Читаем без скачивания Золотая Ригма - Всеволод Сысоев

Осень позолотила лиственничные боры, подступавшие к Раздольному. По утрам в ярко-голубом небе проносились косяки гусей. Они летели над самым селом, перекликаясь со своими отяжелевшими домашними родственниками. Снежок спокойно рассматривал их карим глазом, повернув голову к небу правой стороной, словно вслушиваясь в гортанное гусиное гоготание. Но однажды, когда на реке появились первые льдины, в стороне от села медленно проплыл в небе лебединый караван. Неторопливо взмахивая огромными крыльями, лебеди изредка переговаривались на своем музыкальном языке, услышав который, Снежок преобразился. Куда девались его величавость и степенность! С плотно прижавшимися к телу перьями и вытянутой шеей он побежал к реке. Гуси, следовавшие за ним, отстали, а он, набирая скорость, широко взмахнул ими и тяжело поднялся в воздух. Сперва он учащенно, судорожно работал крыльями, но вот встречные потоки воздуха, ударив снизу, подхватили его и высоко подняли в небо.

Никто из людей не видел, как огромная белая птица исчезла за приречным лесом. Напрасно Елена весь вечер искала Снежка, расспрашивая своих учеников, всех, кто возвращался с реки или из лесу: никто не видел лебедя. И тогда она вспомнила предостережение охотоведа. Елене было обидно: ведь она так любила, так внимательно ухаживала за лебедем! А он улетел от нее столь неожиданно, что она даже не смогла с ним проститься. Ей было жаль Снежка: сможет ли он, догнав других лебедей, преодолеть с ними громадное расстояние до стран вечного лета? Ведь он еще так слаб и так доверчив к людям!

А Снежок летел на Амгунью. В нем проснулся могучий инстинкт странствующих птиц. Он наслаждался воздушной стихией, но малотренированные крылья его не были подготовлены к длительному полету. Потеряв из виду лебедей и не слыша их криков, он еще долго летел над рекой. А затем, когда силы его иссякли, спланировал на первое попавшееся озеро.

Недалеко от озера, где сел Снежок, на берегу укромного залива Амгуни расположились охотники. Лесник и его молодые друзья подкарауливали на нерестилище медведей. Нерест кеты заканчивался, и косолапые рыболовы сновали вдоль берегов, прокладывая торные тропы. На них-то и поджидали зверя охотники. Охота усложнялась тем, что медведи, как правило, рыбачили ночью, а днем отдыхали в лесной чащобе. Пришлось перестраиваться и охотникам: ночью они караулили, а днем отсыпались. И, как это часто случается в жизни, счастье пришло к наименее опытному охотнику. Вернувшись на табор, Разумов рассказал, что медведь подходил к нему, ловил рыбу под самым берегом. Было слышно, как он фыркает в воде, шлепает по гальке. Только вот прицелиться в него врач никак не мог: то мешал кустарник, то было слишком темно. В конце концов медведь почуял его и убежал.

— Везет же тебе! — не скрывал зависти охотовед. — А ко мне, вот сколько сижу, ни один зверь не подходит. А вокруг следов свежих много.

— Не отчаивайся, — ободрил его лесник, — охотника девятая заря кормит.

— Долго ждать ведь нам нельзя: пойдет плотная шуга — на лодке не выберешься. Схожу я сегодня подальше.

После обильного завтрака все уснули. Первым поднялся охотовед. Он развел костер, навесил ведро и, когда закипела вода, опустил в него картошку, а затем несколько крупных кусков рыбы. Уха получилась на славу. Ели долго и сосредоточенно. После обеда все начали собираться на свои места. Охотовед выбрал отдаленную протоку, до нее было ходу часа полтора, но как подобраться к нерестилищу, чтобы не оставить следа и тем самым не напугать зверя? Долго раздумывал Березин и наконец решил пойти к озеру с одноместной резиновой лодкой. Там, надув ее, он спустится по вытекающей из озера проточке в Амгунь к нерестилищу.

Забросив за плечо карабин, Березин простился со своими приятелями. Солнце клонилось к тальникам, когда он тихо подошел к озеру. Каково же было его удивление, когда увидел там одиноко плавающего лебедя. «Сейчас заметит и улетит», — подумал охотник, выходя из-за прикрытия. Если бы ему нужно было подкарауливать зверя на озере, он никогда бы не спугнул лебедя. Звери хорошо знают: там, где плавает эта зоркая птица, не может быть опасности. К удивлению охотоведа, лебедь не собирался улетать. Он глубоко погружал в воду свою голову, доставая со дна что-то съедобное.

