он защитил твои покои, сломались, – проговорил он, на этот раз без улыбки. А затем пригубил вина из своего бокала.
Алые губы заблестели, и он неторопливо их облизал.
– Полагаю, что не только я сумел воспользоваться сложившейся ситуацией, не так ли?.. – приподняв бровь, спросил он. – Кто-то хочет тебе навредить, моя хорошая. Хочешь, я найду его и убью?
Он снова отпил из бокала и спокойно поставил его на стол. Металлическая ножка мягко легла на шелковую скатерть.
– Благодарю, – сжала губы я. – Полагаю, что если навредить мне хочет кто-то из дарков, то у тебя все равно не получится выполнить свое обещание, – фыркнула я в итоге.
И потянулась за кувшином, чтобы самостоятельно налить себе вина в опустевший бокал.
Ренвиэль поднялся так быстро, что я едва успела заметить. Выхватил у меня кувшин и, расположившись за левым плечом, медленно наполнил серебро чаши.
Когда пузатый кувшин так же тихо приземлился на стол, княжич склонился к моему уху и, опершись о столешницу по обеим сторонам от меня, выдохнул:
– Не стоит недооценивать меня, милая Селина… Убить дарка не так уж сложно… Тем более если делать это ради такой красивой женщины…
Горячее дыхание коснулось моей кожи, и вопреки ощущениям повеяло колючей стужей. Воздух вокруг, казалось, начал потрескивать от растущего напряжения.
Я на миг закрыла глаза, пытаясь прислушаться к тому, что происходит внутри меня, и… резко развернулась, взглянув в льдины мужских глаз.
Между нами оказалось не более ладони звенящего воздуха.
– Зачем я тебе нужна, Ренвиэль Эстерийский? – спросила я прямо и твердо, совершенно уверенная, что больше ему меня с мысли не сбить. И надеясь, что не ошибусь.
– Какие непростые вопросы ты задаешь, Селина, – ответил мужчина негромко, а затем вдруг обхватил мою ладонь, потянув на себя и заставив встать. – Разве знает сокол, почему он летает под облаками? Разве знает смертоволк, почему вынужден разрывать горло косуле, чтобы не умереть от голода?
– Ты сам отвечаешь на свои вопросы, Ренвиэль.
– Зови меня Рэн, – оборвал он, направляясь на широкий каменный балкон.
И через мгновение передо мной как на ладони раскинулся весь Шеллаэрде. Оказалось, что комната, в которой мы находились, располагалась на самой вершине огромной черной башни. До земли тут было так далеко, что перехватывало дыхание. Прохладный воздух щекотал ноздри, и казалось, вот-вот можно будет дотронуться до облаков.
А еще я видела вдали множество домов. Больших и маленьких, каменных и деревянных. Они располагались на приличном расстоянии от замка, словно дворец повелителей вампирского княжества нарочно выстроили подальше от жилищ простых горожан. У меня вдруг закралась мысль о том, что в этих домах могут вести свой скромный быт… люди. А вовсе не вампиры. Слишком уж обыкновенными смотрелись эти места.
– Не думаю, Селина, – проговорил тем временем Ренвиэль, вдруг отпустив мою руку и опершись локтями о перила балкона. В один миг он стал выглядеть… почти нормальным.
Хрустально-голубые глаза устремили взгляд вдаль, и где-то на их дне тонули отблески янтарного солнца, неуловимо приобретая алый оттенок. Легкий ветерок трепал белые, как снег, волосы. Золотыми бликами переливался кристалл в сережке княжича.
Он больше не смотрел на меня, и мне мгновенно стало легче. Словно невидимый груз упал с плеч.
Это оказалось настолько странным, что мигом заставило задуматься о том, насколько же велика его сила, что даже взгляд так тяжело ощущать на своей коже.
С Айденом все было иначе. Его сила не придавливала, не разрушала. Может быть, кого-то другого, но не меня. Вокруг него распространялась аура власти, напоминающая по ощущениям… огонь, который согревает каждый нерв в твоем теле. Он может и обжечь, но со мной такого не происходило никогда.
Сила же Ренвиэля с первой минуты нашей встречи была совершенно непонятной. Чужой.
Только сейчас, когда он вдруг начал говорить со мной, будто со старой знакомой, я получила возможность узнать его чуть лучше.
– Этот замок, в котором мы находимся, – центр Кровавого Крестострела, символической восьмилучевой звезды, каждый луч которой – это одно Алое графство с населением в несколько тысяч вампиров и еще больше – людей. Восемь высших вампиров, Алых графов, подчиняются моему отцу – повелителю Шеллаэре. Это огромная сила, Селина.
– Что ты хочешь этим сказать? – негромко проговорила я и шагнула ближе к перилам балкона.
Ренвиэль бросил на меня короткий острый взгляд и снова посмотрел вдаль. Однако даже после него внутри будто остался холодный след.
На вопрос вампир не ответил, вместо этого проговорив:
– Шеллаэрде могло бы защитить тебя от кого угодно. Могло бы стать твоей крепостью.
– Но мне не нужна защита, – сдвинула брови я.
– Точно? – переспросил тут же княжич. – А то мне казалось, что в Чертоге Огня тебе не слишком-то рады.
Он повернулся ко мне вполоборота и, приняв вальяжную, расслабленную позу, добавил:
– Или, может, я ошибаюсь? И ты вовсе не бесправная служанка в доме своих хозяев?
Он коротко кивнул в сторону мой ладони, и я вздрогнула, опустив взгляд на два блестящих перстня.
– Наверняка эти красивые побрякушки, на которых стоят печати имперских принцев, даже невозможно снять, – все говорил и говорил он, заставляя меня хмуриться и мрачнеть. – То есть по своей воле ты выбрать свою судьбу не сможешь, Селина. И ты знаешь, что я прав.
– Зачем ты мне это говоришь? – выдохнула я, чувствуя себя так, словно он только что наступил на пару моих больных мозолей.
Ведь даже для Айдена я была всего лишь любовницей, что уж говорить об остальных. Это в моем мире, если девушка нравится парню, а он – ей, они вроде как равноценные партнеры. А в Райялари я не более чем прислуга, греющая постель хозяина.
Однако снова, несмотря на прямой вопрос, Ренвиэль не торопился пояснить свои мотивы. И все же он медленно, но верно двигался к цели.
– Несколько веков назад Шеллаэрде отделилось от Новой Райялари именно по этой причине, Селина, – спокойно говорил княжич. – Потому что вампиры не желали быть чьей-то вещью. Придатком к империи самовлюбленных ящериц, решивших, что они могут править миром.
– Ящериц? – фыркнула я, представив реакцию Айдена на это прозвище.
Хороша ящерица с пятнадцатиметровым размахом крыльев.
Ренвиэль пожал плечами, едва заметно усмехнувшись. Однако улыбка тронула губы едва-едва.
– Ты хочешь того же, чего когда-то хотели и мы, – продолжал вампир. – Мы с тобой похожи.
На этот раз фыркнула я.
– Поэтому ты как-то заколдовал меня, что я даже высоты не ощущаю? – с мрачным весельем спросила, на секунду перевесившись через перила балкона.
Высота была просто головокружительной. И несмотря на то, что прежде в подобной
