Читаем без скачивания След Бешенного - Виктор Доценко

Первое время ребята Ростовского, как и положено, приглядывали за новичком. Булдеев поселился вместе со Щербатым, но Степан никуда, кроме как на задания, не ходил, никогда и никому по телефону не звонил, не курил, алкоголем не увлекался, а все свободное время посвящал чтению книг по восточной философии.

Булдеев был скромен, непритязателен, молчалив, исполнителен и пунктуален, однако никогда никакой инициативы не проявлял - просто хорошо делал только ту работу, что ему поручалась.

Ростовский держал его за человека, который, хотя звезд с неба не хватает и "пороха не выдумает", но надежен и верен. Основания для этого вывода у Андрея имелись: во-первых, поведение самого Степана, которое внушало доверие. Во-вторых осторожный Ростовский на всякий случай позвонил своему московскому приятелю, который не только хорошо знал Вована Иркутского, но и провел с ним несколько серьезных операций в Москве.

Тот приятель подтвердил, что Вован действительно собирался уехать, и скорее всего, уже уехал из России - у него был хороший дом под Прагой, куда он давно хотел перебраться. А на вопрос о Булдееве ответил, что Степан много лет был правой рукой Вована и очень часто выполнял по его поручению важные задания. Почему не взял с собой? Мало ли, какие у него были резоны. Может быть, поручил ему следить за тем, что происходит в России. Такой ответ Ростовского вполне устроил.

Ни этот приятель, ни тем более сам Ростовский и понятия не имели о том, что обезображенные трупы Вована Иркутского и его верного Степана Булдеева благополучно покоятся в бездонных болотах под Сургутом...

- Это надо же: наш молчун заговорил! - удивился Валька-Стилет.

Валька-Стилет был личностью уникальной. Казалось, он всегда и обо всем узнает первым. С виду он напоминал настоящего медведя и, как казалось со стороны, был весьма неповоротливым, причем от самой матушки-природы. Но это только казалось: в случае опасной ситуации он становился таким юрким, словно и не было в нем ста двадцати килограммов веса.

Свою кличку Валька получил за откровенно маниакальную любовь к холодному оружию. Каких только ножей в его уникальной коллекции не было, но более всего Валька обожал испанский стилет, привезенный по случаю Ростовским из Испании и подаренный ему на день рождения. С этим подарком Валька-Стилет не расставался ни на минуту. Похоже, он даже спал, пряча стилет под подушкой.

Валька-Стилет был очень любопытным от природы, и очень часто именно его любопытство помогало избежать лишних неприятностей. Ему было немногим за тридцать. В детстве он покуривал анашу, но это было именно детское баловство: с десяти до шестнадцати лет. Он так и не успел послужить в армии, залетев на три года лишения свободы в колонию общего режима.

Срок получил за несколько месяцев до призыва, по сто сорок четвертой, то есть за тайное хищение. Как-то ночью им с приятелями захотелось добраться водочкой: выпитого мало показалось. Вскрыли коммерческий ларек и прямо в нем начали "догоняться". "Надогонялись" до того, что их не могли разбудить даже увесистые тумаки пришедших утром хозяев ларька. Вызванные теми менты так и покидали их штабелями в милицейский "газик".

Валька-Стилет не только был физически очень силен, но и хваткой отличался просто бульдожьей - никто не мог вырваться из его рук. Была у него еще одна особенность: здоровенный нос на круглой физиономии. Из-за этого носа и кличку ему с детства припаяли - Валька-Нос. Эта кличка ему очень не нравилась, а когда кто-то еще и бросал в сердцах: "Не суй свой нос, куда не следует!" Валька тут же кидался в драку.

После возвращения из мест лишения свободы, когда бывшие друзья встретили неожиданно раздобревшего своего приятеля, никто уже, даже в шутку, не вспоминал его детское прозвище, и постепенно к нему прилипло более подходящее для него погоняло: Валька-Стилет.

- Почему ты так уверен, что эту версию нельзя отбрасывать? - насторожился Ростовский.

- Почему? - Степан недоуменно пожал плечами. - Интуиция мне подсказывает.

- Ну, коль интуиция, тогда конечно, - не без сарказма заметил Валька-Стилет.

- Ладно, Стилет, не ерничай: вдруг Степан прав? - авторитетно сказал Митрич.

Валька-Стилет явно остался при своем мнении, но возражать уважаемому человеку не посмел.

- То-то и оно, - вздохнул Митрич.

- Короче, ты, Стилет, прояви свое любопытство, - сказал Ростовский, поспрашай, где сможешь и как можешь только ты, поприслушивайся где можно и где нельзя, короче, авось надыбаешь что...

- Понял, братела! - понимающе улыбнулся Валька-Стилет.

