пленник сдержанно улыбнулся. М-да, более чем… — А теперь посмотри на меня, — он развел руками, указывая на свое временное пристанище за решеткой. — Я доблестно сражался. Никто не может обвинить меня в трусости! Если бы потребовалось, я бы, без раздумий, отдал свою жизнь, сражаясь бок о бок со своими воинами, но ты решил иначе и вот я здесь. Впервые за несколько лет — мой бой окончен! Я проиграл! — он придвинулся к деревянным прутьям и пристально посмотрел мне в глаза. — Здесь, за решеткой, от меня уже ничего не зависит и я никому ничего не должен. Пусть ненадолго, но я обрел свободу от той тягостной ноши, которую возложил на мои плечи венценосный папочка. И вместо того, чтобы рвать на жопе волосы и разъяренно метаться по клетке, из которой мне все равно не выбраться, я лучше расслаблюсь и потрачу оставшееся время на банальные, но приятные мелочи. Например, буду, без спешки и суеты, наслаждаться музыкой дождя. Теперь я могу себе это позволить, — парень хмыкнул и улегся на пол клетки, подложив руки под голову.
На этом наш разговор закончился. Его слова подняли в моей душе такую волну противоречивых эмоций, что я растерялся и не нашелся с ответом. С одной стороны, на его месте, я бы поступил иначе и ни за что не покорился такой злой участи. Но с другой… Всю свою жизнь я только и слышал, что когда-нибудь стану Владыкой. Делал все, чтобы быть достойным своего отца, который возлагал на меня большие надежды. И вроде бы никто меня не ограничивал, но я словно все время находился в клетке из обязательств, правил и ответственности. Был ли у меня выбор на самом деле или моя жизнь уже заочно расписана до гробовой доски? Как я ни старался отогнать от себя суматошные мысли, но слова каменного все же зародили во мне сомнения, которые жгучими угольками тревожили душу…
Вместе с тягостными думами, меня одолевало беспокойство. И как оказалось, не напрасно… Как только на лес опустились сумерки, в пещере начала твориться настоящая неразбериха. Пол, стены и даже потолок, словно ожили, зашевелились, закачались, подобно буйным волнам. Удержаться на ногах было практически невозможно. Мне повезло, я сидел ближе всех к выходу, а потому, когда начала подниматься каменная преграда, которая должна была отгородить нас от клеток с пленниками, мне удалось ее перескочить. Клубы пыли значительно ухудшали видимость. Я мог разглядеть лишь неясные силуэты. Вот же срань! Он одурачил меня! Притворился покорным, чтобы усыпить нашу бдительность, а затем сбежать! А что караульные? Стоило сделать шаг, как я споткнулся о бездыханное тело одного из своих товарищей, из груди которого торчал каменный осколок. Мертвы… Ярость вспыхнула во мне ревущим пламенем, которое я тут же изрыгнул огненным дыханием, в попытке спалить клетки прежде, чем пленники успеют из них выбраться.
— Почти, — услышал я насмешливый голос молодого ящера, когда гул от моей стихии утих.
Пыль медленно осела, открывая моему взору весьма неутешительную картину. Позади меня была стена, за которой остались мои товарищи. От нее исходил такой поток магии, что сразу становилось понятно — разрушить ее будет не так-то просто. В нескольких метрах от меня, почти у самого входа в пещеру, сгрудились целые и невредимые пленники. Мое пламя никого не задело, лишь подпалило обломки клеток, которые теперь служили неплохим источником света… А между нами, стоял тот самый парень, который уверял меня, что не сможет выбраться из заточения, да и вообще не собирается никуда бежать. Лжец… Хотя, я до последнего не верил, что он сказал мне правду. Однако такого разворота событий даже я не мог предвидеть. Кто бы мог подумать, что его стихия обладает такой всеобъемлющей мощью…
— И что теперь? — хмуро поинтересовался я, понимая, что в случае чего, помощи мне ждать неоткуда.
— Уходите, — оставив мой вопрос без ответа, каменный обратился к своим собратьям.
— Но, Господин… — тут же заволновались воины, не желая оставлять своего командира один на один с врагом.
— Живо, — грозно рыкнул он, и в его голосе зазвенели стальные нотки. От беспечности не осталось и следа…
Воины замешкались, бросая на молодого ящера обеспокоенные взгляды, но потом все же подчинились и опрометью кинулись в лес. Я проводил их взглядом, затем переключил свое внимание на раскуроченные и полыхающие клетки, и уже после, вопросительно посмотрел на парня.
