— Ты отменишь встречу с французами? — допытывался Ратерфорд.
— Ну… не совсем, — уклончиво промямлила Мередит, жалея, что не может лгать ему с такой же легкостью, как всем остальным.
— Тогда что же именно собираешься делать?
— Мы и близко не подойдем к пещере. Судно причалит к другому месту, около Полруана, на другом конце Фауи. Обычно мы не забираемся так далеко, потому что оттуда труднее перевозить товар. Но лейтенант ничего не заподозрит, а мы устроим небольшое представление, чтобы у него не остыл интерес к этой части побережья, — усмехнулась Мерри и с нежной улыбкой добавила: — Я благодарна тебе за предупреждение и обязательно им воспользуюсь. Но теперь я должна извиниться и попрощаться. Необходимо поговорить кое с кем о перемене наших планов в самую последнюю минуту.
— Настанет время, Мерри Трелони, когда ты не отделаешься от меня так легко. Помни об этом, — отчеканил Дэмиен и, поставив бокал, сухо откланялся и исчез.
Мередит с несчастным видом уставилась на захлопнувшуюся дверь. Она непростительно резко и жестоко обошлась с ним, его гордость, вне всякого сомнения, задета. Но как можно разыгрывать из себя милого домашнего котенка, когда все ее мысли сосредоточены только на осуществлении рискованного плана? Как обмануть береговую охрану и благополучно переправить контрабанду? Вот о чем она мучительно размышляла. Что ж, еще одно доказательство полной невозможности брака между лордом Ратерфордом и Мерри Трелони. Может, и Дэмиен начинает это понимать? Но что означает его последнее предупреждение? Возможно, ничего.
Пожав плечами, она выбросила загадку из головы и отправилась переодеться в амазонку. Нужно ехать в деревню и поговорить с Бартом. Он передаст остальным ее наставления.
Так случилось, что рыбачья шлюпка оставила пристань Ландрета на закате и благополучно миновала предательские рифы. В открытом море, как и полагалось, рыбаки зажгли фонари на носу и корме. Французское суденышко, плывущее без огней, при виде шлюпки изменило курс. Когда лодка повернула к Полруану и фонари погасли, Жак задумчиво покачал головой и вздохнул. Что-то неладно, но Мерри не желает упускать из рук сегодняшнюю партию. Смена условленного места не подвергает Жака опасности, но корнуольцам приходится рисковать куда больше. Им придется долго добираться до своих домов и еще дольше развозить товар. Однако это уже не касается Жака. Принимает решение Мерри, и если ее люди готовы повиноваться предводителю, значит, знают, что делают.
Самой Мередит не оказалось ни в рыбачьей шлюпке, ни в небольшой группе, ожидавшей на берегу около Полруана. Вместе с еще тремя контрабандистами она ожидала в пещере под Пенденнисом.
— Значит, условились. Люк, посигналь факелом с берега. Это привлечет наших преследователей, как мотыльков на огонь. Тод, оставайся с пони. Когда придут охранники, ты вспугнешь животных, чтобы они стали метаться в темноте и подняли суматоху. Все подумают, что застали нас врасплох. Она усмехнулась, и во тьме блеснули зубы, казавшиеся особенно белыми на вычерненном жженой пробкой лице,
— Они никого не найдут, поскольку вы к тому времени успеете ускользнуть на тропу. Тогда наступит наша с Джоссом очередь. Зайцы начнут преследовать гончих. Зададим им гонку! А пока они заняты нами, им будет некогда смотреть в сторону Полруана.
Ее молчаливые спутники согласно закивали и направились ко входу в пещеру.
Лейтенант Оливер и его люди, расставленные вдоль прибрежной дороги, переминались с ноги на ногу и тосковали в ожидании очередной проведенной впустую ночи. Но тут кто-то заметил мгновенную вспышку, немедленно погасшую. Сигнал, к радости лейтенанта, повторился несколько раз, вполне достаточно, чтобы определить место, откуда он подавался.
Ну и дураки же эти корнуольцы, несмотря на всю свою подозрительность и неприязнь к чужакам! А сами так и лезут в капкан!
Прошло не менее часа, прежде чем таможенники собрались на вершине скалы, где перед этим зажигался факел. Задержка, однако, нимало не обеспокоила лейтенанта Оливера. Он намеревался схватить контрабандистов на месте преступления, а судну потребуется столько же времени, чтобы подойти к берегу. Он всмотрелся в темноту, и зрелище, открывшееся его глазам, растопило бы самое ледяное сердце. Довольно большая шлюпка, правда, меньше, чем он ожидал, была вытащена на песок. Рядом суетились темные силуэты и фыркали пони. Этого оказалось достаточно. Он выпалил из кремневого пистолета в воздух, вспугнув контрабандистов, у которых не оказалось путей для отступления, и одновременно давая сигнал своим людям. Те попрыгали вниз вслед за офицером.
Пони, и без того перепуганные выстрелом и подстегиваемые Тодом, который энергично орудовал веткой терна, в страхе заметались, а внезапное появление орды, размахивавшей мушкетами и шпагами, окончательно свело их с ума. Тод и Люк несколько минут забавлялись, внезапно появляясь перед охранниками и подбадривая их воплями, пока те не перестали различать, кто враг, а кто союзник. Каждый раз при виде темной фигуры, совершенно безликой, если не считать случайного блеска зубов или глаз, таможенники воодушевлялись, считая, что теперь-то преступники вот-вот будут пойманы.
Наконец Тод и Люк предусмотрительно удрали и уже карабкались по узкой тропе, когда прозвучал второй выстрел и Мерри, перекрывая какофонию, панически завопила:
— Бежим, парни! Каждый сам за себя!
Лейтенант заметил человека с короткой шпагой в одной руке и дымящимся пистолетом в другой. Еще один рванулся к горной тропе. Офицер пока не имел представления о том, что творится на берегу, но понимал, что не может уйти с пустыми руками, иначе завтра будет выглядеть последним дураком в глазах корнуольцев и собственных людей. Нужно хотя бы схватить шута, посмевшего издеваться над солдатами его величества. Несколько часов допроса, и контрабандист будет более чем счастлив дать лейтенанту Оливеру все необходимые сведения.
Он выкрикнул команду, и его горемычное войско, бросив пони и прекратив беготню, постепенно начало собираться вокруг командира. Двое убегавших карабкались наверх, преследуемые по пятам таможенниками. На вершине скалы они разделились, и лейтенант немного помедлил. Ему нужен только один. Стоит ли посылать погоню за обоими, или лучше сложить все яйца в одну корзину?
Тот из контрабандистов, что был поменьше ростом, вдруг обернулся, и в воздухе прозвенел громкий издевательский смех, от которого у Оливера мороз прошел по коже. Смеются не только над ним, но и над законами его величества!
Он ринулся к преступнику, на ходу вытаскивая шпагу. Но Мерри была готова к нападению и парировала удар, сделав выпад. Она почувствовала, как сталь разрывает тугую плоть, услышала треск рвущейся материи и, осознав, что если помедлит еще чуть-чуть, перевес будет на стороне Оливера, повернулась и побежала. Боль в бедре застигла ее врасплох. Ногу отчаянно жгло, как от сильного пореза. Когда она дотронулась до ноющего места, ладонь стала мокрой. Пока она поворачивалась, раненый лейтенант успел ударить наугад и зацепить противника острием своей шпаги. Сгоряча Мерри ничего не ощутила, но уже через минуту сообразила, что произошло.
