Читаем без скачивания Мистерия пирамид. Тайна Сфинкса. - Роберт Шох

В XVIII веке масонство было завезено в Северную Америку в качестве важнейшей политической и религиозной силы, будучи выражением той антиклерикальной религиозности, к которой тяготели многие отцы-основатели Соединенных Штатов. Масонами были Джордж Вашингтон, Томас Джеф-ферсон и Бенджамин Франклин, а также многие другие, менее известные «отцы-основатели» Соединенных Штатов. Египетский элемент, присутствующий в масонской практике, хорошо заметен на монументе Вашингтона, имеющем характерную форму древнеегипетского обелиска, и, естественно, на купюре достоинством 1 доллар[112]. На нем изображена Государственная печать Соединенных Штатов, на которой представлена неоконченная пирамида, увенчанная Всевидящим Оком.

Изображение окружают латинские надписи «Annuit coeptis» и «Novus ordo». Эти девизы, перекликающиеся со строками древнеримского поэта Вергилия (70—19 гг. до н.э.), означают: «Он одобрил наше дело» и «Новый порядок времен». Печать символизирует мысль о том, что идеи, лежащие в основе государственности Соединенных Штатов Америки, уходят своими корнями в Древний Египет. Эта печать, созданная в 1776— 1782 годах, на заре формирования новой национально-государственной общности, придавала только что возникшему государству статус легитимности, гарантируемый древностью и особой ролью Египта.

В монархической Европе связи масонства с Египтом наиболее ярко проявились в сфере искусства. Вольфганг Амадей Моцарт (1756—1791)[113] вступил в ряды масонов в Вене и попытался изложить вновь обретенные взгляды в музыке и сюжете своей последней оперы, «Волшебная флейта». Опера, либретто которой написал собрат Моцарта по масонской ложе Эммануил Шиканедер, воспроизводит мистерии Исиды и показывает ритуал инициации внутри пирамиды.

В 1797 году Фридрих Шиллер (1759—1805), ближайший друг и сподвижник Гёте, опубликовал свою поэму, озаглавленную «Сокровенный образ в Саисе», которую до сих пор изучают в колледжах на лекциях по классической немецкой литературе. Поэма рассказывает о молодом посвященном в храме Исиды в Саисе. На посвятительном свитке в храме Исиды была начертана надпись, гласившая: «Я - та, которая есть, которая будет и которая была. Никто не поднимет мой покров. Плод, который я приношу, - солнце». Посвященный у Шиллера, отважный юноша, уверенный в своей неуязвимости, проникает ночью в храм и приподнимает покров. Не подготовленный к лицезрению того, что предстало ему, он получает смертельную рану и, умирая, предостерегает других не приближаться к высшей истине в состоянии греховной нечистоты. Тайные знания Египта были и притягательными, и смертельно опасными.

Несмотря на некоторые отличия от масонов и розенкрейцеров, теософы позаимствовали многие их идеи. Из всех преемников и наследников герметических знаний они считали себя идеологически наиболее «чистыми», достойными приблизиться к древнему образу и приподнять его покров без страха немедленной смерти-возмездия. Елена Петровна Блаватская (1831 — 1891), центральная фигура основанного ею теософского движения, озаглавила свой известный труд «Разоблаченная Исида» (1877). Она дерзнула отважиться на то, что принесло смерть посвященному у Шиллера: заглянуть в оккультные силы природы и открыть христианство для восприятия идей религиозно-философских учений Востока.

Блаватская была весьма колоритной и патетической фигурой. Дочь полковника императорской армии, она родилась в 1831 году на Украине и в молодости сделала завидную партию, выйдя замуж за вице-губернатора Еревана (Армения), также бывшего в те времена частью Российской империи. Однако ее замужество продолжалось всего несколько недель. Блаватская бежала в Константинополь (тогдашний Стамбул), чтобы оказаться вне досягаемости для русских властей, а впоследствии перебралась в Каир. Она утверждала, что провела целых семь лет на Тибете, учась на правах послушника у духовного учителя, но вполне возможно, что эта история - не более чем вымысел. В 1873 году Блаватская уехала в Соединенные Штаты, а через несколько лет направилась в Индию и вернулась в Европу. Она поселилась в Англии, где и прожила до своей кончины в 1891 году. В бытность свою в Англии Блаватская завязала знакомства со многими влиятельными людьми, в частности - Уильямом Батлером Йейтсом[114], ирландским поэтом, лауреатом Нобелевской премии.