— Ты же понимаешь, что вам не уйти? — с напускным спокойствием проговорил я. Все-таки мы их изрядно потрепали и силы явно были на нашей стороне…
— Ты же не думаешь, что я позволю вам выйти из этой пещеры? — вопросом на вопрос ответил каменный и клыкасто улыбнулся. Смело…
Стоило мне только двинуться с места, как он обратился к своей стихии. Пещера задрожала и вскоре очередная стена, плотно закрыла вход. Оценив возведенную преграду, на которой плясали зловещие тени, отбрасываемые моим танцующим на обломках пламенем, я озадаченно посмотрел на парня, который остался с этой стороны, а не попытался сбежать.
— Я же не настолько глуп, чтобы не понимать, что ты выберешься отсюда раньше, чем мы успеем отойти на безопасное расстояние, — пояснил он и призвал внушительный молот.
— Но, видимо, настолько глуп, чтобы не понимать, что живым ты уже отсюда не выйдешь, — хмыкнул я, подражая ему.
— Ошибаешься, — злорадно протянул ящер, опуская свою внушительную кувалду на землю и упираясь в ее рукоять. — Я понял это еще до того, как выбрался из клетки…
Вот как… Усмехнувшись, я покачал головой. Понимая, что никто из его товарищей не продержится против меня и пары минут, он остался сам, чтобы дать другим возможность уйти. Конечно, они могли бы попросту задавить меня толпой. Но на это бы потребовалось время, да и без боя я бы не сдался. Даже если бы погиб, то нескольких из них точно бы утащил с собой на тот свет. К тому же мои собратья, судя по звукам, не оставляли попыток вырваться из каменной ловушки. Разрушение стены, лишь вопрос времени. Видимо, парень решил не рисковать. Однако я сомневался, что он не оставил лазейку для себя. Нет, ну правда, он же не совсем идиот, чтобы при замаячившем шансе выжить, обрекать себя на верную смерть? Скорее всего, его план заключался в том, чтобы максимально нас задержать, а затем, когда его воины уже будут далеко, он и сам попробует ускользнуть. Одному убежать гораздо проще, чем толпой. Хитро… Впрочем, я не собирался покупаться на такую уловку и тратить время на пустые разговоры…
Недолго думая, я призвал Икирим и ринулся к ящеру. Все мое тело было напряжено до предела и готовилось к схватке не на жизнь, а на смерть. Расстояние между нами стремительно сокращалось. И вот, прыжок, замах и… Парень даже не дернулся. Глубоко дыша, он по-прежнему стоял, упираясь в рукоять молота. Остановившись буквально в шаге от него, я в последнее мгновение изменил траекторию удара, и острое лезвие лишь слегка чиркнуло по его плечу. Какого черта⁈ Почему он не сопротивляется⁈ Опять задумал какую-то пакость⁈ Вскинув голову, я посмотрел в его глаза и замер, ощутив, как бушующее пламя в моей душе, вмиг стихло, а ярость отступила. Это были глаза трупа… Нет, молодой дракон еще был жив, но его искра уже почти угасла. Шокировано отскочив на пару метров, я ошеломленно уставился на него. Как же так⁈
Парень поднял на меня взгляд потухших янтарных глаз и с трудом улыбнулся. Из уголка его губ тонкой струйкой потекла темная кровь. Не может быть… Его последние слова, будто эхом зазвучали в моем сознании. Чары на клетках ослабляли пленников и укрепляли конструкцию. Чтобы разрушить такую, требовалось немало сил. Если бы ящер уничтожил только свою, то вполне мог бы сбежать без последствий, но он уничтожил их все, а после направил буйство своей стихии на нас и воздвиг пару стен, которые поддерживал магией. Парень потратил все свои силы. Иссушил себя до самого дна. Настолько, что каменное сердце его стихии не выдержало и рассыпалось прахом. И теперь этот прах убивал дракона изнутри, разъедал органы, дробил кости, разрывал плоть. От такого нет спасения. Возродить источник стихии невозможно. Он понимал, что лишится жизни и все равно пошел на это. Уравнял себя с обычными воинами, позабыв о своем происхождении, и пожертвовал собой, ради их спасения. Одна смерть, ради нескольких жизней…
— Зачем? — ошеломленно выдохнул я.
— А ты бы… поступил иначе? — тихо спросил он. Его оружие треснуло и осыпалось мелкой крошкой. Видимо, прах добрался до души и разрушил их связь…
— Нет… — обронил я, после недолгих раздумий. Прислушавшись к себе,
