Читаем без скачивания Бледна как смерть - Фиона Маунтин

Наташа более внимательно просмотрела имена тех, кто умер. В одном поколении ушли из жизни пятеро подростков.

Нажав копку выхода, Наташа выскочила в коридор. Все чисто. Она медленно пошла обратно.

Уилл с грозным видом топтался у лифта.

– Пришлось заглянуть в комнату для девочек, – улыбнулась Наташа.

– Долго же ты возилась... – Уилл протянул ей копии заметок. – Вот, возьми.

– Спасибо. Если у тебя много дел, не трудись меня провожать. Я сама найду дорогу.

Уилл взял ее под руку.

– Я буду намного счастливее, убедившись, что выставил тебя за дверь.

ГЛАВА СОРОК ПЕРВАЯ

Ее «Санбиму» нужен бензин. Наташа заехала на автозаправочную станцию по пути в Стрэтфорд. Экземпляры местных газет были вывешены на специальном щите. «Уорчестер Ивнинг Ньюз», «Котсволдс Джорнэл», «Оксфорд Таймс». Она совершенно забыла о звонке репортера, который хотел взять у нее интервью о выставке Адама. Она сорвала со щита газету и заплатила за бензин.

По приезде на маленькую железнодорожную станцию Стрэтфорд-он-Эйвон Наташа припарковалась снаружи. Она приехала раньше условленного часа, к тому же, судя по объявлению на станционном табло, поезд из Оксфорда опаздывал. Она просмотрела газету. На первой полосе – победа команды «Оксфорд Юнайтед». Фотографии школьников на забеге, финансируемом спонсорами, заметка о местном компьютерном игровом бизнесе, единственная цель которого – заработать деньги. Как там звали журналиста? Петер Дикон. Она стала искать его подпись, переворачивая страницы, объединенные общей рубрикой – «Искусство». И вдруг слоган: «ТАИНСТВЕННОЕ ИСЧЕЗНОВЕНИЕ ФОТОМОДЕЛИ». Зернистая черно-белая фотография Бетани-Офелии. Под ней надпись: «Знаетели вы эту девушку?»

«Противоречивые слухи ходят о выставке фотографий, которая должна открыться завтра в колледже Эксетер. Авторы экспозиции – группа анонимных молодых фотохудожников, выступающая под названием «Вороны». Ведущая фотомодель, Бетани Маршалл, запечатленная на большинстве снимков, исчезла несколько недель назад после ссоры со своим любовником, который, чтобы разыскать ее, нанял частного детектива из Глочестера, Наташу Блэйк. Любопытно, что девушка не оставила сведений ни о своей семье, ни о возможном месте проживания. Поэтому поиски не увенчались успехом».

Для начала проверьте хотя бы правильность своих жареных фактов! Теперь ей будут звонить ревнивые мужья с просьбой организовать слежку за своими женами.

Откуда они взяли всю эту чушь? Человек, давший в редакцию информацию, был настолько услужлив, что предоставил даже копию фотографии Бетани. Неужели Джейк Ромилли настолько неразборчив в средствах и пошел на подлость только затем, чтобы свести счеты с соперником?

Поезд Адама тихо подъехал к платформе, из здания станции на перрон вышли пассажиры. Наташа наблюдала за обычным маленьким спектаклем расставания: люди говорят «до свидания», пожимают друг другу руки, похлопывают по плечу.

Она заметила, что Адам сделал все возможное для того, чтобы выглядеть презентабельно: свежевыбритый, под черной курткой хорошо выглаженная белая рубашка.

Он открыл дверцу, сел рядом с ней. Она молча протянула ему газету.

Адам даже не взглянул на нее.

– Это не я, понятно? Энджи предложила организовать рекламу выставки. Она послала в издательство «Офелию» в формате JPG. Один из журналистов позвонил, чтобы узнать побольше о самой Бетани. Энджи случайно упомянула о том...

– Случайно? Ты уверен? Я полагаю, что это грязный рекламный трюк. Посмотри на эти эпитеты! Одним махом вас превратили в радикальных, противоречивых, таинственных!

Он схватил газету, разорвал на две части, скатал из обрывков шарик, вышел из машины и выбросил его в урну.

– Мусор, – сказал он, вернувшись. – То, что ты говоришь, абсурд. Какое это имеет значение, в конце концов? Бетани могла это увидеть...

Да, могла.

– А также ее семья.

– Хорошо, что мы едем к ним сегодня, – Адам взглянул на Наташу. – Забудь об этом, договорились?

Оставалось убить около сорока минут. Наташа предложила зайти куда-нибудь выпить кофе. Она оставила «Санбим» на парковке возле станции, и они пошли вниз по Гринхилл-стрит, мимо остроконечной часовой башни, свернули направо на Хай-стрит.

