пришла в голову одна мысль. Схватив тень и убедившись, что она прикрывает его целиком, он вышел из проулка.
Ни один прохожий его не заметил. Порой кто-то смотрел на стену, словно ощутив его взгляд, но прямо на него – никто. Он сам стал тенью. Он был невидим.
Вопросы роились у Мазена в голове даже после того, как он сбросил тень, позволив ей стелиться следом. Может, это было проклятьем, наложенным теневой джинной? Может, именно поэтому она не уходит из его снов?
«А может, – подумал Мазен, содрогнувшись, – это знамение».
30
Лули
– Если бы ты могла убивать взглядом, весь базар уже вымер бы, – заметил Кадир, доедая остатки купленного ими фалафеля. Он смял пакет из-под еды в кулаке и, не дождавшись от Лули ответа, бросил им ей в макушку. Она поймала комок и бросила в него. Она понимала, что Кадир просто пытается подтолкнуть ее к тому, чтобы она поделилась своими тревогами, – он старался поднять ей настроение с того момента, как они отправились гулять, – но сейчас ей было не до его выходок. Ее слишком сильно волновала встреча с Ахмедом.
Даже царящая на базаре суматоха не могла ее отвлечь. Фонари, закрепленные на пальмах, давали слишком резкий свет, а славные рисунки на разноцветных повозках теперь казались аляповатыми. Хотя народа на базаре стало меньше, из-за многочисленных кривых улочек он казался более тесным, чем базар Мадинны. Лули было душно.
Кадир подошел ближе.
– Ты точно не хочешь, чтобы я этим вечером тебя сопроводил?
Лули посмотрела на стайку ребятишек, усевшуюся на ближайшей крыше. Она улыбнулась, увидев, как они указывают на нее и возбужденно перешептываются.
– Все будет хорошо. Ахмед безобиден. – Даже не глядя на Кадира, она знала, что он скептически выгнул бровь. – Вчерашняя ночь была…
Лули сбилась. Она была подавлена, сама себе отвратительна. Сегодня все будет иначе. Сегодня вопрос не о ней с Ахмедом. Сегодня вопрос о ее деле.
Утром она получила еще одно приглашение с обещанием Ахмеда до их отъезда познакомить ее со своими друзьями – потенциальными клиентами. Лули не любила получать запятнанные кровью деньги от убийц джиннов. На самом деле она старалась вообще ничего им не продавать. Нет, сегодня никаких продаж не будет. Она просто соскучилась по возможности отказываться от сделки, которая ей не по душе. Сегодня она вернет в свою жизнь хоть немного контроля.
Кадир вздохнул.
– Вчерашняя ночь была жалкой. – Поймав гневный взгляд Лули, он фыркнул и сказал: – Вот, опять. Убийственный взгляд. Не похоже, чтобы у тебя все было хорошо.
– Я твоего мнения не спрашивала.
Они свернули за угол и попали в ряды ювелиров, где купцы выставляли за стеклом побрякушки из золота и серебра. Лули рассеянно скользнула взглядом по ожерельям и кольцам с сапфирами и рубинами, массивным золотым браслетам и дорогим цепочкам с крошечными жемчужинами. Все витрины были ярко освещены и ослепительны, заманчивы… Пока ювелир не называл совершенно абсурдную цену.
«Да помогут боги несчастным дурням, не умеющим торговаться», – подумала она.
Они уже приближались к центру Дхима, где дворец Ахмеда стоял среди претенциозных особняков, когда Кадир заступил ей дорогу.
– Это твой последний шанс. Ты точно не хочешь, чтобы я тебя сопровождал?
– Да. – Она скрестила руки на груди. – Ты мне не нужен там, где будет просто вежливое обсуждение. Я бы предпочла, чтобы ты разведал слухи насчет Убийцы в Черном.
Кадир вздохнул.
– Слухи, которые несомненно окажутся пустыми.
– Все равно это будет более полезной тратой времени. Не надо со мной нянчиться.
Она повторяла это целый день. Вот только так и не поняла, кого надо было убедить: его или саму себя.
Кадир сурово на нее посмотрел. Она не поддалась нажиму, и он смягчился. Когда он ушел, она повернулась к дому Ахмеда и глубоко вздохнула.
«Ахмед бин Валид – просто человек. Я в нем не нуждаюсь». Она повторяла про себя эти слова, пока его стражники вели ее через внутренний двор. Гостей Ахмеда она услышала еще до того, как увидела. Дюжина человек расселась в диване вокруг ковра: охотники, разодетые в дорогие шелка и украшения. При всех было оружие.
Лули быстро осмотрелась и отметила, что за время ее отсутствия диван убрали: исчезли помост и роскошная мебель, которые были накануне вечером. Сейчас здесь оставался только ковер и рассевшиеся по кругу разряженные убийцы. Ахмед бин Валид оказался на дальней стороне ковра. Сегодня он был одет скромно: простые бежевые туника и шаровары, темно-синий платок, наброшенный на плечи. При виде нее он улыбнулся – той же знакомой улыбкой, от которой у нее трепетало сердце.
– А вот и почетный гость. Добро пожаловать, Полночный Купец.
Он указал на свободную подушку справа от себя.
Шагая к нему, Лули заставила себя успокоиться. Усилием воли она прогнала воспоминание об их сцепленных руках и о том, как его дыхание касалось ее шеи. Опустив плечи, она медленно выдохнула, радуясь тому, что рот у нее закрыт платком, и опустилась на подушку рядом с ним.
– Как всегда, рада здесь оказаться. – Охотники рассматривали ее с любопытством, более или менее сильным. Один из них – судя по лицу, самый молодой – с подозрением сощурился. Лули нахмурилась. – Что-то не так, сейид?
Охотник покраснел.
– Прошу прощения, купец. Ты моложе, чем я думал.
Лули с трудом удержалась, чтобы не закатить глаза. Она понимала, что вопрос не только в молодости. Успех в раннем возрасте у мужчин приветствовался, однако успешная женщина являла собой странную загадку. Большинство мужчин не знали, как реагировать на ее уверенность в себе.
Она выгнула бровь
– Нет, это ты меня прости. Мне не следовало резко говорить с ребенком.
Охотник густо покраснел и возмущенно на нее уставился. Лули порадовалась его гневу, но еще большее удовольствие она получила от смеха его сотрапезников. Даже Ахмед ухмыльнулся.
– О Лули аль-Назари следует знать одну вещь: она не терпит оскорблений. По крайней мере, не ответив на них. – Он обвел всех блестящими глазами. – Ну что ж, похоже, все здесь.
– А как же наследный принц? – спросил один из охотников, седеющий старик с немалым количеством шрамов на лице.
Ахмед вздохнул.
– Я его пригласил, но, похоже, он слишком занят, чтобы присутствовать.
Собравшиеся заворчали. Лули удивилась их недовольству. Неужели принц так близок с этими людьми, что они рассчитывали на его приход? Или же он для них знаменитость?
Ахмед хлопнул в ладоши, призывая всех к молчанию.
– Не волнуйтесь. Мы можем хорошо провести время и без принца.
Он махнул рукой, и ожидавшие в отдалении слуги начали выставлять яства. У Лули забурчало в животе, когда на ковре появились блюда с халлуми и питой, миски с баба ганушем и фаттушем, вертела с куриным и бараньим шуш-тауком и долма с рисом и луком.
– Давайте же есть и беседовать! У нас сегодня прекрасная компания.
Лули была рада последовать этому приглашению.
