смирением и передает власть над всей страной, вплоть до Кавказа и Хинду Куха64.
– Ты даже не будешь читать послание?
– Нет.
– Дарий просит тебя об одной услуге.
– Вот как? – удивился Александр. – О какой же?
– Просит вернуть ему мать и дочерей за большой выкуп.
– Сколько же он предлагает?
– Тридцать тысяч талантов золотом. Прими предложение, – требовал Парменион. – Зачем нам эта обуза? А за старуху и двух девок можно выторговать не тридцать, а пятьдесят тысяч…
– Я не торговец! – гневно, делая ударение на каждом слове, сказал Александр. – Я – правитель! И предпочитаю славу победителя жалкой куче монет. У меня нет ничего для продажи, и совесть я свою не продам. Дарий хочет получить обратно свою семью – я верну ему женщин даром, но не буду унижаться до торгашества.
– Но, все же, – смутился Парменион. – Может, стоит провести переговоры с Дарием перед решительной битвой?
– Какие переговоры? О чем? Я ему уже все написал. Я не желаю с ним делить мир. Как могут два солнца сиять на небе? Солнце должно быть только одно. Пусть сдается мне или умрет!
– Александр, тебе больше надо заботиться о Македонии, нежели стремиться поглотить земли, в которых ты никогда не был, – насупился Парменион.
Александр чуть остыл. Внимательно взглянул на полководца.
– У тебя послание от Антипатра? – сообразил он.
– Да. Правитель Лакедемонии, Агис65 собрал крепкое войско и движется к Пелле.
– О, Зевс всемогущий! Как не вовремя, – воскликнул беспокойно Александр. – Надеюсь, Антипатр не думает прятаться за стенами Пеллы?
– Он идет навстречу. Но вот в чем беда: его никто не поддержал. Наоборот: иллирийские и фракийские племена примкнули к спартанцам. Попахивает предательством со стороны Коринфского союза.
– Думают, что Дарий меня раздавит, коль у него такая огромная армия. – Александр обвел командиров холодным взглядом. – Никто в войске не должен знать, что над Пеллой нависла угроза! И я не намерен менять планов. Никаких переговоров с Дарием! А Афины потом еще пожалеют…
– Александр, – настаивал Парменион. – Разумно было бы просить о перемирии с Дарием, и отправить помощь Антипатру.
– Разумно? – усмехнулся Александр. – Отправь немедленно в Пеллу письмо. Передай Антипатру, что я надеюсь на его гений полководца.
– И все? Одно только письмо? – растерянно спросил Антипатр.
– Копья нам здесь нужны, – жестко ответил Александр. – Приступим к плану сражения, – пригласил он полководцев к столу, на котором соматофилаки развернули пергамент с картой.
– Ты пойми, – горячился Парменион, тыкая пальцем в карту. – Дарий пытается нас заманить вглубь страны, как это сделали скифы с Киром Великим. И мы послушно лезем в эту ловушку.
– Как ты предлагаешь действовать? – вопрошал Александр.
– Надо приблизиться к Дарию примерно на пятьдесят стадий, затем разворачиваться и уходить обратно. Он обязательно кинется в погоню. Но наша армия ходит быстрее, а его колонны растянутся. Конница оторвется, пехота отстанет. И тогда мы встретим передовые отряды всадников возле Евфрата, рассеем, а после займемся пешим войском. В случае неудачи, у нас будет возможность отойти к Дамаску. Измотаем персидскую армию стычками, а возле Дамаска дадим решающий бой.
– Хороший план, – согласился Александр. – Но я не хочу показывать спину врагу. Я не Дарий, и не желаю отступать.
– Александр, – возмущался Парменион. – Впереди армия в три раза превосходящая нашу.
– Тогда у нас равные силы, – пожал плечами гегемон. – Один мой воин стоит троих персов.
– Верно, – поддержали его командиры.
– Кто пришел на помощь Дарию?
– Большой отряд индов, – докладывал Парменион. – Сатрап Бактрии Бесс привел бактрийцев и согдов. Маавк с севера пришел с большим конным отрядом саков. Из Арахохии сатрап Барсаент привел арахотов и горных индов. Сатрап Сатибарзан возглавляет ариев. Фратаферн собрал конные отряды парфян, гиркан и тапуров. Атропат с мидянами, кадусиитами и сакесинами. С побережья Красного моря пригнали людей. Ими командует Оронтобад, Ариобарзан и Орксин. Оксафр, сын Абулита возглавляет сусиан и уксиев. Оронт и Мифраст пришли из Армении с большим отрядом. Бупар привел воинов из Вавилона. Вместе с ними, бежавшие от тебя с Ионического побережья карийцы и ситакены. Ну, и Мазей возглавляет сирийцев из Келесирии и Междуречья.
– Где нас может ожидать армия противника?
Все склонились над картой.
– Скорее всего, Дарий выберет вот эту долину, – указал Парменион. – У него в тылу будет город Арбелы. Рядом протекает река Бумсла. Долина абсолютно ровная.
– А здесь что находится?
– Большое поселение торговцев, но не укрепленное. Название у него трудное: Гавгамелы.
– Значит, здесь, – уверенно произнес Александр.
– Открытая местность не в нашу пользу, – продолжал отговаривать его Парменион. – У Дария преимущество в коннице почти в два раза. Из Индии ему прислали двести колесниц. Страшные машины с высокими колесами, на которых крепятся серпы. Если такая машина врезается в строй пехоты, то перемалывает все на своем пути. Головы так и летят в разные стороны…
– Хотелось бы мне достать хотя бы одну такую машину: посмотреть, как она действует, какую угрозу несет.
– Знаю только одно, – сказал Парменион. – Их изготавливают мастера с далекого востока, те, что привели с собой боевых слонов. Колесницы не похожи на вавилонские. Они намного устойчивей и очень тяжелые, но, если разгонятся, их трудно остановить.
Александр отпустил командиров поздно. Уже сменился полуночный караул. Исмен помог гегемону скинуть плащ. Подал медный тазик с водой для умывания. Спросил:
– Дозволь сказать.
– Говори, – разрешил гегемон.
– Я хочу попробовать с небольшим отрядом всадников пробраться к стану Дария и угнать колесницу.
– Безумие, – махнул рукой Александр, но тут же обернулся и серьезно посмотрел Исмену в глаза: – Если тебе это удастся, половина будущей победы – твоя.
Снаружи послышались крики, сначала одиночные, потом весь лагерь зашумел. Александр быстро вышел из шатра. Никто из воинов не спал. Все с ужасом и страхом взирали в ночное небо. Яркий лик луны постепенно заслоняла зловещая тень, черная с кроваво-красным ореолом.
– Аристандра ко мне! – крикнул гегемон, срывающимся голосом.
Появился прорицатель. Он шел спокойно, с невозмутимым лицом, облаченный в белую хламиду. Воины сомкнулись вокруг него и Александра. Все с замиранием сердца ждали, что скажет жрец.
– Растолкуй, – потребовал гегемон, указывая на узкий красный серп в небе.
– Это знамение не для нас, – безразлично ответил Аристандр. – Мы, эллины, взываем к солнцу. А на луну молятся персы. Вот, пусть Дарий и дрожит. Ему боги шлют дурное знамение, не нам.
* * *
Четверо лазутчиков затаились на вершине небольшого скалистого холма. В полете стрелы от их убежища тянулась ровная широкая дорога, рассекающая бескрайнюю долину с возделанными полями. По дороге беспрерывно двигались вооруженные люди.
– Ого! – невесело усмехнулся Фидар. – Мы уже полдня тут торчим, а они все идут.
– Почему не видно
