сказал он и протянул мне в руки свой мобильник.
— Ух-ты! А она классная! — были мои первые слова при виде его подружки.
— То-то же! Теперь ты меня понимаешь, почему я заснуть не мог!
— Ага. Наверное, полночи на неё передёргивал, — засмеялся я и тут же получил ощутимый тычок кулаком в плечо.
— Братан, хорош! Больно же! Я же пошутил! Хотя один раз ты всё-таки придушил своего удавчика и сразу лёг спать, — отодвигаясь к окну, продолжал смеяться я, но в этот раз уже выставил руки перед собой, чтобы не схлопотать очередную дружескую тычину. Но его удар пришёлся не туда, куда я ожидал. Костяшки его пальцев врезались чуть выше моей левой коленки. Я тихонько вскрикнул, потёр больное место и с самым невинным видом заявил: — Всё-всё. Хватит меня колотить. Я всё понял. Молчу и твою сексуальную жизнь больше не обсуждаю.
— Ладно. Прощён. Гони мой телефон.
— Подожди. Дай её нормально рассмотреть. Кстати, там много её фоток?
— Да, были. Листай ленту, найдёшь.
— Слушай, а её случайно не Джульетта зовут? — сдерживая смех, спросил я.
Фреди понял мою насмешку. На этот раз он не стал распускать свои сильные руки, лишь показал перед моим носом свой массивный вратарский кулак и усмехнулся.
— Лора. Полное имя Лорелея, — немного помолчав, начал он. — Она родом из Дортмунда. Когда ей было четыре года, её отца пригласили работать в конструкторский отдел нашего Фиатовского завода. С тех пор они живут в Турине. Кстати, её младший брат Юрген тренируется в академии «Юве». Ему пятнадцать лет, но он уже играет за старший возраст. Лора рассказывала, что этой осенью он получил вызов из нашей сборной U16.
— Теперь понятно, почему ты стал с ней дружить, — улыбнулся я. — Хочешь через её батю оказаться в стане «Юве». Не знал, что ты продуманный чувак.
— Угадал. Меркантильность — моё второе имя. Кстати, могу и тебя по дружбе туда сосватать, — мы посмотрели друг на друга и негромко рассмеялись.
Я увеличил одну из понравившихся фотографий, где была запечатлена девушка в полный рост на фоне неизвестного стадиона. На вид ей было лет семнадцать-восемнадцать. На лицо красотка, с правильными чертами лица. Спортивная фигурка, стройные длинные ножки, шатенка с длинными волнистыми волосами и милым вздёрнутым носиком, яркими зелёными глазами и немного пухлыми алыми губками. Одним словом, шикарная деваха досталась моему другу.
— И что она в тебе нашла? — возвращая телефон, шутливо поинтересовался я.
— Тебе этого не понять!
— Конечно, братан! С моим ограниченным умом мне точно не понять! — усмехнулся я и, поймав улыбку румына Серджиу Сучиу, который сидел через проход напротив нашего купе и, по всей видимости, прислушивался к нашему разговору, продолжил. — Будь у меня такая красотка, я бы точно до утра гулял. А потом пригласил бы её домой и… Ну, в общем, ты меня понял.
— Хорош слюнки распускать на чужое. Найди себе девчонку и гуляй с ней сколько хочешь, — выпалил приятель, пряча мобильник во внутренний карман куртки.
— Слушай, а у неё есть подружка или старшая сестрёнка?
— Чтоб красивая и давала? — усмехнулся парень и после недолгой паузы продолжил. — Не, такой нету! Все страшные и толстые! — и мы в очередной раз дружно рассмеялись.
В этот момент вернулись наши соседи по купе Федерико Бруса и Габриэле Пинелли.
— Чё такие весёлые? — присаживаясь к окну, спросил Пинелли.
Я посмотрел на довольное лицо друга, и мне пришла мысль пошутить над ним:
— Да Фреди свой сон рассказал. Вот и смеялись. Представляете, ему приснилось, что он два пенальти отразил…
— Да чё вы его слушаете! Ничего я ему не рассказывал. Гонит он всё. Мне вообще футбольные сны не снятся… По крайней мере, если и снятся, то я их не помню! — возмущённо выдал голкипер. Парни улыбнулись, и на этом тема сна была закрыта.
Фреди моментально натянул кепку на лицо и, расположившись поудобнее в кресле, прикрыл глаза. Я посмотрел на часы. До отправления поезда оставалось ещё четыре минуты. Я привстал и бегло осмотрел салон вагона. Приблизительно треть пассажиров составляла наша команда, состав которой включал в себя двадцать семь человек: восемнадцать футболистов, четыре тренера, три сотрудника медицинского персонала, а также по одному представителю пресс-службы и администрации.
В вагоне царила оживлённая суета. Вошедшие пассажиры торопливо располагались на своих местах, закидывая свои вещи на верхние багажные полки. Постепенно вагон наполнялся живыми разговорами, весёлым смехом и радостными голосами маленьких детей. Внезапно меня охватила ностальгия. Уставившись в огромное панорамное окно, я на некоторое время погрузился в далёкие воспоминания о своём счастливом детстве и любимых родителях, а также наших частых путешествиях на поезде.
Три часа пролетели незаметно. Фреди почти всю поездку продрых, как сурок. Просыпался он дважды. Первый раз ему приспичило в туалет, а в другой раз его разбудил громкий плач маленького ребёнка. В эту паузу он увидел на моём столике пачку печенья и орешки с изюмом. Остатки печенек он схомячил за минуту. Затем закинул добрую горсть орешков в свой большой прожорливый рот, попил воды и, как ни в чём не бывало, ушёл в царство Морфея. Я же всю дорогу занимался английским языком, прерываясь только на посещение туалета, общение с соседями по купе и небольшие перекусы.
В половине первого мы уже были на Центральном вокзале Флоренции — Санта Мария Новеллаво. На вокзальной площади нас ожидал комфортабельный современный автобус, организованный местной командой. До начала матча с «фиалками» оставалось ровно три часа. Поэтому наш автобус отправился прямо на муниципальный стадион имени Джино Боцци. Никаких отелей или отдыха на выездах не предусматривалось. Как и не было посещений мест общественного питания. Команда приезжала на стадион. Затем следовала небольшая прогулка по его окрестностям. Потом шла предыгровая разминка и сразу «в бой». После игры в раздевалке подкреплялись пиццей, фруктами, после чего садились в автобус или вагон поезда и уставшим возвращались домой. Как я понял, практически все клубы экономили часть своего бюджета и на проживании команды, и на питании. Поэтому время начала всех матчей Примаверы было в пределах трёх-четырёх часов после полудня, чтобы команды успели вернуться в родной город до наступления полуночи. По этой же причине все сорок две молодёжных команд разделили на три группы с учетом их местоположения, что позволило сократить время в пути и избежать
