Некроманты традиционно уделяют повышенное внимание качеству материала, по этой причине предпочитают тех, кто при жизни обладали приличными параметрами. Например, тех самых зажиточных граждан. Хотя, возможно, ты прав, Гедар, и это одна шайка. Но меня удивляет то, что ты в столь непростой ситуации выкроил время для поисков тайной тёмной организации. Как ты вообще додумался устроить расследование в такой момент?
— Император, я тут уже не первый день работаю и понемногу начал обзаводиться собственной агентурой. Вот через неё и получил сведения о каких-то непонятных тёмных делах, что творятся в столице. И это при том, что в Мудавии некромантия запрещена.
— Да, — подтвердил император. — Как и многие другие запреты в Мудавии, этот соблюдается неудовлетворительно, но случаются и аресты, и казни. Нам приходится следить за тем, чтобы не отправлять в корпус благородных лиц из тех кланов, где традиционно практикуют некромантию. Получается, ты где-то под землёй отыскал склад ворованных тел?
— Не только склад. Там были некроманты и просто безумное количество низовых умертвий. Настолько безумное, что мы оттуда еле ноги унесли.
— Но ничего, что похоже на тех якобы некрохимер, не встретили?
— Да, ничего похожего, обычные поделки начинающих тёмных. Удивило лишь их количество. Неприятно удивило. И ещё они были очень быстрыми. Гораздо быстрее обычных низовых умертвий. Простите за некоторый сумбур, я ещё в себя не пришёл после столкновения с ними. Та грязь, что сейчас на мне, она как раз из того подземелья.
— Гедар, подготовь подробный доклад, и позже я его заслушаю. Мы обеспокоены активностью тайных тёмных сообществ, и будем думать над тем, что ты поведал. Но именно сейчас тебе следует всецело сосредоточиться на проблеме Тхата. Возвращать, как правило, тяжелее, чем удерживать за собой, поэтому ты должен приложить все усилия, чтобы защитить Мудавию. Отбивать её, действуя через пустоши, будет очень непросто даже с большими силами, а уж с малыми это почти невыполнимая задача.
— Да, мой император, я буду стараться.
— Гедар, я оставлю тебя с Аммо Раллесом. В твоё отсутствие мы с ним обсудили кризис власти, и тебе следует выслушать некоторые новости по этому поводу, а также пообщаться кое с кем. Надеюсь, свежая информация поможет тебе продержаться против Тхата до подхода подкреплений. На этом всё, уводите Гласа.
Увести, разумеется, не получилось. Голос императора после прерывания сеанса связи терял сознание на продолжительный срок. Иногда до десяти часов и даже чуть более валялся, ни на что не реагируя. Но Аммо Раллесс это знал, и за дверью Гласа дожидались слуги с носилками.
Дождавшись, когда они унесут наш «телефон», глава миссии заговорщицки произнёс:
— Настало время пообщаться с нашим старым знакомым. Господин первый советник, прошу вас.
Неприметная дверь в дальней части зала отворилась, на порог шагнул высокий мужчина в чёрном плаще с глубоким капюшоном. Но моё зрение эта несложная маскировка не обманула.
Я кивнул:
— Советник Пробр, давно не виделись.
Тот тоже кивнул:
— Господин десница, приветствую вас.
Аммо Раллес широко улыбнулся:
— Господин Гедар, а вы сейчас не особо удивились.
— Скажу вам больше, я вообще не удивился. Меня сегодня надолго удивляться разучили. И да, не понимаю пока, что здесь происходит, но на всякий случай напомню, что первый советник Пробр, вроде как, преступник. Следовательно, мы, как верные союзники, должны немедленно его арестовать и передать властям Мудавии.
— Я весь в вашей власти, — спокойно заметил на это Пробр.
Глава миссии указал ему на стул, освободившийся после «выноса» Гласа:
— Присядьте, господин первый советник. И не принимайте слова десницы всерьёз, он сегодня не в духе. Итак, господин Гедар, вы, наверное, понимаете, что мы сейчас общаемся с господином Пробром не сами по себе, а с высочайшего соизволения. И должен поведать вам кое-что, чтобы коротко ввести в курс дела. Первое, что вам следует знать: наш император полагает, что должность Первого Друга народа должна достаться господину первому советнику. И произойти это должно как можно скорее. То, что он считается преступником не должно нас никоим образом волновать. Второе: Первый друг народа, господин Ицхим, фактически, уже народу не друг. Это если речь идёт о народе Мудавии. Говоря яснее, он продался Тхату с потрохами за обещание оставить его после оккупации при власти. Решил, что Рава битая карта и сделал ставку на южан. Третье: приглашение вас во дворец — ловушка. Враги хотят обезглавить вооружённые силы одним коварным ударом. Вот и всё, если коротко. А теперь мы с господином Пробром готовы ответить на все те вопросы, которые сейчас возникают в вашей голове. Итак?
— Почему от господина первого советника землёй попахивает?
Такого вопроса от меня не ждали. Аммо Раллес замешкался, и ответил быстро сориентировавшийся Пробр:
— Мне нежелательно показываться на глаза, за миссией наблюдают люди Ицхима. Пришлось использовать подземный ход.
— Вы хорошо знакомы с подземельями столицы? — насторожился я.
— Зачем мне с ними знакомиться? — удивился Пробр. — Я ведь не золотарь. Через этот ход меня провёл человек господина Аммо Раллеса.
Толстяк кивнул:
— Удобно, когда кого-то нежелательно доставлять в миссию обычным путём. Ещё мой предшественник озаботился устроить тайную галерею.
— Ну а вы случайно с подземельями столицы не знакомы?
— Если вы о тех тёмных делах, про которые упоминали в конце разговора, то отвечу нет. Знаю лишь, что под столицей много всякого творится, но мне это известно лишь на уровне слухов. Нам достаточно ориентироваться в тайных ходах, что ведут в подвалы миссии и выводят на поверхность где-нибудь неподалёку. Таковых, как вы понимаете, немного. В сравнении с сетью подземелий под городом это ничто.
— Ладно, вопрос закрыт. Давайте, чтобы не плодить сотни других вопросов, я коротко покажу ситуацию со своей стороны. То, как я её вижу. Итак, император полагает, что Ицхим полностью продался южанам, и его надо срочно менять на господина Пробра. И сделать это необходимо быстро. Господин Аммо Раллесс, я так понимаю, приглашение во дворец упомянуто не просто так?
— Вы абсолютно верно всё понимаете.
Я кивнул:
— Предполагаю, именно во время этого мероприятия и должна произойти если не смена власти, то некоторые события, после которых такая смена должна стать неизбежной. Это я тоже правильно понял?
— Да, — кивнул Пробр. — Я считаю, что Ицхим и его свора должны понести наказание за предательство. В этом вопросе ваш великий император со мной полностью согласен. Полагаю, судилище и казнь всё усложнят,
