Признаться, я еще не видел Харуну такой, так что во время ожидания, я побоялся нарушить тишину.
Маскаге вместе с Ерицугой тоже выглядели если не напуганными, то близко к этому.
— Масакаге, сними эту повязку.
Как только тот исполнил сказанное, Харуна резко метнулась к Ерицугу и пальцами открыла глаза пленника. Бедняга Ерицугу не сопротивлялся, ожидая своей участи. В тот день, у меня было два выбора: либо действительно лишить зрения Ерицугу, либо все инсценировать. Несмотря на уговоры, я решил пойти по второму пути.
Повязка, наложенная на глаза Ерицугу была особенной. Ее подготовил Сендзиро, намотав несколько слоев, а посередине положив свинину. Раскаленное железо прошло сквозь ткань и обожгло мясо. Все это проделать было легче, а вот трудность заключалась в том, чтобы правда не вышла наружу. Кроме моих ребят знала об этом и Нобусина. Но к счастью, Такато Ерицугу не пытался убежать или навредить моей задумке. Он ведь прекрасно понимал, что остался цел благодаря моей прихоти, да и его клан тоже.
Мне пришлось все рассказать Харуне. Слушая мой рассказ, девушка начала остывать.
— И что нам с тобой делать? — спросила девушка, смотря на Ерицугу.
Тот покрылся потом от напряжения. Ведь почти все в эпоху самураев мыслили: нет человека, нет проблем.
— Лучше будет оставить его в живых, — встал я на защиту пленника.
— И что потом?
— Можно отдать его на попечительство Гараемону. Оттуда он никуда не сбежит. Даже если в будущем клан Такато попытаются выйти из вассалитета, мы сможем обыграть их Ерицугой…
Харуна не была глупой и сразу все поняла. При ее поддержке, внутриклановая борьба легко могла сломить клан Такато.
— К тому же, если убрать клан Такаты, то клан Сувы легко получить прежнюю силу.
Это было правдой, один лишь клан Ои не сможет долго конкурировать с кланом Сувы и вскоре сдаст позиции.
— Масакаге, уведи нашего гостя…
Как только дверь за ними закрылась, Харуна спросила меня в прежней манере, от недавнего гнева не осталось и следа.
— Как тебе удалось усмирить Ерицугу? Ведь его упертости мог позавидовать осел.
— Думаю, его поразила мысль быть слепым. Он простодушно решил, что совершив сеппуку уйдет красиво из этого мира.
— Ты ведь кое-что утаиваешь? — смеясь спросила Харуна.
— Не то чтобы утаиваю, скорее забыл добавить. Я сказал Ерицуге, что если он предаст нас, то я сделаю его слепым, немым и глухим. И отрежу все его конечности.
Заметив, как расширились глаза Харуны, я несмело добавил:
— И пригрозил сделать то же самое с его родными…
Закончив, я прикусил язык, думая, что мне было бы лучше заткнуться. Харуна смотрела на меня не веря и вдруг разразилась хохотом.
— И он поверил? Ой, не могу…
Смех девушки был искренним и звонким.
— Может ты не знаешь, но люди в Южном Синано меня боятся и уважают, — мои слова даже мне показались детскими, и я присоединился к ней.
Прошло чуть меньше недели, как мы прибыли в Каи. Нобуфусе с ребятами прибавилось хлопот. Харуна решила не распускать показавших хороший результат асигару. Теперь им платили жалование и обучали военному делу.
Я же активно бездельничал, просиживая в своем имении.
— Господин, обед готов.
— Иду.
Все это время за моим домом присматривала Миса, сестренка Масакаге. За ее помощь я пытался вручить ей деньги, но она отказывалась.
— Ммм! Ты не представляешь, как я скучал по твоей готовке!
Миса превосходно готовила и в отличие от своего брата и была обучена хорошим манерам. И вот смеясь, она прикрывала свой смех ладонью, по правилу этикета. Смотря на милое лицо-де будущие Мисы. Вевушки, я вдруг осознал что следуя своим амбициям разрушить все считали, что над ней надругался Йоришиге. А самураи берегли чистоту своих будущих жен…
— Господин, Вас что-то беспокоит?
— Нет, все нормально.
