вот это очень странно.
Он показал на тела погибших людей, что явились на выручку Болту. Осмотрев их внимательнее, я понял, что они носили непростые темные плащи. Именно из-за них эти люди пережили мою атаку с небольшими потерями.
Однако это было не все. Лица незнакомцев защищали маски противогазов. Подобная экипировка совсем не походила на каких-то бандитов вроде Болта.
Осмотрев тела, мы с Винтерсом вошли в дом, где проходила основная битва. Стоило мельком оглядеться, как мы узнали и о новых деталях.
— Они замели следы, — произнес Винтерс, глядя на выжженные комнаты. — Отсюда точно что-то вынесли.
Полный осмотр доказал, что пока часть боевиков гонялась за мной, вторая что-то вынесла из здания. Может, это были деньги, а может, документы или вовсе человеческие органы.
— Говоришь «Золотой путь», значит? — хмуро произнес Винтерс. — Похоже, пора заняться расследованием вплотную.
Я не ответил. После схватки накатило желание прилечь и ничего не делать. Одному можно было порадоваться — я пережил этот вечер.
Глава 22
Обратно мы ехали в полной тишине. Мне, вымотанному погоней и схваткой, было вообще не до разговоров. Только когда путь начал подходить к концу, а над зданиями замерцали огни Хардена, я повернулся к Винтерсу.
— Наставник, — обратился я. — Мне не дает покоя один вопрос.
— Что такое? — не оборачиваясь, произнес тот.
Вероятно, он ждал вопрос о тех преступниках или о чем-то из той же сферы, но я его удивил.
— Кто контролирует рынок органов? — спросил я.
Не то, чтобы меня не волновало все произошедшее только что. Но и схватка, и жизнь ублюдка Болта, и даже мое появление в этом мире в какой-то степени были связаны с этим местом. Существование такой большой «подпольной» организации, о которой все знали, казалось мне абсурдом.
— Лезть тебе в это дело не стоит. Ни сейчас, ни потом, — произнес Винтерс.
Ответ не удивил меня ни капли.
— Но все же, — произнес я. — Чтобы хоть понимать, с чем мы имеем дело.
Винтерс вздохнул, давая понять, как он не хочет обсуждать эту тему, но я был непреклонен.
— Как я понимаю, каждый из серьезных игроков имеет свой кусок пирога в этом, — произнес он. — Это защищает рынок от нападок.
— Хмф, — произнес я. — Тогда зачем эти игры? Почему они не сделают рынок официальным?
— Есть вещи, которые просто нельзя открывать обществу, — произнес Винтерс. — Людей не должны резать на органы у всех на глазах. Если это разрешат, случится бунт.
— И такой прозрачный обман работает? — усомнился я.
— Как видишь, такова суровая реальность, — произнес Винтерс. — Простым людям хватает видимости борьбы с мясниками. Тем более, тех и правда иногда ловят.
После некоторого раздумья я признал эту систему в какой-то мере даже изящной. Власть и богатеи могли пользоваться плодами существования рынка. При этом в качестве громоотвода выступали те самые мясники, которых ловили и жестоко наказывали.
— Тогда что насчет «Золотого пути»? — спросил я. — Имеет ли смысл расследовать это?
Тут Винтерс был куда более оптимистичен.
— До головы нам, конечно, не добраться, — признал он. — А вот прижать хвост исполнителям — дело хорошее.
— Значит, вы займетесь расследованием? — кивнул я. — Тем более, на «Золотой путь» завязано много концов. Они и с Чистыми показались, и с мясниками.
— Займусь, тем более, время освободилось, — кивнул он. — Ты пока придешь в себя, а это оставь мне.
Я согласился с таким распределением. Только заставил Винтерса пообещать, что он поделится со мной результатами расследования.
Кроме того, прошедшая схватка уже дала полезный опыт. В голове зародились идеи по необходимым мне заклинаниям и тренировкам. Хотелось заняться этим прежде, чем я снова окажусь в смертельной ситуации.
На этом наш разговор иссяк, тем более, мы приехали к Хардену.
— И вот еще что, — бросил напоследок Винтерс. — Ты бы не говорил лучше старушке ничего. Сердце ее беречь надо.
Я понял, что он говорит о Коннорс, и кивнул, согласный с предложением. Если деканша узнает, чем я занимаюсь в городе, мои походы туда могут прекратиться.
На этом мы распрощались. Я кое-как добрался до своей комнаты, разделся и рухнул спать.
* * *
Вокруг стояла мертвая тишина, нарушаемая лишь хриплым заполошным дыханием. Густой темный лес окружил меня сплошной стеной деревьев. Холодные мокрые ветки цеплялись за одежду и кожу, оставляя саднящие царапины.
Мне было не до того. Дикий, безумный страх охватил разум с такой силой, что мысли будто застыли. Только одно единственное слово — «Бежать!» — било набатом в сознании, заставляя перебирать руками и ногами. Я бежал не разбирая дороги — лишь бы уйти от пугающего темного силуэта.
Впереди послышался плеск воды. Не знаю, почему, но это заставило меня поднажать. Возможно, там будут люди, которые спасут меня.
Подумав о последнем, я оглянулся. Темный силуэт двигался где-то среди деревьев и, кажется, нагонял. Это вселило еще больший страх в сердце.
«Бежать! Бежать!» — упрямо звучало в голове.
В этот момент нога зацепилась за что-то. Вскрикнув, я упал на влажную, покрытую прелой листвой землю. От удара выбило дух. Нога запуталась в чем-то и дьявольски болела.
В панике желая высвободить конечность, я терял секунду за секундой. Перекатившись на спину, наконец высвободился и уже хотел встать, как надо мной навис тот самый неведомый враг.
Сердце как будто сжалось, а то и вовсе остановилось, тело парализовало. Подняв взгляд, я увидел обветренное лицо с глубоким шрамом и холодный взгляд. Пришло понимание, что это конец. Уйти от него не выйдет.
Человек нагнулся, протягивая ко мне обтянутую черной кожаной перчаткой руку. В этот момент сырая влажная почва под руками пришла в движение, куда-то проваливаясь. Я почувствовал, как меня потянуло вниз. Заметил это и незнакомец. Он ускорился, желая схватить меня, но все же опоздал.
Длинные тонкие пальцы в черной перчатке сомкнулись в сантиметре от моей шеи. Я услышал звериное рычание недовольства, а затем незнакомец начал стремительно отдаляться. Замерев, он смотрел на меня, будто запоминая и обещая, что позже найдет.
Проскользив несколько метров по влажной земле, я перешел в свободное падение. Затем с брызгами погрузился в ледяную воду, а все вокруг скрыла тьма…
Я резко подскочил в кровати. В руке вспыхнул огонь заклинания. Я был готов бороться за свою жизнь даже с самым страшным врагом.
Но вокруг не было ни леса, ни темного силуэта незнакомца. Только тишина и спокойствие комнаты ученика Хардена. Вслед за этим пришло понимание, где я и кто я.
— Что это было… — выдохнул я.
Еще раз осмотревшись, будто желая доказать, что сон