- А ты, Павка-Резаный, продолжишь разрабатывать этих гадов! К тебе подключится Щербатый и по надобности - Валька-Стилет. Как, Стилет, не перетрудишься?

- О чем ты, братела, я и сам хотел попросить тебя подключить меня к пацанам, - отозвался тот.

- Только смотрите, братишки, действуйте как можно внимательнее и осторожнее! Чуть что - сразу звоните мне, в любое время дня и ночи. Ростовский внимательно посмотрел на каждого из них. - У всех есть связь?

- У меня пейджер есть, а у Павки и Вальки - мобильники, - ответил Щербатый.

- Сергей, выдели Щербатому один из мобильников из наших запасных и скажи мне его номер.

- Хорошо, братишка!

- Сами решите, кто первым пойдет дежурить, а остальные оставайтесь помянем братанов наших, - распорядился Ростовский.

- Так я и пойду: моя очередь была, - твердо заявил Щербатый, вставая из-за стола.

- Правильное решение! - одобрил Митрич. - Настоящий пацан!

- Идем, дам тебе мобильник, - сказал Сергей...

- На какой машине поедешь? - спросил Ростовский.

- У меня одна машина - "Вольво", - сообщил Щербатый.

- У кого попроще есть?

- Пусть мою старую "Ауди" возьмет, - предложил Ник, - я сегодня на ней сюда приехал: "БМВ" пришлось отдать в автосервис, четвертая передача что-то барахлит. Подойдет?

- Более чем! - кивнул Ростовский, думая о чем-то своем.

Лучше бы Ник отдал свою "БМВ": это хотя бы на время запутало Аркана...

XXXIII

Вспыхнет ли война криминала?

Ростовский даже не представлял себе, насколько он был близок к истине, говоря подполковнику с Петровки, что ни очевидцев убийства его ребят, ни места их погибели не найдут...

После того как Толика и Колю-Ватника расстреляли в клубном ресторане, Аркан приказал дождаться ночи, погрузить тела в их собственную машину, вывезти как можно дальше от Домодедова, облить машину бензином и сжечь дотла...

Это был не первый случай, когда Аркан подобным образом прятал концы в огне. Именно так он поступил с бывшим хозяином ресторана, владельцем которого сам и стал впоследствии. Собственно говоря, как раз с этого владельца и начались кровавые дела Аркана и его друзей в Москве.

На этот ресторан их навел милицейский наставник Аркана, полковник Громыхайло. Он и посоветовал, не привлекая внимания, прибрать его под себя, а он поможет получить документы на приобретение, то есть легализует собственность.

Аркан понимал своего шефа с полуслова: сказано, не привлекая внимания, значит, так и будет сделано. Первым делом он, вместе со своими верными приятелями Лехой-Хохлом и Семой-Карой просто нанесли "визит вежливости" самому хозяину ресторана, некоему Семену Балуеву, якобы чтобы предложить ему партнерство.

На этот ресторан, прославившийся сауной, которую облюбовали для своих встреч криминальные круги, давно точили зуб ментовские боссы с Петровки, но никакие неожиданные проверки и обыски не давали реальных результатов.

Резонно начали поговаривать, что хозяин сауны, Семен Балуев - бывший афганец, не так давно вернувшийся из мест заключения, где сидел за разбой, не только слишком быстро заслужил авторитет среди домодедовской преступной группировки, но и заручился ментовской поддержкой. Именно последнее обстоятельство, по вполне очевидным мотивам, устраивало криминальных авторитетов. И скорее всего не без их участия Семен Балуев без волокиты получил возможность арендовать полуподвальное помещение, в котором он, вложив невесть откуда взявшиеся деньги, соорудил прилично обставленный ресторан и сауну с баром, где иногда появлялись даже милицейские чины из городского отдела внутренних дел Домодедова.

По мнению сотрудников Петровки, именно эти деятели, завязанные напрямую с Семеном Балуевым, и предупреждали его о готовящихся проверках и обысках, но это были всего лишь догадки, а их к делу не подошьешь. Тогда-то полковник Громыхайло и решил выпустить на сцену созданных им монстров...

Однако на предложение Аркана о партнерстве Семен ответил с недвусмысленной наглостью:

"А не пошли бы вы, ребята, пока ветер попутный! Если, конечно, не хотите горбы себе заработать!"

Аркан мгновенно сменил тактику, тут же ласково улыбнулся и, вытащив из дипломата бутылку французского коньяка, льстиво предложил:

- Не хочешь, Сема, не надо: ты хозяин - тебе и решать! Мы-то думали, так лучше будет. А потому предлагаю выпить за крепких афганцев, которых никто и никогда не согнет! - с пафосом сказал Аркан, а его приятели дружно закивали.