Видя, что девушка не поверила, я решил добавить:
— Просто, я очень устал от войн. Ты не представляешь, как война может быть утомительна…
И ведь не соврал, мне в последнее время пришлось слишком часто выкручиваться.
— Но как такое может быть?
— Что именно?
— Вы и устали от войны?! — причем Миса выделила слово «Вы» интонацией.
Опять двадцать пять! Люди в Каи верили в какую-то чепуху на счет меня. Будто я посланник Хатимана или его реинкарнация, я как-то не уточнял.
Последние успехи только увеличили число людей, поддерживавших эту теорию. Даже в Южном Синано побежденные не хотели признавать то, что мы их победили благодаря умению воевать. Эти глупцы тоже начали активно все списывать на сверхъестественные силы.
— Ну хоть ты не начинай! Если верить молве, которые приписывают мне сверхъестественные силы, я должен выглядеть одноглазым и хромым. К тому же, тебе ведь известно что эти слухи в свое время были распространены нашими шиноби.
После приезда я все еще не виделся с Инари. Как мне стало известно позже от Сендзиро, Харуна решила отдать командование в будущем своему младшему брату. От него же мне было известно, что шиноби с Ерицугой хорошо обращаются. Он также намекнул мне, что сейчас неподходящее время, чтобы посетить их селение.
Не знаю, подействовал мой аргумент, но к счастью в гости к нам пожаловали Нобуфуса с компанией. Стоило мне взяться расставлять тарелки, как Миса выпалила:
— Сидите, я сама накрою на стол!
Ребята были настолько голодными, что сразу же набросились на еду.
— Ну и как продвигаются дела?
— Отлично! Мы составляем новый отряд. Ты не представляешь, Канске, все хотят носить красные доспехи и стараются изо всех сил, — кое-как ответил Нобуфуса.
Я не стал хвалиться, что на это и был расчет.
По левую сторону от меня сидел Масакаге, но я решил оставить до подходящего времени разговор о будущем Мисы.
— Мастер, ожидается что-то плохое.
— Ты о чем, Найто?
— Мастер, сегодня с утра в резиденцию к лорду то и дело спешат гонцы, — вмешался Косака.
— И?
— Возможно, Касахара Киесиге отверг предложение лорда.
Не все земли были покорены в Южном Синано. На удаленном севере, близ границы с Южной и Северной Синаной был расположен замок Сига. Этот замок принадлежал человеку по имени Касахара Киесиге. Но в отличие от других кланов, воинов под его началам едва набирало шестьсот человек.
Харуна повелела Итагаки провести переговоры с Киесиге, тот должен был отдать замок и примкнуть в наш клан по хорошему… Все присутствующие видели признаки неудачи в переговорах.
— Ну и хорошо, как раз посмотрим, чему научились наши воины, — простодушно объявил Нобуфуса.
— Но ведь господину Канске не по нраву война, — вмешалась Миса.
— Что?! Да ты знаешь сколько людей полегло из-за стратегии Канске?! Не то, что я хочу показать тебя кровожадным, друг Канске, но ты лучший стратег, которого я видел. И будь я проклят, если мы не воспользуемся твоим талантом!
Нобуфуса рассмеялся от души, весело было и Найте с Косаке.
— Миса, я ведь учил тебя не вмешиваться в разговоры мужчин!
Бедная девушка поникла под разгневанным взором старшего брата.
— Хватит! В моем доме Миса будет вести себя как хочет.
Масакаге конечно был ее родным братом и имел определенные права, но все-таки он был моим гостем и должен был уважать мои законы. Так что парень ничего не ответил. Как только девушка решилась поднять взор, я подмигнул ей. Даже мои соратники не видели мою душу, то, чего я и хотел, и сторонился. Что же спрашивать от простой девушки?!
После этой мысли мне вдруг в голову пришла еще одна идея, что лишь Харуна видела меня таким, какой я есть…
— Господин Канске! Господин Канске!
С улицы донеслись голоса, на что ответил Нобуфуса:
— Тода! Ген! Мы внутри…
Войдя и найдя нас за столом, эти два сержанта поклонились и выпалили на одном дыхании. Дышали они тяжело, из-за чего я заключил, что случилось что-то важное.
— Господин Канске, наш Лорд велела собрать войско для усмирения замка Сига. Касахара Киесиге отверг предложение и выбрал смерть!
