потерял её навсегда.
— Почему же вы тогда потакаете ей? — задал вопрос я.
— Не буду ходить вокруг да около, рассказывая про отношения отцов и детей. Ты ещё слишком юн, чтобы забиваться себе таким голову. Поэтому скажу просто, по крайней мере, так я могу хоть на что-то влиять.
Ха! Влиять на неё? Очень в этом сомневаюсь. Я сразу же вспомнил свою сестру. Сколько раз я пытался её контролировать и каждый раз она находила способы избавиться от моего контроля. Если он так хочет этого, тогда пусть раздобудет рабский ошейник, как в моём мире. И тогда она будет получать дозу электрошока каждый раз, когда задумает выйти за порог отчего дома. Делов-то, но это всё равно не заставит её мечтать о свободе.
Пожалуй, единственное в чём он прав, так это в том, что не стоит забивать себе таким голову. Главное, что большинство егерей выжило и точка.
— В таком случае я предлагаю перейти к делу, — сказал я совершенно серьёзно, — Вы же пригласили меня сюда не для того, чтобы обсудить Анастасию Владимировну?
— Как скажешь, — он на секунду задумался, — Прочитав все отчёты, меня не покидает одна и та же мысль о том, что я постоянно что-то упускаю.
— И вы подумали, что я помогу вам разобраться в этом? — уточнил я.
— Можно и так сказать, — он прищурил глаза.
А вот и настал момент истины, моя судьба зависела от дальнейших слов, которые я скажу. Не нужно быть гением, чтобы догадаться, что он упускал. Конечно же, моё непосредственное участие во всём этом. Проблема в том, что я по-прежнему не понимаю, что он из себя представляет. Эта их сценка со счастливой семьёй, его желание оградить дочь от всех опасностей этого мира. Что, если это всё спектакль? Что, если она всё это время подготавливала меня к чему-то?
— Владимир Александрович, — я обратился к нему, — Я нахожусь в некотором замешательстве и не совсем понимаю, с чем конкретно я должен вам помочь разобраться. И что более важно, что я за эту помощь получу.
Я видел, как океан энергии в его теле всколыхнулся, энергия направилась от сердца прямо в его ладони. Вот он, настоящий архимаг, который привык всё решать силой. Что, не нравится? Не привык платить по счетам? Так мы это быстренько поправим.
Какими бы благими намерениями он ни руководствовался, мне было абсолютно наплевать, я ему не мать Тереза. И если у меня действительно находилась информация, которая ему нужна, то он за неё заплатит или пойдёт к чёрту, потому что мне нужна сила!
Глава 20
Архимаг начал буравить, мня взглядом. Вся его бравада и дружелюбие исчезло в одно мгновение, как будто и не было нашего разговора. Я же приготовился к атаке, как только почувствую, что он создаёт заклинание, перекину в нож «гниение» и прикончу его. Конечно, если успею, чтобы создать огненную стрелу ему и нескольких долей секунды хватит, в этом я не сомневаюсь.
Наши гляделки прервала Анастасия, которая принесла в кабинет поднос с чаем и двумя чашками. Почему только с двумя? Она не будет пить чай вместе с нами?
— Спасибо, дорогая, — генерал улыбнулся дочери, — Пойди проверь, всё ли в порядке у нас дома. Мать до сих пор беспокоится.
Настя с недовольством посмотрела на отца, потом с сожалением на меня и попрощавшись, вышла из кабинета.
Я бы не сказал, что был так уж сильно удивлён происходящим. Всё же кое-какие догадки на этот счёт у меня уже имелись. В радиусе сорока метров от меня находилось всего десять егерей, в основном адепты и мастера. Плюс, не надо забывать про двух магистров, которые я не вижу, но они наверняка ошиваются где-то поблизости. Но это не проблема, если мне удастся перевоплотиться в генерала после того, как я его прикончу.
— Дмитрий, возможно, ты меня неправильно понял, — продолжил генерал, — это не просьба, — он взял чашку и отпил из неё чай.
— Вы мне угрожаете? — с ухмылкой приподнял одну бровь.
Чай по понятным причинам я пить не стал. Даже если Настя здесь ни при чём и генерал разыграл её втёмную, это не означало, что она не могла туда что-нибудь добавить. Не яд, а что-нибудь более безопасное и эффективное, что-то чтобы помогло сделать меня более сговорчивым.
— Ни в коем случае, — он улыбнулся, — Ты должен понять, что мы тут не в игрушки играем. Это дело императорской важности и у нас просто нет времени на раскачку. От скорости нашей работы зависят множество жизней. Ты же не хочешь, чтобы кто-то из учеников интерната пострадал?
Вот же хитрая задница, с угрозами не вышло, так он решил надавить на чувства патриотизма? Тут он сильно прогадал, судьба интерната мне не интересовала от слова «совсем». Как только я выпущусь, то сразу забуду обо всём, что с ним связано. Другое дело, что он пытается надавить на меня через административный ресурс, которого у него скорее всего, нет.
— Владимир Александрович, я уже сказал, что не буду помогать вам бесплатно, я барон и должен заботиться о процветании своего рода. Что скажут мои люди, когда узнают, что вместо того, чтобы заниматься своими делами и делами своего рода я бегаю и выполняю просьбы других просто так?
Я решил рискнуть и высказать ему всё, что думаю по этому поводу. Хуже, точно уже не будет, генерал насел на меня крепко и просто так уже не отпустит.
— К тому же, — я продолжил, — Если вы не знали, то большинство туш в вашем подвале принадлежат мне. Да, я не являюсь егерем, но прикончил их именно я. Что про них говорится в вашем уставе, я не знаю, не читал, но уверен, что имею на них право. А вот в чём я уверен, так это в том, что, если обращусь куда следует, наверняка найдутся люди, которые встанут на мою сторону и защиту. Но, если вы предоставите мне бумаги, с приказом от императора я с радостью приступлю к исполнению без каких-либо условий.
Я глубоко вдохнул и выдохнул. Вроде получилось очень убедительно. Вон как он нахмурился. Между нами повисла пауза. По глазам генерала я видел, что он был удивлён и сейчас обдумывал сказанные мной слова.
— Что ты знаешь? — спросил он
