Главное в другом: сложная, запутанная система отношений «ты мне, я тебе», в которую в той или иной степени были вовлечены все, неизбежно доставалась Лобановскому в наследство от Севидова, а потом накладывалась на новые партийные, спортивные и географические разборки и счеты с такой силой, что человеку с высшим техническим образованием оставалось только одно: разложить по полочкам, упорядочить, обернуть себе на пользу. Если изнасилование неизбежно, в футболе следует не расслабиться и получить удовольствие, как гласит давний иронический совет, но изучить насильника и в дальнейшем использовать его в своих интересах!
Позволю процитировать самого себя, книгу «Лобановский. Послесловие», вышедшую вскоре после смерти ВВЛ в 2002 году:
«Кто без греха, пусть первым бросит в Лобановского камень». Ну-ка, сколько рук с кирпичами поднялось?! Советский футбол, чьи далеко не самые лучшие черты унаследовал футбол Украины, вернее, система, при которой этот футбол жил и удивительным образом порой добивался результатов, была гораздо сильнее и Лобановского, и всех его коллег вместе взятых…»
Уже тогда было известно достаточно многое – и, мягко говоря, подозрительность матчей, завершившихся 3:3 (с «Черноморцем» в 74-м, с «Шахтером» в 86-м и 89-м), а также других ничейных штучек (например, матча «Металлист» – «Динамо» – 2:2, в котором Олег Блохин наконец достиг отметки 200 мячей в чемпионатах СССР; встреч с украинскими командами, кавказцами, «Локомотивом», «Зенитом»), и достаточная повторяемость сливов с разной мотивацией (0:5 с «Пахтакором» Вячеслава Соловьева в 75-м, 1:2 с кутаисским «Торпедо» в 85-м, когда грузинская команда, ходившая в беспросветных аутсайдерах, внезапно понесла всех по кочкам, в том числе и свежеиспеченного чемпиона). Сложнее было с привычной сплетней о том, что «Динамо» всегда брало у украинских команд очков ровно столько, сколько ему нужно было – как правило, три, победа дома и ничья в гостях; а отдавало, когда кому-то становилось больше нужно. Достаточно тривиальный разбор каждого чемпионата и последовательности результатов в нем показывал, что далеко не все так просто. А уважаемый бомбардир Виталий Старухин, в 1991 году заявивший, что при нем (то есть в 1973-82 гг.) ВСЕ матчи «Динамо» и «Шахтера» были договорными, слегка спутал тогда грешное с праведным. Ибо тогда совсем некуда было девать победы дончан, добытые в том числе и в Киеве, не говоря уж о том, что они в те годы могли и за медали соперничать!
Позже появились другие свидетельства, так сказать, продвинувшие и утвердившие – сколько же всего было. Прежде всего подробно описали чуть ли не единственный, официально признанный договорняк – матч «Динамо» – ЦСКА в начале чемпионата 1981 года, когда команды Валерия Лобановского и Олега Базилевича на глазах у телеаудитории «потеряли бдительность», раскатали унылую нулевку и попали под раздачу. Изложение этого дела сделано в «Спорт-
Экспрессе» Акселем Вартаняном, а до того разбирательство в Федерации футбола упоминалось, к примеру, Львом Филатовым. Вы наверняка либо читали об этом, либо запросто найдете весь материал в Интернете, и потому я могу добавить только одно замечание: все или, по крайней мере, большинство из тех, кто исполнял общественный долг и изображал борьбу с «постыдным явлением, позорящим советский спор», прекрасно понимали, что у них самих рыльце очень даже в пушку. Вот, скажем, блестящий тренер Вячеслав Соловьев, с которым киевское «Динамо» в 1961 году первым из немосковских клубов стало чемпионом страны. Здесь он, как пишут, решил все, гневно припечатав Лобановского и Базилевича: «Попались!» И тем, сам того не желая, подсветил лицемерность системы. Сам-то против договорнячка ничего не имел ни в 1961-м, когда как минимум во втором тайме его «Динамо» с харьковским «Авангардом» устраивали красивый спектакль, ни в 1975-м, когда Лобановский и Базилевич спасали от вылета соловьевский «Пахтакор» (просто игроков узбекской команды почему-то не предупредили, что им засылают два очка, и они на радостях разнесли по кочкам одну из лучших команд мира той поры!). Только Соловьев и его команды не попались, а в 1981-м телевидение вытащило кое-что на поверхность, народный гнев пробудился…
Кстати, давайте-ка будем поточнее в терминологии. Речь идет не о доказанном факте сговора с целью, скажем, сформировать нужный результат и поднять денег в «черном» тотализаторе, а о заведомом отказе от ведения спортивной борьбы в турнирных целях. Год спустя после того развеселого карательного заседания такую же комедию изобразят на чемпионате мира в Испании сборные ФРГ и Австрии, словно задавшись целью подчеркнуть: «гроссмейстерские результаты» встречаются отнюдь не только в советском футболе. Произносил или не произносил Лобановский приписываемую ему Владимиром Перетуриным многозначительную фразу: «Если уж комментаторы замечают, нужно менять драматургию!» – не суть важно. Интереснее то, что не только ему нужно было «менять».