Блаватская утверждала, что древние культуры таят в себе некую утраченную священную мудрость, которую необходимо найти и сделать достоянием всех и каждого. В некоторой мере она опиралась на писания масонов и розенкрейцеров. Однако Блаватская использовала и труды серьезных ученых-египтологов, начиная с исследований французских савантов и кончая такими маститыми учеными XIX века, как Ричард Проктор и Уильям Флиндерс Петри. Эти научные труды и были тем самым разоблачением - образно говоря, снятием покрова тайны с многообразной и загадочной культуры Египта. Кроме того, Блаватская обращалась к религиозной традиции за пределами Египта: к христианству, буддизму и индуизму. Блаватская пыталась очистить их от позднейших наслоений и выявить их духовную сущность, способную противостоять натиску материалистического научного детерминизма той эпохи.

 Она зашла настолько далеко, что попыталась реконструировать древнейшую духовную историю рода человеческого. Блаватская перенесла Адама, Еву и Эдемский сад на погибший древний континент Лемурию и в своем втором труде, «Тайная доктрина» (1889), подробно описала Атлантиду.

Будучи философским (и в значительной мере религиозным) течением, черпавшим свои инспирации в образе великой богини-матери, теософия несла в себе четко выраженную феминистскую составляющую. Не желая жить с супругом, который пришелся ей не по нраву, Блаватская порвала узы брака и покинула родину ради того, чтобы вести свободную жизнь. Ее бурная энергия произвела сильное впечатление на Анни Безант (1847—1933), видную английскую феминистку, судьба которой отчасти напоминала историю самой Блаватской. В молодости она вышла замуж за чиновника и родила двоих детей, но вскоре ее независимый дух вступил в конфликт с ортодоксальной церковностью мужа. Когда она отказалась принять причастие, он выгнал ее из дома. Полностью порвав с христианством, Безант стала ярой поборницей контроля за рождаемостью, защитницей прав угнетенных и сторонницей социализма. Она вступила в Теософское общество и вскоре стала ближайшей сподвижницей Блаватской. Безант отправилась вместе с Блаватской в Индию, где изучила санскрит и после смерти Блаватской написала труд «Древняя мудрость: Изложение теософского учения» (1897). Хотя ее более всего интересовали различные учения Индии, Безант публиковала книги о Гермесе Трисмегисте, включая «Евангелие Гермеса» Дункана Гринлиса.

Визионер и ученый-мистик Рудольф Штейнер (1861 — 1925) в молодости был теософом, многое позаимствовавшим в книгах Блаватской и Анни Безант, и считал Египет духовной родиной всех людей. В длинном цикле лекций Штейнер изложил свою веру в реинкарнацию, заявив: «Мы все, вероятно, уже жили в Древнем Египте». Поскольку идеи, как и души, по его мнению, способны возрождаться вновь, Штейнер также говорил, что «наши современные истины - это перевоплотившиеся египетские мифы» и что «вся современная культура кажется нам напоминанием о культуре Древнего Египта».

Как подчеркивает Эдвард Сэйд, большая часть историй о Востоке и гипотез о происхождении Великой пирамиды -чистой воды литературщина. Работая не столько с микроскопом, сколько с зеркалом, многие мыслители, писатели и философы связывали свои устремления с Древним Египтом и пирамидами, стремясь придать своим созданиям патину и авторитет седой древности. И вот теперь их идеи и измышления обрели собственную жизнь, никак не связанную с нашими расхожими представлениями о Великой пирамиде и Египте в целом. Разумеется, это не значит, что абсолютно все идеи, дошедшие до нас в русле герметической и теософской традиции, априорно ложны. На самом деле герметическая традиция вполне могла сохранить элементы посвятительных и теологических аспектов древнего знания, которые в противном случае проигнорировала или отвергла бы материалистическая наука, занимающая доминирующее положение в академической египтологии. Добавьте к герметической трактовке внимательное изучение материалов и фактов, найденных в самой Великой пирамиде, - и мысль о том, что этот монумент служил местом совершения ритуалов и инициации, обретает еще более глубокий смысл.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

НА  ПОРОГЕ ТАЙН

Для Наполеона Египет был не просто важной стратегической позицией, но и средством поставить себя в один ряд с великими мужами древности. Овладев Египтом, Наполеон вошел в круг великих завоевателей, таких как Александр Македонский и Август, и одновременно возвысил Францию до статуса таких легендарных держав, как Македонская и Римская империи. Нет никаких сомнений, что Наполеон учитывал все эти соображения, когда 12 августа 1799 года он побывал внутри Великой пирамиды в сопровождении мусульманского священнослужителя и группы французских офицеров и солдат. Войдя в камеру Фараона, он попросил оставить его наедине с собственными раздумьями.