Читаем без скачивания Дикая орда - Джон Робертс

Он был доволен тем мрачным весельем, которое вызвали его слова у слушателей. Он сумел повернуть их негодование против Хондемира, Согарии и негирканийского мира в целом. Его путь к мировому господству все еще был открыт.

- А теперь идите к своим воинам и прикажите седлать коней. Мы отправляемся через час!

Когда вожди покинули шатер, наложница кагана выскользнула из укрытия за троном, где она, как обычно, с ведома повелителя слушала его беседу со сподвижниками.

- Дела плохи, господин мой, - сказала Лакшми. - Если бы не твой быстрый разум и смелая речь, наши планы могли бы превратиться в руины.

- Да уж, - мрачно ответил он, - чуть до этого не дошло. Как этот колдун узнал наши погребальные обычаи? Как нашел он дорогу в Город Курганов? Каган снял с колышка доспехи и стал надевать их.

- Этот туранец - большой чародей, - ответила Лакшми. - Кто утаит секрет от такого, как он? Может, ему сказали духи воздуха, что летают повсюду над степью, видят все, что под небом. Спроси своих шаманов.

Бартатуя криво улыбнулся:

- Жаль, конечно, что киммериец ушел от наказания, но даже бегством своим он сослужил мне услугу. Он и два его дружка перебили половину этих пустозвонов. А спрашивать их о настоящем колдуне - это все равно что у шакала допытываться о льве.

- А как ты справишься с этим чародеем, когда мы доберемся до Города Курганов? - спросила она, стараясь увести разговор от ночи бегства Конана. Она жила в постоянном страхе, что кто-то из выживших шаманов проболтается и выдаст ее роль в ночном таинстве. Она подумала, как бы отравить их всех разом.

- Не знаю, - сказал он. - Его боевые силы можно в расчет не принимать, хотя, если Город Курганов и впрямь у него в руках, он может многое натворить.

- Что именно? - спросила она. Она-то хорошо знала ответ. Но нельзя, чтобы у Бартатуи возникло хоть малейшее подозрение, что она как-то связана с Хондемиром.

- Не важно, - ответил каган. ~ Мы перебьем этих чужестранцев, чего бы это нам ни стоило. А теперь приготовься. Предстоит тяжелый путь. Сейчас мне не до твоей белоснежной кожи.

- Не думай о таких мелочах, господин мой, - ответила она. - У меня одна забота - чтобы ты сохранил свое положение как Учи-Каган гирканийских орд.

Собираясь в дорогу, Лакшми чувствовала удовлетворение: она была удачливой заговорщицей, все ее усилия приносили плоды. Лишь одна мысль нарушала ее спокойствие: что поделывает киммериец?

ГЛАВА 14

Мансур зачарованно и недоуменно смотрел, как Конан готовится к ночной вылазке. Киммериец запас несколько головешек от костра и теперь соскребал с них сажу - тончайший черный порошок. Сажу эту он сметал с растопленным жиром антилопы и полученное вещество размазал по лицу, рукам и торсу.

- Уж не думаешь ли ты, что я тоже буду мазаться этим отвратительным месивом, - сказал Мансур, морщась, - Если хочешь идти со мной в лагерь, парень, - придется! - ответил Конан. - По крайней мере, есть надежда, что нас не накроют. Надо действовать незаметно, как пикты. А грязь... Грязь вода с песком отмоет за пару минут. Раны лечить дольше, а смерть - это вообще навсегда. К тому же у тебя почти не будет оружия - только меч и кинжал. Смотри, чтобы они не гремели.

Не без содрогания Мансур начал размазывать мерзкую грязь по лицу и рукам. К его изумлению, ощущение было не таким уж отвратительным. Он даже почувствовал, будто принимает участие в каком-то древнем воинском ритуале, в цивилизованных странах давно забытом. Юноша посмотрел в маленькое зеркальце и улыбнулся: белые зубы блеснули на перепачканной физиономии. Он на самом деле почувствовал прилив ярости.

Конан поймал его взгляд и предупредил разошедшегося юнца:

- Не думай, что сумеешь с ними справиться и умыкнуть свою Ишкалу у них из-под самого носа. Пока нам нужно просто выяснить, что к чему. А вот когда выясним, сколько у них сил, каковы их планы и хорошо ли ладят друг с другом два лагеря, - вот тогда и решим, что делать.

Мансур был разочарован, хотя понимал: Конан знает, что говорит. И все-таки он продолжал мечтать о том, как вырвет Ишкалу из лап врага, прикончит колдуна, с боем пробьется из лагеря, а там - бешеная гонка по степи, не разбирая дороги. Он даже начал слагать длинную эпическую поэму, прославляющую великий подвиг.

Они пустились в путь, как только стемнело. Забравшись на вал, Конан дал команду остановиться.

- Подождем здесь, пока они не напьются. Они сейчас пируют - слышишь, какой там шум, - объяснил киммериец.

- Почему мы здесь, на туранской стороне? - спросил Мансур. - Ведь Ишкала сейчас почти наверняка в лагере Красных Орлов.

- Она нам пока не нужна, - ответил Конан. - Она сейчас более или менее в безопасности среди своих согарийцев. А вот колдун, конечно же, с туранцами. Кроме того, Красные Орлы выставили часовых, а те свое дело знают туго. Скоро большая часть туранцев перепьется и уснет. Колдуны творят свои заклинания в основном по ночам. Это самое подходящее время, чтобы нагрянуть к магу в гости.

- Прекрасно, - вздохнул Мансур, - но у меня больше нет сил терпеть...

- Терпение - это качество, которое должен воспитывать в себе каждый воин, - посоветовал киммериец, - чрезмерная жажда битвы погубила больше солдат, нежели трусость.

Мансур уже устал от занудных поучений варвара.

- Истинные подвиги совершаются по вдохновению, а не по расчету! воскликнул он.

- Учись у меня, - ухмыльнулся киммериец, - может, проживешь подольше. Я за свои знания заплатил высокую цену. Раны, цепи и рабство - вот чего стоила мне учеба. Если поумеришь пыл - сложишь больше стихов для своих земляков.

Ворча, Мансур все же присел, прислонившись спиной к поросшей травой насыпи. Снизу доносился шум пиршества - грубая брань вперемежку с разнузданным хохотом. Юноша прикрыл глаза.

Согарийский поэт-герой проснулся, почувствовав, как сильная рука варвара трясет его за плечо.

- Проспишь, величайший из воинов, - услышал он насмешливый голос киммерийца, - пора спускаться. Держись поближе ко мне и не произноси ни звука, что бы ты ни увидел. Если понадобится кого-нибудь убить, предоставь это мне. Я могу это сделать тихо. Держи меч в ножнах и не вытаскивай его, пока я не достану свой. А теперь пошли.

Мансур вновь подивился осторожности Конана. Варвар двигался через вражеский лагерь быстро, беззвучно ступая босыми ногами. И еще у него была сверхъестественная способность обходить препятствия в темноте. Мансур никогда раньше не думал, что такая змеиная ловкость, умение бесшумно двигаться тоже входит в число неотъемлемых качеств настоящего воина. Ему казалось, что эти качества приличествуют дикарям, живущим в каких-то далеких, забытых богами дебрях. Но каким бы варваром ни был этот Конан, он знает и умеет многое!