«А может, это Снежок? — мелькнула мысль. — Но как он попал сюда, за две сотни километров от Раздольного?» Сняв рюкзак, Березин достал резиновую лодку, надул и спустил на воду. «Неужели не улетит?» — подумал он и начал подгребать маленькими веслами-лопаточками. Но лебедь не только не улетал, он плыл навстречу. Приблизившись к птице вплотную и внимательно разглядев ее, Березин убедился, что перед ним Снежок. Поймать ручного лебедя и посадить его в лодку не представляло сложности, а для того чтобы он не вырвался, охотовед поместил Снежка в просторный рюкзак, выставив наружу его голову. Затем он стал спускаться из озера по речушке, прислушиваясь к каждому всплеску, всматриваясь в каждое темное пятно на берегу.

Издали доносился невнятный рокот переката на Амгуни, где находилось большое нерестилище, на которое часто выходили медведи. Солнце спустилось за сопки, но на небе долго еще не зажигались звезды. Притормаживая лодку, чтобы она плыла возле самого берега, охотник положил карабин на колени. Ему очень хотелось закурить, но разве можно было рисковать. Он хорошо знал, что из всех чувств обоняние у медведя — самое сильное.

Впереди показался широкий просвет. Деревья расступились, и маленькая речушка слилась с Амгунью. Усилившееся течение подхватило лодку и вынесло ее на стрежень. Берега Амгуни также были пусты. Неудача дальнего захода на этот раз не огорчила: ему посчастливилось найти Снежка, за которого ему, конечно же, будет очень благодарна Елена.

Быстро мелькали берега, поросшие высокими тополями. Где-то рядом просвистели крылья летящих навстречу крохалей. Темнота окутывала реку. Теперь, даже если медведь стоял на чистом берегу, его невозможно взять на мушку.

Вдруг эхо далекого выстрела нарушило тишину реки. Березин вздрогнул. «Видать, оборвалась медвежья жизнь», — подумал он и стал грести, ускоряя и без того быстрый ход лодки. Огонек костра показался очень близким, но прошло полчаса, прежде чем охотовед подплыл к биваку. Лесник с врачом сидели у костра, перебирая в памяти сцены охоты.

— Поди, завалили зверя, а я тоже не с пустыми руками, — и охотовед положил перед костром рюкзак, из которого высовывалась длинная шея и голова лебедя.

— Да как же ты, охотовед, мог руку поднять на эту священную птицу? — возмутился врач.

— Поднял, и притом сознательно. Ведь это же наш Снежок. А вот как он сюда попал, для меня — загадка.

— В самом деле Снежок! — изумился хирург, просовывая руку в рюкзак и осторожно ощупывая крыло лебедя.

Теперь все трое, обступив, рассматривали его, словно впервые видели перед собой эту птицу. Молчание прервал лесник.

— Чему тут дивиться, что Снежок слетел со двора. Время-то самых перелетов. Вот только как Березину подфартило его найти, чудно! Жить ему теперь с нами до конца. Ну, давайте ужинать, что ли!

— Скажите: убили вы медведя? — спросил охотовед.

— Да вроде бы, — уклончиво ответил лесник. — Целил-то я ему в убойное место. Завтра пойдем проверим.

Чуть свет, прихватив Тайгу, приятели направились к месту вечерней охоты лесника. Подойдя к нерестилищу, спустили со сворки собаку. Вскоре ровный лай Тайги, несшийся с одного и того же места, оповестил людей, что она нашла медведя и зовет их к себе. Медведь ведь ушел недалеко. Лежал он в кустарнике, уткнув нос в сырую землю. Теперь предстояло снять с него шкуру, расчленить тушу.

Смирившись, как ей казалось, с безвозвратной утратой Снежка, Елена с нетерпением поджидала возвращения охотников и была очень обрадована, когда во двор вбежала Тайга, приветствуя хозяйку громким лаем. Елена поспешила к берегу. Ей хотелось поскорее увидеть отца, но вместо него навстречу шел охотовед, бережно неся в руках что-то.

— Это вам, Елена Дмитриевна, — и он протянул ей рюкзак. — Берите, не бойтесь!

Елена неохотно приняла подарок. Любые охотничьи трофеи не обрадовали бы ее. Но когда, положив на землю, она развязала рюкзак и оттуда выглянул Снежок, Елена вскрикнула от удивления и, приблизившись к лебяжьей голове, нежно поцеловала ее.

— Милая моя птица, ты опять вернулась ко мне?!

Тем временем лебедь выбрался наружу. Расправив крылья, он обмахнулся ими и с достоинством, присущим всем лебедям, зашагал во двор к своей кормушке. Гуси приветствовали его громким гоготанием, низко опустив головы.

— Как же вам удалось найти его?

— Да я, по правде говоря, и не искал. Случайно встретились на озере. Вот и пригласил его вернуться домой.