выбились из причёски девушки.
Корн не мог поверить глазам. Глем плакал? Тот самый тип, который заставлял всех постоянно избивать друг друга? И заставлял испытывать от этого удовольствие?
Талес бледнела на глазах. Но если бы Корн попробовал ей помочь, Глем бы узнал о его третьей стихии. К сожалению, Корн не мог его просто вырубить, Глем с покровом оказался монстром. Только что он создал четырёхкольцовую печать и даже не запыхался!
Но если уж иного выхода не оставалось, Корн должен был хотя бы достичь своей цели.
— Если ты снимешь со всех метки, я спасу её, — тихо проговорил он, скидывая с себя покров воды. Он готовился применить заклинание исцеления.
— Что? — непонимающе посмотрел на него Глем. — Ты можешь её спасти?
Корн кивнул:
— Сними со всех метки.
— Снять? Но… я не могу…
— Как это не можешь?
— Мой контроль над этой силой довольно плох, — криво улыбнулся Глем. — Но… — сидя на коленях, он с надеждой посмотрел на Корна. — Ты точно её спасёшь, если я их уберу?
— Да, — кивнул Корн.
Рана Талес была глубокой, но он бы точно смог её, если не вылечить, то продержать в живых до прибытия лекарей.
— Хорошо. Я верю тебе, ведь ты никогда не врёшь, — усмехнулся Глем. — Обязательно спаси её.
В его руках разгорелось пламя, затем оно сформировалось в огненный меч. Перехватив двумя руками за рукоять, он перевернул его остриём к себе. Глем замахнулся, целясь себе в живот.
Корн подскочил к нему и выбил ногой пламенный меч из рук Глема. Оружие отлетело в сторону и растворилось в воздухе.
— Спятил⁈ — Корн схватил Глема за воротник.
— Метка должна исчезнуть, если меня сильно ранить. Если ты подумал… я не собирался умирать, — скривился огневик.
Корн со всей силы ударил Глема кулаком в лицо, выплёскивая всю ту ненависть, что накопил к нему. Глем упал. Не собирался он… ещё бы сказал, что был уверен, что выживет с огромной дырой в теле, когда они заперты, и лекарям к ним не пробраться.
— Придурок! — зло крикнул на него Корн.
Он склонился над Талес и активировал трёхкольцовую печать исцеления. Золотые всполохи распространились по её телу. Вскоре кровь перестала вытекать из раны на животе, ещё через минуту рана закрылась, а кожа на лице Талес приобрела розоватый оттенок. Корн влил остатки своей маны в тело девушки и применил водную магию, чтобы избавиться от крови, после чего повалился без сил. Всё же исцеление давалось ему сложно.
Глем находился рядом с Талес. Корн видел его лишь краем глаза, скорее всего, огневик проверял её самочувствие.
— Три стихии? — тихо спросил он.
Корн повернул голову и посмотрел на него. От его удара у Глема под глазом расплывался шикарный бордовый фингал.
Корн улыбнулся. Как же давно он мечтал это увидеть!
— Ты спас её. Я обязан тебе. Хоть и не могу снять метки, я сделаю всё, чтобы они исчезли, и всё, о чём ты попросишь, — пафосно заявил Глем.
Корн подумал, что если огневик не возьмёт своих слов обратно, он обязательно сделает так, чтобы Глем о них пожалел. Этот серьёзный тон и демонстративное благородство после всего, что он натворил, так раздражали…
— Ты правда не можешь убрать их? — переспросил он. Всё же в это было трудно поверить.
— Верно. Не могу. Я не хотел такую силу. Она влияет и на меня, даже я не всегда могу с этим бороться. Поначалу всё было терпимо, но на пятом курсе я смог призвать дэва, после этого количество моей маны сильно возросло, а метка словно взбесилась, — погрузился в рассказ Глем.
Корн удивился, что, оказывается, у него был ещё и дэв! Но Глем его так и не призвал. Иначе бы их бой был куда короче. Огневик продолжил:
— Потом она стала проявляться в других, и когда это происходило, у меня словно прибавлялось силы, — он сжал кулаки и немного помолчал. — Я понимаю, что то, что делал, было неправильным. Но я через столько прошёл, чтобы стать заместителем пятой дюжины, мне осталось учиться всего ничего… Я так не хотел, чтобы меня исключили, когда я почти достиг своей цели, я наконец бы смог попытаться устроиться придворным магом! — он вздохнул. — Поэтому я никому не сказал о том, какого рода метка у меня пробудилась. Я думал, что всё ещё под контролем…
— Когда Терран лежал в коме из-за того, что твоя вторичная метка перебросилась на него — всё ещё было под контролем? — приподнял бровь Корн.
— Нет, с тех пор не было, — усмехнулся Глем. — Но я хватался за соломинку. А потом встрял ты, испортив всё подчистую.
— Испортив? — кашлянул Корн.
Глем рассмеялся:
— Типа того. Ну… теперь, когда всё уже разрушено, терять оказывается проще. Главное, что она жива, — посмотрел он на Талес и потянулся рукой к её лицу.
Корн сел, его мана уже немного восстановилась. Очень быстро. Поразительно ощущать такое. Даже сейчас, после серьёзного боя и лечения, его сил, казалось, было ненамного меньше, чем в его наилучшем состоянии с запечатанными магическими каналами. Корн не ожидал, что сможет стать настолько сильным. В этом бою он всё ещё плохо пользовался своими новыми возможностями, но вскоре он научится, от такого будущего дух захватывало.
Глем провёл кончиками пальцев по всё ещё бледным губам Талес.
— Ты её любишь? — вопрос выскочил раньше, чем Корн смог подумать, тактично ли о таком спрашивать.
— Люблю… — усмехнулся Глем, — насколько умею. Но, кажется, ей от этого лишь хуже. А что? — Глем, посмотрев на Корна, прищурился, будто оценивал, достойный ли выйдет из него соперник в любви.
— Не-не, — помотал головой Корн и даже руками отгородился. — Она меня не интересует.
— Да? — поднял брови Глем и рассмеялся. — А то я не знаю. Ты слишком мелкий…
— Я не мелкий! — возмутился Корн. — Я уже довольно высокий и ещё расту!
Глем продолжал смеяться.
— Так говоришь, сделаешь, всё, что попрошу? — улыбнулся Корн.
Глем перестал смеяться и кивнул:
— Верно. Всё, что мне под силу.
— Даже станешь моим подручным? — прищурился Корн.
Глем хмыкнул:
— Неужели ты хочешь этого?
— Почему бы и нет, — кивнул Корн. — Тогда я точно стану капитаном.
— Невозможно, чтобы ты им не стал. Ты слишком сильный для второкурсника. Тебе совершенно не нужна для этого моя помощь.
— Ну… тогда мне нужен тот, кто будет забирать вовремя выпечку из столовой, пока её не смели!
Глем поднял брови:
— И ты серьёзно думаешь, что я как нельзя лучше для этого подхожу?
— Это было бы забавно…
— Хорошо, — кивнул Глем. — Без проблем. Буду твоим подручным. До того