Они облюбовали кафе, окна которого выходили на Найн-Арк-Бридж. Сели за столик у окна, выпили кофе. Они молчали, наблюдая за ярко разукрашенными узкими лодочками, маневрирующими на водах канала.

Наташа не могла отделаться от ощущения, будто сидишь в приемной у хирурга и ведешь с другими пациентами вежливую беседу, убивая время. Кофе добавил ей энергии. Накачанный адреналином организм успел переварить тосты, которая она съела за завтраком.

Наташа заметила, что руки Адама, держащие чашку, дрожат.

Он сказал, что предоставляет ей вести разговор с отцом Бетани, но она не имела представления о том, с чего начать. Она верила, что нужные слова придут тогда, когда в них появится необходимость. На что она действительно надеялась – так это на то, что после разрыва с Адамом Бетани вернулась домой, что она живет в доме своего детства и что Наташа сможет рассказать ей обо всем, что ей удалось найти. И тогда поставленная задача будет выполнена. Однако она знала, что в реальности все не бывает так просто.

Адам откинулся на спинку стула, без интереса открыл один из журналов, купленных в поезде. Броский заголовок указывал на то, что журнал предназначался для подростков. Тут не обошлось без художественных фотографий мрачных музыкантов, анонсов фильмов и рекламы одежды, подобной той, которую Наташа покупала в Кенсингтон Маркет, когда жила в Лондоне. Адам поднялся из-за стала, сказав, что ему нужно в уборную. Она понимала, что ему трудно просто сидеть и ждать.

По мере того как время приближалось к половине одиннадцатого, кафе опустело. За соседним столиком сидела молодая пара, неторопливо потягивающая напитки, доедающая напополам порцию шоколадного торта.

Девушка смотрела, как Наташа и Адам оплачивают счет. На мгновение Наташа увидела себя и Адама со стороны. Еще одна парочка влюбленных, проводящая вместе долгий уик-энд.

Может, буквально через несколько минут они встретятся с настоящей любовью Адама – обычной двадцатилетней девушкой, которая сейчас, лежа на кровати, слушает музыку или болтает с подругой по телефону, одновременно покрывая лаком ногти.

А может быть, и нет.

ГЛАВА СОРОК ВТОРАЯ

Дом номер 19 по Эльсинор-роуд, расположенной в новом жилом массиве на западной окраине Стрэтфорда, представлял собой большое, отдельно стоящее здание, имитирующее постройку эпохи Тюдоров, с широкой, посыпанной гравием дорожкой и двойным гаражом. Побелка сияла первозданной белизной, за стеклами окон первого этажа виднелись новые занавески. «Ауди» с новой номерной табличкой была припаркована наискосок от красной входной двери, на которой дверной молоток выглядел так, будто его полировали каждый день.

Наташа поняла, что родной дом Бетани очень похож на ее собственный. Однако это сходство лишь усилило ее беспокойство. Она представила, как бы встретили Анна и Стивен человека, который, подобно ей, пришел бы к ним вместе с кем-то, похожим на Адама, чтобы поговорить об их родословной, и при этом начал бы с информации, добытой с помощью Уилла в Центре генетических исследований. Анна отчитала бы посетителя, напомнив ему о недопустимости вторжения в частную жизнь. Еще бы, с какой стати первый встречный сует свой нос в дела ее семьи, не спросив на то разрешения! Со своей стороны, Стивен наверняка с глубоким недоверием стал бы присматриваться к Адаму, сомневаясь в его искренности, автоматически подозревая его во лжи, несмотря на явную ложь со стороны дочери.

– Встреча с родителями – всегда тяжкое испытание, однако игра стоит свеч, – изрек Адам.

Наташа попыталась изобразить на лице нечто, похожее на ободряющую улыбку.

Отец Бетани сам открыл дверь. Высокий и элегантный мужчина лет шестидесяти. Он был одет аккуратно, в темно-серые фланелевые брюки и синий свитер.

– Наташа Блэйк, – представилась она. Он поздоровался с ней за руку.

– Эндрю Уилдинг.

Адам протянул руку:

– Адам Мэйсон.

Неопределенное движение бровей выдало недоумение хозяина дома.

Он провел их через прихожую с голубым ковровым покрытием в небольшую чистую гостиную, с розовой мягкой мебелью, бежевыми коврами и стенами кремового цвета, украшенными акварельными изображениями водяных мельниц, замков и рек. Мягкие кресла были расставлены рядом с фальшивым камином, который выглядел удивительно натурально, но не давал тепла. Эндрю Уилдинг предложил им устраиваться поудобнее.

– Я полагал, что только аристократы нанимают исследователей для изучения своих родословных.

Наташа растерянно улыбнулась. Она уже собиралась начать объяснения, когда Уилдинг вышел на кухню, чтобы поставить чайник.