Выдающийся голкипер «Динамо» Олег Макаров, так уж получилось, высказался по этому поводу после… смерти. Его вдова осуществила переиздание книги воспоминаний «Вратарь», в которую включила записки Макарова, хранившиеся под спудом. Вот уж где Лобановского разложили по степеням малого параметра! Но тут же Макаров признавал, что играть договорняки доводилось и ему, правда, эпизодически и порой без ведома главного тренера, а претензия к ВВЛ в том, что при нем это «превратилось в систему»…
Конечно, Лобановского не назовешь невинной жертвой, угодившей в жернова или чего там еще было в отечественном футболе. Нужно быть дьявольски одаренным человеком, чтобы развернуть все настолько в свою пользу и регулярно переигрывать остальных не только на поле, но и вне его. Здоровенная доля во всей этой кампании против ВВЛ – элементарная человеческая зависть к более успешному, прикрытая псевдоморалью…
Ах, у него там Щербицкий и неограниченные возможности по селекции, по пять человек в год привозили. Ну так за ЦСКА стояло Министерство обороны и ничуть не худшие возможности выдергивать лучших – а что выиграл ЦСКА в эпоху Лобановского?! Правильно, чемпионат 1970-го и чемпионат 1991-го. За «Спартаком» всегда стоял московский горком партии, который значил в СССР не меньше Украины – и что, сочтем титулы? Или они лучше киевского «Динамо» выступали в Европе? А московское «Динамо», его куда девать?!
Чушь, конечно. Те, кто с ним воевал, были ничем не лучше и, если бы им представилась возможность, слопали бы Лобановского вместе с «Динамо», не поперхнувшись. Собственно, порой им это удавалось – в 1976-м, когда штаб Лобановского и Базилевича явно зарвался, уверовав в непогрешимость своего метода; в 1983-м, когда откровенно левый пенальти в Португалии не пустил нашу сборную на чемпионат Европы; в 1990-м, когда тренеры сборной просчитались с нагрузками и не вышли из группы на итальянском чемпионате мира… Но рано или поздно они получали ответный удар, и в этой поистине дарвиновской борьбе за жизнь, естественном отборе прошли тренерские годы ВВЛ в советском футболе. Да что советском – потом было то же самое, разве что главные оппоненты остались за границей.
Лобановский-тренер
Давайте, наверное, в науку все же углубляться не будем, заметив лишь, что методики, примененные в киевском «Динамо», а потом и в сборной СССР, не могут быть приписаны одному человеку – мы все время должны помнить и об Олеге Базилевиче, составлявшем в середине 70-х с Лобановским довольно редкий в мировой практике тандем, и об Анатолии Зеленцове, и о целой научной группе в разные годы и на разных этапах развития сопровождавшей и поддерживавшей работу «Динамо».
Были неудачи? А то! Но были и немалые успехи… Можно поговорить и об аэробных и анаэробных процессах, и о тренировках в условиях среднегорья, которые тогда активно испытывались и апробировались легкоатлетами, и о целенаправленном воздействии на определенные группы мышц, и о программируемой интенсивности тренировок, и о тотальном футболе, и об организованном хаосе, и о соотношении тактики с последним защитником с линейным построением обороны (помните, как в конце 90-х Лобановский экспериментировал с двумя последними защитниками?!), но очень боюсь усыпить и себя, и читателя. Подавляющему большинству эта кухня совершенно не интересна. Здесь я только привел бы пару любопытных высказываний о происхождении тренерской методики, о которой шло столько споров.
Бубукин: «В 1986 году киевляне стали чемпионами и забили больше всех мячей. А я работал помощником Юрия Андреевича Морозова в ЦСКА. От армейского клуба надо было лететь в Киев, вручать приз Григория Федотова. Морозов мне и говорит:
— Валь, поезжай ты. Я не могу, Василич оставит – как бы не загулять, не загудеть с ним.
Они дружили и любили друг друга.
