Хотя, какие они телохранительницы? Тело-то не сохранили.
Узнать в Алексе человека теперь не так-то просто: он с ног до головы покрылся кровью человека и монстра, вперемежку со слюной черепахи.
И снова он исчез, применив технику. Оставшаяся воительница этапа Формирования Ядра (3) не заметила этого движения. Впрочем, и её коллеги на четвёртом этапе — тоже. Но зато они быстрее среагировали на завершение прыжка: тут же рванули к Алексу. Их перемещения не были такими совершенными, хоть и очень быстрыми, возможно даже быстрее, чем его, но они именно молниеносно двигались, в то время как Алекс «мигал», то есть пропадал и появлялся, а в промежуточных точках тело не было видно.
Как бы быстро не двигались практики этапа Зарождения Души (4), они не успели: подлый удар из слепой зоны вытянутой ладонью, окружённой техникой Блендера, прошил довольно мягкую броню. Алекс не монстр, прекрасно понимал, где у доспехов слабое место.
На покрытом кровью лице засияла безумная белозубая улыбка, когда варвар вырывал ядро человека.
— Монстр!
— Убийца! — заорали две оставшиеся в живых воительницы.
— Напоминаю, Газель! Живьём! — видимо, вторая женщина знала нрав коллеги, раз не поленилась напомнить о шансе не погибнуть в муках. Если у Седого Карпа будет живой виновник, то болшую часть гнева он примет на себя.
— Помню, — Бодрая Газель скрипнула зубами. Любой бы понял по её лицу, что ничего она не помнит. А если и помнит прямо сейчас, то спустя секунду «забудет». Практики мало что забывают на самом деле, но зато могут отодвинуть воспоминание на задний план, поддавшись эмоциям.
Пока женщины болтали, Алекс не ждал, когда они наговорятся. Рванул в лес, догонять расползающихся монстров.
На прогрессе это сказалось отрицательно, оттого Алекс наконец-то окончательно развеял сомнения, какой из путей внутреннего маятника он воплощает: раз расчётливость, граничащая с трусостью мешает практике, то его путь это достижение Храбрости через Безрассудство и Трусость.
Несмотря на отрицательное влияние отступления, результат двух безумных поступков оказался весьма впечатляющим: жидкое ядро настолько сгустилось, что появились признаки кристаллизации!
Монстры старались убраться с пути погони: самого по себе Алекса они не боялись, а вот техники прилетающие в то место, где он появлялся, — это совсем другое дело. Выпущенные практиками Зарождения Души (4) они без прямого контакта, просто эхом или рикошетом ранили и убивали неслабых чудовищ.
— И это вы называет «живьём»? — фразу Алекс выговаривал по слогам, появляясь на мгновение чтобы как можно скорее совершить новый прыжок.
Вообще-то он специально постарался разозлить рассерженных фурий, чтобы такое безумство ему зачлось техникой. Но эффекта не было. Да и не удивительно: если бы он злил женщин стоя лицом к лицу — это совсем не то же самое, что делать это убегая. Какой уж тут «зачёт»!
«А вот и помощники!», — кто бы мог подумать, что Алекс будет рад встретить в лесу опасного монстра? Он и сам не поверил бы, если кто-то с даром пророчества сделал ему такое предсказание.
Выполняя план по безумию он рванул в стаю Лавовых Пауков и едва не лишился жизни: в его сторону полетело сразу две плазменные сети, и несколько огненных выстрелов. В оригинале они гораздо страшнее, чем подражание Молодого Орла. Надо будет ему отвесить подзатыльник, чтобы занимался усерднее!
Хорошо, что чудовища не подпускают близко даже особей своего же вида, а то пришлось бы туго: от двух сетей и трёх выстрелов Алекс кое-как увернулся. Точнее, прошёл сквозь них, осуществив очередной прыжок. Он давно считал технику перемещения близкой к телепортации, в чём убедился ещё раз — хоть опасные преграды расположились непосредственно на линии «прыжка», он ничуть не пострадал от плазмы, принявшей разные формы.
Но расчёт оказался неверным: пауки оказались слабоваты против двух распсихованных женщин. Только ошмётки летели во все стороны, а огненные атаки не причиняли им ни малейшего вреда.
А потом пауки и вовсе отстали — оказалось, каннибализм им не чужд, и когда каждому выжившему достался ошмёток собрата, на людей они перестали обращать внимание, чавкая мясом и хрустя хитином. Эти гигантские членистоногие не пользовались внешним пищеварением, как их земные мелкие собратья. Они непосредственно жрали жертв, как какие-нибудь волки или собаки, даже не слишком хорошо прожёвывая.
На следующую чудовищную компанию Алекс возлагал большие надежды. Есть шанс, что эти твари обрели разум, а, значит, не будут действовать так хаотично как их членистоногие коллеги.
Обезьяны… Вряд ли кто-то в мирах, постоянно борющихся с монстрами, осмелятся назвать их человекообразными. Но Адекс не подвержен таким расистким заблуждениям. В поведении этих тварей столько общего с цивилизованным человеческим, что не заметить сходство может только тот, кто сознательно отворачивается.
Вот и сейчас эти Пурпурные Орангутаны с точки зрения Алекса весьма походили на людей не только внешне. Не зря же в Индонезии их зовут «лесными людьми», полагая, что они лишь притворяются немыми, чтобы не попасть в рабство. Внешне инопланетные орангутаны проходили на людей даже чуть больше, чем земные аналоги. Например, нос их был вполне человеческий. А ещё глаза: у них имелись белки, что является неоспоримым признаком социальности и общительности. Только существа, которые следят за направлением взглядов собратьев, не считая их проявлением агрессии, не нуждаются в глазах-бусинах, по которым непонятно, куда смотрит собрат. Между прочим, у земных обезьян глаза именно такие — без белков. Прямой взгляд они считают высшим проявлением агрессии, потому эволюция обеспечила их такими зыркалками, по которым непонятно, куда глядят братья человека.
Орангутаны Гордой Звезды не просто не скрывали взглядов, но и общались с их помощью. Один из монстров взглядом указал расстановку подчинённым, организовав их в боевую формацию. Не волшебную, а просто встали так, чтобы было удобно сражаться.
Алекс, дабы не портить себе статистику по развитию и позлить полуразумных тварей, вломился в их строй, едва не поплатившись за это. Оглушающий Рёв ударил в то место, где он стоял мгновение назад. Если бы не безупречная техника перемещений, то вряд ли он бы выжил: оглушённого его бы тут же разорвали на куски. Это практиков Гордой Звезды он превосходит в физической силе, а Пурпурные Орангутаны сильнее его в разы. Оторвут руку как ребёнок лишает мошку конечностей. Только не добавят: «Лети, муха, я — не живодёр», — наоборот, сожрут, причмокивая.
Атака хоть и относится к звуковому типу, проведена обезьянами по всем правилам воинского искусства: ни один зверь не
