— Нет! — внезапно закричал Роберт, почувствовав, как что-то пребольно кольнуло его в сердце. — Пожалуйста, не уходи!
Феникс уселся ему на плечо и нежно потерся золотым клювом о его пухлую щеку. Все печали юности проходят, как сон, — сказал он. — Прощай же, о Роберт моего сердца, и знай, что я любил тебя как никого другого на свете.
Меж тем погребальный костер уже разгорелся вовсю. Дети поочередно кидали в него пряности и благовония. Некоторые из них, действительно, благоухали просто замечательно, а вот другие — ив первую очередь это касается семян тмина и порошка с названием «Пармские фиалки» — издавали настолько отвратительный запах, что вы просто представить себе не сможете.
— Прощайте, прощайте, прощайте! — прокричал Феникс каким-то отдаленным голосом.
— До свидания! — прокричали ему в ответ дети, никто из которых теперь уже и не пытался скрыть слез.
Золотая птица описала семь стремительных кругов по комнате и плавно опустилась в середину костра. Вокруг нее потрескивали искорки разгоравшихся пряностей и благовоний, ее золотые перья лизали жаркие язычки пламени, но казалось, что от этого она становится только прекраснее. Ее тело постепенно наливалось ярким светом, как будто исходившим из самого ее сердца. Так продолжалось до тех пор, пока Феникс не раскалился настолько, что на него стало больно смотреть, а потом-Потом он без всякого перехода превратился в кучку белесого пепла, и пламя, вырывавшееся из груды кедровых карандашей и сандаловых щепок, сомкнулось над его останками.
— Послушайте, куда это вы подевали ковер? — спросила мама на следующее утро.
— Мы отдали его одному нашему знакомому, чье имя начинается на букву "Ф", — сказала Джейн, прежде чем ее успели остановить. — Ему он был очень нужен.
— Да брось ты, он же и пенса ломаного не стоил, — сказала мама.
— Наш знакомый, чье имя начинается на "Ф", сказал, что нам не придется об этом жалеть, — добавила Джейн, не обращая ни малейшего внимания на предостерегающее шипенье остальных.
— Да уж, конечно! — сказала, смеясь, мама.
Однако вечером того же дня в доме появилась посылка в виде огромного деревянного ящика, адресованная поименно каждому из четырех детей. Элиза так и не смогла припомнить имя доставителя, но клялась и божилась, что это был не Картер Патерсон («Картер Паттерсонз» — компания, занимающаяся грузовыми перевозками ) и уж конечно не Товары-Почтой.
Ящик незамедлительно вскрыли — а так как это был очень солидный ящик, сколоченный из очень прочной древесины, то для этой цели пришлось воспользоваться молотком и кухонной кочергой. Длинные гвозди подавались с ужасным визгом, а тяжелые доски громко стонали и хрустели, отрываясь от стенок. Под крышкой ящика оказалось много папиросной бумаги с замечательными китайскими птичками, исполненными в мягких синих, зеленых, красных и фиолетовых тонах. А под бумагой… Гм, что я могу сказать? Под бумагой было все, о чем только могут пожелать мальчишки и девчонки вроде вас. Естественно, размеры подарков соответствовали пределам разумного — то есть, я хочу сказать, что никаких самолетов, автомобилей или чистокровных скаковых лошадей там даже и не намечалось, но зато все остальное точно было. Там были игрушки, куклы, книжки, шоколадки, засахаренные вишенки, наборы красок, фотографические камеры и все-все подарки, которые они когда-либо собирались подарить папе, маме и Ягненку. Словом там было все, чего они страстно желали всю жизнь, но так никогда и не смогли купить ввиду хронического отсутствия денег.
На самом дне ящика лежало крошечное золотое перо. Никто не видел, как Роберт подобрал его и тут же спрятал во внутренний карман своей норфолкской куртки, который так часто служил тайным прибежищем золотой птице. Когда этим вечером Роберт ложился спать, он обнаружил, что перо бесследно пропало. Это был последний раз, когда он хотя бы отчасти видел Феникса.
И еще там была записка. Она была приколота к прекрасному меховому пальто, о котором мама мечтала лет уже, наверное, двести а то и больше. Вот что там было написано:
В благодарность за чудесный ковер. С уважением. — Ф.
Понятно, что мама с папой потом еще целую неделю обсуждали это неслыханное происшествие. В конце концов они сошлись на том, что загадочный даритель, которому зачем-то понадобился ковер и которого, как это ни странно, дети были не в состоянии вразумительно описать, был полоумным миллионером, находившим удовольствие в том, чтобы переодеться старьевщиком и таскать у легковерных людей всяческую рухлядь. И лишь наши четверо приятелей знали, в чем было дело.
Они знали, что это могучий Псаммиад исполнил последнее желание их безвозвратно ушедшего друга и что наполненный сказочными сокровищами деревянный ящик был ничем иным как бередящим душу окончанием удивительной истории о Фениксе и ковре.
