Читаем без скачивания Математик для наследницы - Ева Финова

открыт для посещений туристов. Часть земли отдам под тематическую застройку рекреационной зоны. А в поместье расположу отель.

— А мы? — вновь осмелилась Роуз, совсем приуныв.

— Вы… Каждый из вас получит по десять тысяч ежемесячного пожизненного пособия, которое вы вольны тратить по своему усмотрению.

— Ха, по усмотрению. Кинула нам денег, как собакам кость… — вновь проворчала тетя Хайди.

— Тетушка Хайди… — откликнулась я, открывая папочку у себя перед глазами. Пройдясь по стикерам с надписями, вытащила листок с ее биографией:

— Благодаря моему отцу с вас снято семь, я подчеркиваю, семь обвинений. Пять из них по мелкой краже в супермаркетах. Вам, мне кажется, и вовсе нужно пройти курс лечения от клептомании. Но знаете, это не мое дело. Если деньги вам не нужны, я готова распределить их равными долями между остальными.

Тетя Хайди побагровела, но выжала из себя: — Не нужно, спасибо.

Я же оглядела еще раз настороженных родственников и не удержалась:

— Да не переживайте вы, еда не отравлена. Приятного аппетита всем и веселого рождества!

На этом моя выдержка кончилась, и я отключилась. Сбоку от меня сидел Соерс, невозмутимо работая в своем ноутбуке.

— Последняя шутка про еду была лишней, — прибавил он все так же сухо в своей манере.

А я кивнула своему адвокату с причудливым именем — Бартоломеу, сокращенно Барт. Тот протянул Филиппу чемодан с акциями Бондюрьи. Компроматы магнат забрал ранее, причем самый первый при раздаче «писем счастья».

Затем, постаравшись сказать максимально искренне, поблагодарила:

— Спасибо, Филипп…

Хотела добавить еще что-то. Но у него зазвонил телефон. Сбрасывать, как обычно, не стал, а выставил вперед указательный палец, призывая меня к молчанию.

— Да? — произнес он в трубку. — Да, это я. — Потом долго молчал. В конце только добавил: — Я не родственник. Но я о нем позабочусь.

О Господи, только не это… Неужели…

— Андриан? Это про Андриана Леймара?!

— Да, — добавил он, грустно опустив взгляд.

Сердце ухнуло в пятки. Руки затряслись, и я потянулась к своему телефону. Хотела набрать номер Риана (как я сократила имя Андриана, иногда ведя с ним мысленные монологи), но Филипп меня остановил:

— Он попал в аварию. Выжил, все уже позади. Его перевели в палату, сейчас он спит. Лучше не беспокоить.

— Но куда?! Я все-таки поеду к нему… — подскочила и стала оглядываться в поисках своих вещей. Надо было раньше с ним связаться! К черту эту гордость, когда мне было плохо, он всегда меня выручал.

— Сомерс, у меня через полчаса совещание в соседнем здании начнется. Отвезете Кристину в Ист Лос-Анджелес Докторс?

— Да-да, конечно, — с легкостью согласился мой адвокат — женатый, семьянин с тремя детьми. Барт Сомерс — предельно спокойный и улыбчивый, безупречный специалист, коих мало. А таких, как он, в Америке и вовсе по пальцам пересчитать. Потому сочла своим долгом извиниться, пока мы вместе ехали в лифте:

— Простите, сейчас Рождество и я отпустила Хоупера, а вы вынуждены заниматься моими проблемами…

На что тут же услышала его добрый и жизнерадостный ответ:

— Ничего, мисс Роершталь. Рано или поздно я вернусь к своей семье и сяду за праздничный стол. Чего и вам искренне желаю.

— Можно просто Кристина. Спасибо.

Эпилог

Кристина Роершталь. Лос-Анджелес. Штат Калифорния. 25 декабря 2016 г.

Сказать, что я ожидала большего, было бы слишком кровожадно с моей стороны. Леймар лежал на кровати с гипсом на всей правой руке до самого плеча. Но даже этого было достаточно, чтобы сердце болезненно сжималось при виде страданий на его лице. Он лежал, повернув голову к окну, в одиночной палате, в койке с приподнятой спинкой. Похоже, спал. Глаза его были закрыты, и на мой приход он никак не среагировал.

Правда, иногда что-то там бубнил себе под нос. Что именно, разобрать не могла. Но выглядело это так мило и очаровательно — еле удержалась, чтобы не подставить ухо и не подслушать, что же ему снится.

Посидев так еще немного и понаблюдав за его спутанными и довольно взъерошенными волосами, я все-таки отважилась признаться:

— Извини меня. — Замерла от звука своего голоса. Прислушалась: молчит и вроде бубнить перестал. Но стоило сказать первые слова, как меня прорвало.

— Я же нервная была, всюду заговоры, интриги, месть, обиды. Я не хотела говорить те ужасные слова. Хоть ты и просто выполнял свою работу, действовал, как и обещал Соерсу, и ты меня об этом предупреждал, что договор с ним заключил раньше. Но откуда мне было знать, что он порядочный человек? Что ты порядочный… Вот насчет тебя, может, и не сомневалась в конце… А вот Соерса-то я не знала! — Сама не заметила, как невольно стала повышать голос. — К чему это я?.. Извини, Андриан. Я очень надеялась, что у нас с тобой не просто деловые отношения… Мне в какой-то момент даже показалась, было что-то больше, чем просто договор оказания услуг, а чувства, понимаешь… Настоящие чувства. Да господи, что за чушь я несу!.. Это… Ты мне нравишься. Вот! Все. Я наконец это сказала…

Пока я несла всю эту чушь, разглядывая свои ногти левой, сама не заметила, как положила правую руку на его колено и стала поглаживать. А когда вновь подняла на него глаза, с ужасом осознала, что Андриан не спал! И слышал весь этот бред.

Ой, мамочки…

— Слушай, — начала было я, пытаясь сформулировать мысли четче.

— Нет, не смей отказываться от своих слов! — Леймар скривился, похоже, от боли, нечаянно дернув плечом, а я чуть не зажмурилась от стыда. Вот надо было приезжать и приставать к нему со всеми этими бреднями… Доставлять еще больше проблем!

— Хорошо, я и не отказываюсь. Просто… Просто…

— Не просто, Кристина. Скажи… Пожалуйста, скажи, что я трезвый и мне это не снится!

И он снова попытался дернуть рукой в гипсе, чтобы прикоснуться ко мне. Я же в ответ подскочила со стула, стоящего слева от него, и быстро переставила его к другой стороне кровати, хватая здоровую руку Леймара в свои ладони. Сухая, шершавая, жилистая. И такая… такая…

— Я начинаю тебя ревновать к своим же пальцам, — проворчал он. И не дав ничего ответить, дождавшись, когда я вновь взгляну на него, высказал все, что думал.

— Я облажался… понимаешь, Кристина? Я… я запаниковал, что ты уедешь. Не хотел отдавать тебе флешку, чтобы ты осталась рядом. Лишь бы у нас с тобой еще была возможность развить наши отношения там, в Моринсе. Ты же знаешь, что я был женат, и этот опыт мне не очень понравился. Но ты… ты