основанием около метра с одной стороны, где был подключен провод питания, полтора метра с другой стороны, на конце которой была вогнутая часть, похожая на спутниковую тарелку. В длину установка была метров пять.
– Для безопасности, нужно отойти метров на десять от установки, – безапелляционно заявил Неб-Пер и мы отошли на требуемое расстояние.
– Готовы? – спросил нас Неб-Пер. Получив от нас утвердительный ответ, он махнул рукой Хон-То.
– Начинаем подачу питания, – сообщила Хон-То.
Установка завибрировала и загудела на низких частотах. С каждой секундой вибрация становилась слабее, гул становился выше по тональности. Так и должно быть?
– Мощность 25%... 50%... – проговаривала тауи, следя за показаниями.
Пока всё шло по плану.
– 75%...
Внезапно в месте, куда указывала установка, появилось небольшое свечение, затем свечение начало “подниматься” выше, стало мутным, и верхние слои металла на поверхности планеты начали исчезать, растворяться.
– 100% мощности, – уверенно сообщила Хон-То, и после её слов внутри мутного свечения начали появляться разряды электричества.
– Всё в порядке? Так и должно быть? – заволновался я.
– Да, мелкие частицы нагреваются, – успокоил меня Неб-Пер, – это приводит к трению и коллизиям между ними, вызывая ионизацию воздуха и создание электростатических полей, то есть образуется статическое электричество.
– Выключаю! – внезапно крикнула Хон-То и звук гула установки резко сменился с высоких частот на низкие.
– Что случилось? – спросил её Неб-Пер.
– Мощность стала 101%, было опасно продолжать.
– Согласен. Мы что-то упустили…
– Я знаю что, – я вспомнил свой проект по очистке воды с помощью этого же дезинтегрирующего поля. – Моя установка, которую я сделал в университете, не могла работать долго. Микровыбросы самого дизинтегрирующего поля, выделяли при работе дополнительную энергию, которая продолжала копиться, если устройство продолжало работать.
– То есть нужно избавиться от этой дополнительной энергии?
– Да. Похоже, эта дополнительная энергия не пробивается в атмосферу из-за увиденного нами свечения, – сказал я, – и возвращается к месту подключения питания от корабля.
– То есть нам нужно встроить некий предохранитель? – задумался Неб-Пер.
– Или накопитель лишней энергии! – озарилась идеей Хон-То. – Пойдём, иб-и, я знаю как это исправить.
Они удалились вглубь корабля и вернулись минут через пятнадцать. А может прошло больше времени, мы снова наслаждались красотой переливающихся сияний на этой планете и не заметили бы их возвращения, если бы Хон-То не сказала:
– Готовы?
Мы снова проверили, что отошли на безопасное состояние, и Хон-То продолжила:
– Начинаем подачу питания.
Установка опять завибрировала и загудела на низких частотах. Снова с каждой секундой вибрация становилась слабее, гул становился выше по тональности.
– Мощность 25%... 50%... – проговаривала тауи, внимательно следя за показаниями.
– 75% мощности...
И опять в месте, куда указывала установка, появилось небольшое свечение, затем свечение начало “подниматься” выше, стало мутным, и верхние слои металла на поверхности планеты начали исчезать, растворяться.
– 100% мощности
Внутри мутного свечения начали появляться разряды электричества.
– Всё в порядке! Как только мощность превышает 100%, срабатывает сброс лишней энергии.
Я шумно выдохнул и только сейчас заметил, что я, оказывается всё это время не двигался и не дышал.
Так слой за слоем установка “буравила” проход к найденному кораблю. Ну а мы четверо стояли на поверхности планеты вокруг дезинтегрирующего луча на расстоянии десяти метров прямо над вмурованным кораблём.
Внезапно гул прекратился и установка перестала работать.
– Что случилось? – хором спросили я и Сэм.
– Всё…
– Что всё? Сломалась? Всё таки перегрелась?
– Нет. Всё – в смысле всё. Мы дошли до обшивки корабля и немного задели её, там сейчас небольшая пробоина.
Ани осторожно подошла к образовавшемуся почти вертикальному тоннелю и посмотрела в него.
– Ничего не вид…
Я видел как её голова взорвалась, а тело сначала опустилось на колени, после чего безвольно упало прямо в черноту проёма.
– Кемхет тебя дери! – выругался я, бросая своё тело в лежачее положение.
Глава 22. Неудача/Нту-урт
Я лежал ничком и пытался не шевелиться, когда заметил, что Сэм подходит к проёму.
– Стой, Кемхет тебя дери! Назад! – заорал я ему, но похоже он меня не слышал. – Мило? Где связь?
– Связи нет из-за сильных помех в магнитном поле планеты.
Активирую Концентрацию, срываюсь с места так, что любой спринтер позавидует. Оббегаю проём по длинной дуге, чтобы не попасть в поле зрения неизвестного противника, находящегося, судя по всему, где-то в глубине проёма. Уже близко, ещё чуть-чуть.
И тут происходит сразу несколько вещей одновременно: я хватаю Сэма за его левую руку, чтобы оттащить его от края проёма, краем зрения замечаю на его голове красный след светового указателя.
Своим движением, мне удалось немного сместить положение Сэма, и затем, без каких либо звуков, его правая рука и бо́льшая часть тела разлетается так, как это произошло только что с головой Ани, а я лишь отдёргиваю уже безжизненное тело.
Меня разбирает злость на себя, на Сэма. Какого Кемхета он вообще туда полез?
– В сторону! – снова ору я, на этот раз Лиза слышит и отпрыгивает назад от проёма ещё метров на пять, ближе к самому Страннику.
Что же там такое на дне этого вырезанного в поверхности планете “колодца”? Что за оружие такое, которое с лёгкостью пробивает наши Хут-Гау?
– Быстро на Странник! – командую я Лизе, которая резко развернулась и забежала внутрь корабля, даже не возразив мне. И сам забегаю в него следом за ней.
– Скхаджи! Быстро взлетаем! – прокричал я, забегая в аэролок корабля, створки которого уже закрывались – Если есть возможность и время, просканируй что там внизу.
– Принято, Джек, – отозвался корабль, уже взлетая.
Как только аэролок позволил войти во внутренние отсеки корабля, я побежал на технический этаж, где был размещён модуль воскрешения. Пока я бежал, в голове предательски крутились мысли “Вдруг он не сработал? Или из-за электромагнитных помех модуль засбоил?”.
Это было первое практическое использование модуля на Страннике. И если что-то пойдёт не так, то в таком случае, я себе этого никогда не прощу.
Но всё обошлось, слава Кемхет! Ани уже стояла целая и невредимая, смущённо улыбается, а Сэм ещё находился в капсуле, где в данный момент происходит полная реконструкция его тела.
Не успел я порадоваться за ребят, как из
