— Вы часто притаскивали пьяную мать домой из гаража. Неудивительно, что у вас был ключ. Когда она привезла с собой пьяного мужика, представился отличный случай. Ночью вы поднялись в квартиру и прикончили ее садистским образом.
— Стоит ли об этом вспоминать, — продолжал улыбаться Петрович. — Кстати. Я едва не нарвался на Ларису. Она тоже заглядывала в квартиру Тони. Украла из сумки документы. Я был уверен, что заподозрят ее. Махинация ценой в семь миллионов того стоила. Но ты сама все испортила, пошла к Швернику и открыла стрельбу. Они выкрутились, свалив все на тебя. Я продолжил их линию, но, как видишь, вовремя поспел, и теперь тебе ничего не грозит.
— Мы подлетаем, — крикнул пилот.
— Ну вот, деточка. Завтра в это же время мы будет на африканском побережье греть свои косточки.
Вертолет начал совершать посадку.
01 час 16 минут
Первой шла Яна, за ней старик, потом бармен, Вера заключала шествие. Густой лес, высокий кустарник, ямы. Пришлось идти гуськом с фонарями в руках. Ветки хлестали по лицу, приходилось пригибаться, ломать их.
Вера не успела произнести ни звука. Сильная рука в перчатке зажала ей рот и оттащила в сторону от тропы в тот момент, когда группа вышла на небольшую поляну.
— Стойте, — скомандовала Яна, подошла к пню и осветила его. — Их тут три. Какой — не помню. Но копать неглубоко, так что лишняя яма ничего не решает.
Она отмерила три шага и указала:
— Здесь.
Дмитрий начал копать.
Вот тут все и началось. Кусты затрещали, появился Егор, держа перед собой Веру и прижимая к ее виску пистолет.
— Никто не шевелится.
— Чего ты хочешь, парень? — спросил Петрович после недолгой паузы.
— Вы останетесь здесь, копайте, сколько вам влезет, а Яна уйдет со мной.
— И все это ради заложницы? — спросил Петрович. — Оставь ее себе, нам она больше не нужна. — Он ловко выхватил пистолет из-за пояса и дважды выстрелил. Девушка повисла на руке Егора.
В руках Дмитрия тоже появилось оружие. Яна кинулась на старика. Он резко ударил ее в лицо, она упала. Егор бросился на землю.
Раздались выстрелы. Стреляли из кустов. Пальба длилась несколько секунд и затихла. Сильная рука схватила Егора и подняла на ноги.
— Не поцарапало? — спросил ухмыляющийся Князь.
— Я-то цел, как Яна?
— Пустяки. Мы ее в обиду не дадим.
— Мне же нужен обвиняемый… Ты понимаешь…
— Понимаю, дорогой мой. Старика мы убивать не станем. Коленку прострелили, чтобы не сбежал. Лежит, хнычет. Наручники на него надень.
Князь протянул Егору рацию:
— Включишь, когда мы смоемся. Менты на мосту засаду держат. Наивные. Ты все правильно рассчитал, Горочка, нам тут больше делать нечего.
— Что мне делать-то? — растерянно спросил Егор.
— Оттащи толстяка к реке. До моста рукой подать, они через десять минут будут здесь. А ты герой! Видишь, как легко с бандой расправился.
— А рация и оружие мне в руки с неба упали?
— Именно так Вербицкому и скажешь. У них в вертолете целый арсенал под сиденьями распихан. И рацию взял у них. Это же шпионы. Они везде подглядывают, всех подслушивают. Вали все на них. Старику все равно не поверят. И держи хвост пистолетом, а то: «Что мне делать?!» Обычно я задаю тебе этот вопрос, дорогой мой консельери.
Князь похлопал парня по плечу, подмигнул и вместе со своими ребятами скрылся в лесу.
— Перевяжи мне ногу, паренек. Кровью изойду, — прохрипел старик, лежащий на земле.
— Сволочи не подыхают, они живучи. Потерпишь.
Егор подошел к Яне. Падая, она стукнулась головой о камень.
— Вот невезуха. Одна шишка еще не зажила, как вторая выросла.
Он взял девушку на руки и понес к берегу реки. Яна открыла глаза.
— Это ты, мой спаситель, или ты все еще снишься мне?
— Спаситель, спаситель! На минуту одну оставить нельзя.
