— Господи помилуй, крылья у нее выросли. И зачем она нам нужна? — процедила Мэгги сквозь зубы.
Венера достала из сумочки несколько сложенных листов бумаги.
— Я была очень серьезной маленькой Джессикой Флетчер. Вот список участников, которые все еще здесь, — она протянула листки Сен-Жюсту, а тот передал их Венделлу. — Восемьсот двадцать шесть. Уехала примерно половина и уезжают до сих пор.
— Уезжают? — Деккер побледнел. — Но они не имеют права. Пока у меня нет веских оснований для ареста Луизы Омахи, они остаются подозреваемыми.
— Ну и придурок, — прошептал Венделл, потирая лоб. — Деккер, вы не можете подозревать полторы тысячи человек. Мэгги уже дала мне список всех зарегистрированных участников. Или вы собираетесь держать здесь этих дамочек за счет налогоплательщиков, пока не раскроете преступление? Дай бог, если это случится к следующему Рождеству, и то если повезет.
Никто бы не доверил Вилли расследовать убийство, но раз уж он здесь оказался, то он главный, и ничего с этим не поделаешь, закончил он мысленно.
— Могу я продолжать? — вкрадчиво поинтересовался Сен-Жюст, постукивая маркером по правой доске. — Благодарю. Теперь, как вы все видите… Надеюсь, вы все видите? Сержант, может, вам сесть поближе?
— Нет, не надо, — Деккер проглотил последний кусок бублика.
— Как вам будет угодно, сержант, — вздохнул Сен-Жюст. — Как большинство из вас видит, на этой доске я написал «Первый негодяй», а на второй… Как видите. В настоящий момент я бы хотел кое-что изменить. Мэгги, как мне стереть надпись?
Мэгги намочила салфетку в стакане с водой.
— Вытирай вот этим.
— А она не испортится? — спросил Сен-Жюст, стирая надпись.
— Слушай, после того, как я вчера просидела в этом проклятом лифте, меня одарили двумя жалкими купонами на бесплатную выпивку. Я уж добавлю к этому одну салфетку.
— Банни рассказала мне, что собирается подать иск, — добавила Венера. — После чего улетела домой. Вот курица. А курицы летают? Что-то сомневаюсь. Нет, наверно, она улетела, как… индюшка.
— Индюшки тоже не летают, — хмыкнула Мэгги.
— Как всегда, умничаешь. А я ведь просто так сказала, к слову. В общем, она останется в истории как худший председатель за время существования ГиТЛЭРа.
— Восставший любовный жезл, — пробурчала Верни. Она подошла к мини-бару и налила себе скотча. — Мне ночью снились кошмары.
— Итак, отложим на время список подозреваемых. Пожалуйста, не обращайте внимания на то, что я сейчас напишу на первой доске, — сказал Сен-Жюст.
Мэгги обернулась и увидела, что он написал «Второй негодяй» в центре первой доски своим идеальным каллиграфическим почерком. А затем вернулся к чистой второй доске.
— Что ж, можно продолжать. Предлагаю начать с перечисления событий, которые произошли с самого начала конференции, и вспомнить их не обязательно по порядку, но все. Мы обсудим и впишем — либо сюда, — Сен-Жюст написал «Шутник» наверху второй доски, — либо сюда, — в центре доски он написал «Убийца», — поскольку мы уже пришли к выводу, что преступников двое и у каждого своя цель. Мэгги, начнем с тебя. Ты присутствовала при первом розыгрыше.
— Она? Стреляли-то в меня, помните? — возмутилась Венера.
Деккер достал из внутреннего кармана куртки свой верный блокнот.
— В вас стреляли? И вы не вызвали полицию?
— Пистолет был игрушечный, — объяснила Венера. — Впрочем, неважно. На меня напали, несколько раз. Но дело не в этом. Посягнули на ГиТЛЭР в первый же день. Вот почему я здесь, Вилли. Пока я дышу, никто, никто не смеет посягать на мой возлюбленный ГиТЛЭР! Я пролью свет на происки врагов. Мы сделаем это вместе, правда? Один за всех, и все за одного!
— Вы это слышали? Она просто ходячее клише. Да еще и выглядит как обкуренная. Наверняка начала глотать какое-нибудь экстази, — Мэгги подперла руками голову.
— Благодарю вас, Венера, — Сен-Жюст мягко похлопал ей. — Я восхищен вашей решимостью. Ну что, в бой за ГиТЛЭР?
— За ГиТЛЭР! — Венера улыбнулась и отсалютовала ему кулаком.
— ГиТЛЭР — это чего? — спросил Деккер, снова потеряв нить разговора. Сен-Жюст строго посмотрел на него.
— Первый розыгрыш, — виконт взял красный и синий маркер. — Ковбой с пистолетом. Кто что думает?
Чувствуя себя ужасно глупо, Мэгги подняла руку. Сен-Жюст вызвал ее.
— Шутник, — уверенно произнесла она, надеясь, что сейчас все закрутится и Венделл не уйдет.
— Согласны? — спросил Сен-Жюст. Никто не возразил, и он записал «ковбой» под словом «Шутник». — Следующий?
— Можно я! Можно я! — закричала Венера, вытягивая руку, словно первоклассник.
Если подумать, решила Мэгги, то все это напоминает комедийное телешоу.
Сен-Жюст вздохнул и позволил Венере говорить.
— Потом у меня в номере были мыши, это сделал Шутник.
— Шутник в номере с мышами, — тихо пропела Мэгги, спрашивая себя, нет ли в сумочке Веры еще таблеток счастья и не захочет ли она поделиться.
— Мыши в номере? Здесь, в отеле? — снова встрял Деккер. Да, этот парень тот еще тугодум, но если повторить фразу несколько раз, он мог ее уловить.
— Молчите и слушайте, Деккер, — бросил Венделл. — Съешьте бублик или еще что-нибудь.
Деккер послушно подошел к столу и пошарил на подносе. Обнаружив недоеденный бублик Мэгги, он выложил на блюдце остатки сливочного сыра, вернулся к роялю, сел на стул и принялся есть бублик, обмакивая его в сыр.
Под «ковбоем» появились «мыши».
Потом к списку добавились «засохшие цветы», «пропавшие книги и карточки», «телефонные звонки Морин Бейтс Оукли», «горилла», «потоп в библиотеке» и, наконец, «Банни Уилкинсон на крыше».
— Что ж, с этим покончено, — сказал Сен-Жюст. — Теперь перейдем к происшествиям с телесными повреждениями. Начнем с Джанкарло.
— Телесными чего?
— Жуйте, Деккер! — рявкнул Венделл. — Мэгги рассказала мне об этом, Блейкли. Вы говорите о парне, которому заехали носком по физиономии? Это и есть Джанкарло?
— Да, Джанкарло, король моделей. У меня есть версия, что его ударили носком, набитым монетами, возможно, четвертаками, чтобы сорвать фотосессию, в которой он собирался участвовать вместе с мисс Симмонс.
— Опять она? — Венделл уставился на Венеру. Та пыталась выглядеть одновременно оскорбленной и прекрасной. По мнению Мэгги, на самом деле она выглядела замороженной, но при этом довольной.
— Да, но я считаю, что в данном случае объектом посягательств был Джанкарло. Так что же это — выходка Шутника или дело рук Убийцы? Имейте в виду, что к этому моменту мы уже стали свидетелями, — он начал указывать маркером на доску, — ковбоя, мышей, сухих цветов, телефонных звонков, которые сорвали речь мисс Оукли, и так далее.
