class="p1">Повседневные обязанности по управлению королевским двором и воспитанию юного короля легли на плечи Томаса Бофорта, герцогу помогали два ближайших слуги Генриха V, сэр Уолтер Хангерфорд и Генри, лорд Фицхью, а за образованием ребенка должны были следить епископ Бофорт и Ричард Бошан, 13-й граф Уорик, — два разносторонних человека, более чем способных дать юному королю всестороннее религиозное и военное образование, пропитанное духом рыцарства. Примечательно, что все они были людьми, составлявшими ядро окружения Генриха V на протяжении всего его правления. Было очевидно, что он передал своего сына тем, кому доверял больше всего. Королева Екатерина, ставшая вдовой в возрасте всего двадцати лет, не должна была принимать никакого участия в воспитании своего сына[343].
Что это назначение говорит об Эксетере, которому лично было поручено заботиться о новом короле? Нет сомнений, что Генрих V хорошо знал своего дядю; у них было всего девять лет разницы в возрасте, и они были близки, в переносном и буквальном смысле, на протяжении большей части своей жизни. Семья Бофортов всегда была вхожа в дом Ланкастеров, и с самых ранних лет своей жизни Генрих должен был знать о другой семье своего деда. Вполне вероятно, что уже в 1403 году Томас Бофорт и Генрих, тогда еще, принц Уэльский, сражались бок о бок во время битвы при Шрусбери, которая стала знаменательной, хотя и жестокой победой для двух молодых людей, ищущих свой путь в этом мире. После этого они обратили свое внимание на вопросы управления государством, находясь рядом друг с другом в Совете, где у них сложился устойчивый политический союз. Их постоянная близость во время французских кампаний, начиная с 1415 года, свидетельствует о дружеских отношениях, которые были построены на многолетнем доверии, преданности и братстве.
Эксетер никогда не подводил своего племянника и был вознагражден за свою усердную службу возведением в герцоги. Несмотря на смерть своего государя, герцог теперь должен был продолжать служить и одновременно присматривать за единственным наследником короля. Очевидно, что Эксетер обладал определенными качествами, которые нравились королю, когда тот рассматривал, кто из его дворян наиболее соответствует его собственному представлению о том, как должен воспитываться его сын, оставшийся без отца. Герцог был нравственным, набожным и мужественным человеком, достойным представителем дома Ланкастеров, и было очевидно, что он станет идеальным опекуном для молодого короля.
На епископа Бофорта, одного из четырех главных исполнителей завещания короля, к тому же обладавшего несомненными административными талантами, была возложена незавидная задача уладить финансовые дела племянника, на что церковнику потребовалось почти двадцать лет. Епископ также должен был построить в Вестминстерском аббатстве капеллу вокруг запланированной гробницы короля, которая должна была быть возведена к востоку от капеллы святого Эдуарда Исповедника и создана из камня, привезенного из города Кан в Нормандии. Хотя строительство гробницы было завершено в 1431 году, к возведению капеллы приступили только в 1438 году, возможно, из-за постоянных финансовых трудностей королевской казны. Тем не менее строительство было завершено в 1450 году, через несколько лет после смерти епископа, и, хоть и с запозданием, но капелла стала долговечным памятником великому победителю при Азенкуре.
Бофорты уже однажды были вынуждены приспосабливаться к новым условиям после смерти короля; в том случае, когда в 1413 году их племянник стал Генрихом V, Генри и Томас Бофорты уже установили тесные отношения с новым монархом в предыдущие годы и смогли использовать это в своих интересах впоследствии. Они добились благосклонности, титулов и богатства благодаря заслугам, которые были признаны и вознаграждены. Ситуация, в которой они оказались в конце 1422 года, была совершенно иной.
Новому королю было меньше года, и его собственные дяди, герцоги Бедфорд и Глостер, боролись за власть, оттесняя Бофортов на второй план. О личных отношениях с младенцем-королем не могло быть и речи, поэтому братьям нужно было вести политику на своих условиях, если они хотели сохранить свой выдающийся статус двух самых влиятельных людей Англии. Генри и Томасу Бофортам было около сорока семи и сорока пяти лет соответственно, они были одними из самых опытных политиков в королевстве, и хотя старые друзья покойного короля все чаще отходили на второй план, Бофорты пока не собирались уходить в прошлое.
14.
Великий раздор
1422–1426 гг.
Хотя король-ребенок для средневековой Англии не был редкостью, более ранние случаи, когда на английский престол вступал несовершеннолетний, часто приводили к периоду политических и социальных волнений. Генрих III, Эдуард III и Ричард II унаследовали корону в несовершеннолетнем возрасте и столкнулись с различными проблемами в начале своего правления. Несовершеннолетие Генриха VI не должно было стать исключением.
Генриху VI было всего девять месяцев, когда он стал королем, и Англия столкнулась с двумя десятилетиями коллегиального правления — достаточным временем для того, чтобы различные советники могли побороться за власть в вакууме, образовавшемся из-за отсутствия взрослого короля. Это был вакуум, в котором Бофорты были полны решимости навязать себя, играя важную роль в английской политике с начала века. Эта позиция привела Генри Бофорта, в частности, к прямому конфликту с его гордым племянником Хамфри, герцогом Глостером.
Первый Парламент третьего ланкастерского короля открылся всего через два дня после похорон его отца, и напряжение между епископом Бофортом и герцогом Глостером вскоре стало очевидным. Честолюбивый герцог считал, что ему доверили общее управление Англией, в то время как его брат Бедфорд представлял интересы Ланкастеров во Франции, и поэтому Глостер, образованный, но менее тактичный, чем его брат, рассчитывал править Англией в качестве регента без вмешательства кого-либо другого. Однако он не учел яростной оппозиции Парламента, который не собирался позволить Хамфри взять на себя управление без его участия.
Не обращая внимания на предсмертное желание Генриха V, Парламент утверждавший, что умерший король не может определять кому управлять королевством, смело решил, что Глостеру подходит должность протектора или главного советника, но никак не регента. Эту позицию поддержал и герцог Бедфорд, который написал в Парламент письмо из Франции, чтобы подтвердить свои права на главенство в Англии как следующего в очереди на трон. Глостеру оставалось только подчиниться, и 5 декабря он был должным образом назначен "протектором и защитником Английского королевства и английской церкви, а также главным лордом-советником короля". Другими словами, все, кроме регентства[344].
Оппозицию Глостеру в Парламенте возглавляли Томас Бофорт, герцог Эксетер; Ричард Бошан, граф Уорик; Эдмунд Мортимер, граф Марч; и, в особенности, Генри Бофорт, епископ Винчестерский. Епископ, который все еще пользовался значительным влиянием среди парламентских пэров, был отстранен от власти в последние годы предыдущего царствования и вынужден был отойти на второй план в качестве наказания за фурор, вызванный его неудачным назначением на пост кардинала. Однако он не собирался оставаться в тени при новом короле. Смерть Генриха V