Спустя минут двадцать катер береговой охраны с яркими прожекторами подошел к берегу. Вербицкий стоял у борта, держась за поручень. Егор сидел на берегу, у него на коленях лежала девушка, а в трех шагах от них сидел Гаврила Петрович Зюзиков, держась за перевязанное колено.
— Вот он, третий, — пробурчал Вербицкий.
— Посадил нас парень в лужу, — добавил стоящий рядом Вася Роговской. — Обошлось!
Катер врезался носом в песок.
НОВОЕ НАЧАЛО
Пятница. 12 часов 40 минут
Уже пьяненький, но еще крепкий, Егор сидел в своем любимом баре напротив дома и с важной физиономией морочил мозги своим старым собутыльникам. Он любил угощать местных мужиков, которым жены не давали денег на пропой. Сегодня он нашел двоих из общей своры. Здесь жил народ простой, стихами никто не разговаривал. Егора слушать любили. Мало того, что он выпивку оплачивал, но и врал так, что слушали его с открытыми ртами. Что ни рассказ, то кино. Сюжеты на ходу сочинял. И верили. Уж больно красиво и убедительно парень врал. Его истории долго помнили, правда уже в них не верили: так не бывает, все живут как люди, а Егор вечно воюет со злыми демонами и побеждает их. Конечно, они удивлялись, видя очень известных людей города, с которыми Егор шептался часами в уголке того же бара, после чего всех угощал. Пей, пока ноги держат! Значит, часть правды все же была в его баснях. Но стоило ли над этим голову ломать?
— Так вот, я и говорю. Этого гада я подстрелил первым. Но они убили девчонку. Тут я, конечно, виноват. Я думал, они ее ценят. Оказалось, она им мешала. Просто нужен был лишний человек с оружием. Потом они ее все равно шлепнули бы. Я разозлился и уже не думал о себе. Женщина, которую я любил, лежала без сознания. Жива ли? На раздумья не оставалось времени. Либо жизнь, либо смерть! Я выбрал жизнь…
— Извините, я не помешала?
Слушавшие с неудовольствием оглянулись — на самом интересном оборвали. Возле столика стояла очень красивая девушка, вокруг ее головы светился ореол. Святая! Показалось. Просто она загородила головой лампочку.
— А вот и принцесса! — воскликнул Егор и посмотрел на часы. — Какая точность. Ровно неделю назад, в прошлую пятницу, мы познакомились и сразу же признались друг другу в любви. Она вошла в свою квартиру, а там я. Разговор со мной начала, направив на меня пистолет. Но я-то уже все понял…
— Еще раз извините. Могу я поговорить с принцем? Не более трех минут.
Мужики переглянулись, встали и пошли на улицу, хотя им очень не хотелось уходить. Яна села за столик и сдвинула пустые кружки в сторону.
— Куда пропал?
— У меня свой шесток. На нем и сижу. Куда мне до вас, принцесса? Слышал, вы стали миллионершей?
— Я ею всегда была. Сейчас еще деньжат подкинули. На путешествие в Африку хватит.
— Искать «чертов стул» собираешься? Ты и без алмазов алмаз.
— Так ты согласен?
— Согласен. С одним условием. Если ты хочешь путешествовать по карте, найденной в тайнике, то ничего не найдешь. Я не так глуп, чтобы дарить ее бандитам или прокуратуре. Карту я подменил. Оригинал у меня. Готов тебе ее вернуть и составить компанию. Но ты должна выйти за меня замуж. Годится?
Яна подумала и с серьезным видом сказала:
— Ты и вправду дурак. Настоящая карта у меня, я ее подменила намного раньше. Ты же заменил одну фальшивку другой. Но так и быть, я возьму тебя с собой с одним условием. Ты на мне женишься.
Егор затянулся, глянул в потолок, погасил сигарету и сказал:
— Я подумаю.
— Тогда пошли.
Они вышли на улицу. После полумрака тихой забегаловки солнечный свет их ослепил.
— Ты меня правда любишь? — спросила Яна.
— Кто же откажется от миллионерши!
— Мерзавец!
Они начали переходить дорогу.
— А ты меня любишь? — спросил Егор.
— Мне фамилию надо поменять, чтобы мои следы не читались.
— Мерзавка!
Они остановились посреди проезжей части и начали целоваться. Машины сначала гудели, а потом стали их объезжать. За картиной наблюдали двое пьяниц.
— Похоже, он не врал, — сказал щербатый.
Второй ничего не сказал, он улыбался, не сводя глаз с сумасшедшей парочки.
