замолчать навсегда. Суперинтендант тут же пожалел о своем решении. Не из жалости к рабу, до которого ему дела не было, а из-за импульсивности поступка. Но, поразмыслив, решил, что раб рассказал все, что знал, и стал бесполезен.
Он не торопился. Притяжение центрального источника энергии медленно вынесло его к орбите гигантской планеты. Его сенсоры прощупывали космическое пространство на многие миллионы миль вперед, отыскивая, где могла притаиться смерть.
Отсюда все казалось безопасным. Он тщательно осмотрел внутренние планеты, которые вертелись, как волчки, на орбитах. Раб говорил правду: рядом с третьей планетой находилось тело его спутника. Космос был пуст.
Однако суперинтендант сохранял осторожность. Что оказалось смертельным для раба, может быть неприятным или опасным для хозяина.
Он остановился у орбиты гигантской планеты и приступил к более тщательному осмотру подозрительного участка. Да, там были тысячи метеоритов, а ведь суперинтендант фиксировал только крупные, не меньше одной двенадцатой от массы собственного тела. Они вращались на орбите разрушенной сферы, в основном между нынешними пятой и четвертой планетами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
