еще не могу смириться с тем, что Колби — тренер твоей дочери по плаванию, — говорит Алекс, останавливаясь рядом со мной. — Какой тесен мир.
Я практически задыхаюсь. Он понятия не имеет, насколько тесен.
— Могу я поговорить с тобой секунду? — тихо спрашивает он меня.
Тейлор и Колби оба притворяются, что не наблюдают, но я вижу, как они оба смотрят на нас краем глаза, когда мы с Алекс входим в мой кабинет.
— Конечно, — говорю я вместо этого, плотно закрывая за нами дверь. — Пожалуйста, присаживайся.
— Через минуту, — говорит он, направляясь ко мне. Он берет мое лицо в ладони и прижимается своими губами к моим.
Это всепоглощающий поцелуй, который угрожает воспламенить мои волосы.
К тому времени, как все заканчивается, я задыхаюсь.
— Мне просто нужно было проверить, — бормочет он, отходя в сторону.
— Что проверить? — спрашиваю я, затаив дыхание. Я обмякла. Я даже не знаю, что делать.
— Проверить, будет ли это так хорошо, как я себе представлял.
— И что? — Выдыхаю я.
— О, было даже лучше, — уверяет он меня. — Элли, нам нужно разобраться с этим делом. Я лежал без сна по ночам, думая о тебе. Это не может быть так уж сложно. Тебя влечет ко мне, меня влечет к тебе. Мы оба взрослые люди. Это не ракетостроение.
— Но мы работаем вместе, — просто заявляю я. — Это будет неловко.
— Будет неловко только, если мы позволим этому стать неловким, — твердо отвечает он. — Но как насчет этого — сходи со мной на свидание. Давай посмотрим, как мы уживаемся вне сферы работы или бизнеса. А потом, если мы все еще будем чувствовать то же самое, мы обсудим все эти вопросы. Нет смысла беспокоиться об этом прямо сейчас. Мы даже не были на свидании.
Я пристально смотрю на него.
— Я думаю, мы все равно будем чувствовать то же самое, — тихо говорю я ему, наблюдая за его губами. Очевидно, все, что я могу делать, когда нахожусь рядом с ним, — это думать о нем в сексуальном плане. Это безумие. Я взрослый человек, а не подросток.
Но ты грязная, развратная женщина, напоминает мне «Би Би». Я игнорирую ее. «Би Би» — распутная бродяжка. Что она знает?
— Я тоже так думаю, — отвечает Алекс, делая еще один шаг ко мне. У меня есть лишь короткая секунда, чтобы вдохнуть, прежде чем его губы снова накрывают мои. Мои руки на его спине, мускулистой и широкой, и я растворяюсь в нем. На вкус он как мята, а пахнет мужчиной. У него мягкие губы и сильные руки. И его пенис твердый. Я знаю это прямо сейчас…У меня серьезные неприятности.
— Это свидание, о котором ты говоришь, — говорю я, когда он, наконец, отстраняется, и я поправляю свою одежду. — Когда и где?
Алекс улыбается пугающе захватывающей улыбкой. Он, кажется, не замечает того факта, что его пенис настолько твердый, что секунду назад чуть не проткнул мою ногу.
— Сегодня вечером. На двадцать первой улице есть маленький итальянский ресторанчик. «У Манини». Ты знаешь его?
Я потрясенно смотрю на него. Это то самое место, которое я предложила, когда Мозговитый Брайан не мог принять решение. Это слишком иронично.
— Да. Я люблю это место, — отвечаю я.
Он снова улыбается, довольный.
— Хорошо. Почему бы мне не заехать за тобой в 7:00?
Я сглатываю.
— Хорошо.
Он снова прижимается ко мне, прижимая к себе. И снова его твердый как камень пенис прижимается к моему бедру. «Би Би» хнычет.
— Или мы могли бы назначить свидание за ланчем, — предлагает он мне на ухо. Он так хорошо пахнет и так восхитительно прижимается ко мне, что я с трудом могу ясно мыслить.
— Хорошо, — соглашаюсь я, даже не задумываясь о том, как это будет выглядеть. Я делаю вдох и отстраняюсь. — Подожди. Это то, о чем я и говорю. Вот почему это так сложно, поскольку мы работаем вместе. Люди увидят, как мы уходим. Они будут знать, что мы делаем.
Он пристально смотрит на меня. — Тебя волнует, что думают люди?
— Обычно нет, — признаю я. — Но когда они мои сотрудники, мне не все равно, считают ли они, что я веду себя непрофессионально. Потому что тогда у меня не будет опоры, если мне придется отчитывать их за то же самое в какой-то момент.
— Ты их босс, — напоминает он мне. — Тебе никогда не придется делать им выговор за то, что они уходят посреди утра на свидание со своим боссом. Потому что ты их босс. И я почти уверен, что ты собираешься встречаться со мной.
Я втягиваю воздух. Мне нравится, что он такой решительный.
— Но мы еще даже не ходили на настоящее свидание, — говорю я ему. — Ты не можешь этого знать.
Он улыбается.
— У меня отличная интуиция. Возьми свою сумочку.
Сейчас, когда я смотрю на него, я застываю на месте.
— Но сейчас только 10:00 утра.
Алекс кивает.
— Я передумал. Мы собираемся на поздний завтрак.
Мне приходится усмехнуться, но я делаю, как он говорит. Я хватаю свою сумочку. Мы беззаботно выходим из моего офиса, и я останавливаюсь, чтобы сказать Тейлор, что у нас с Алексом встреча за пределами здания. Поскольку она ведет мой календарь, она знает, что такой встречи не будет.
Но, к ее чести (и это единственный раз в ее жизни), она ничего не говорит. Она просто кивает. Колби понимающе выглядывает из своей кабинки, но тоже ничего не говорит, хотя я замечаю легкую ухмылку на его лице, когда прохожу мимо.
Мы с Алексом пробираемся через парковку и, честное слово, едва успеваем сесть в машину, как практически набрасываемся друг на друга на переднем сиденье.
Руки Алекса повсюду, его рот на моей шее, на моих губах. Моя рука находит путь к его промежности, которая тверда как скала и натягивается на его брюки. Он стонет, когда я прикасаюсь к нему.
— Ты сводишь меня с ума, — шепчет он. И я вдруг чувствую себя такой могущественной. Этот важный человек стонет под моими пальцами? Это пьянящее чувство. Я крепко целую его.
Его рука находит мою грудь, я чувствую его пальцы, длинные и сильные, сквозь тонкий шелк.
— Нам нужно уходить отсюда, — говорю я ему. Мы окружены темными цементными стенами парковки, но любой желающий мог пройти мимо и заглянуть в его машину. А потом нас могли бы увести в наручниках за непристойное обнажение или что-то в этом роде. Это было бы нехорошо.
— Да, — напыщенно соглашается Алекс. Он переключается на драйв, и моя рука не
