боятся вас!». Сказав это, Янь Пэйвэй перепрыгнул через забор и побежал в сторону гвардейца сыскной службы. Никто не сумел остановить его! Не видя ничего перед собой, народ хватал гвардейцев и избивал их. В суматохе они повалили нескольких из них на землю и стали забивать ногами. Оставшиеся из сыскной службы развернулись и побежали прочь, а увидев, что за ними погнались, начали перепрыгивать через стены и забираться на деревья. Некоторые умоляли: «Я не хотел сюда приходить, меня привели обманом!».
В это время прибыли правительственные войска, чтобы подавить восстание силой. Мао Илу воспрянул духом и, вскочив на ноги, громко выругался. Его вид разозлил народ еще больше, он кричал: «Посмотрите-ка на порядочность этого паршивого чиновника, бейте его!». С криком все помчались в его сторону. Только тут Мао Илу осознал, что потерял контроль над людьми, поэтому, повернувшись, побежал прочь. Увидев недалеко туалет, он спрятался в нем. В это время один из солдат направил оружие на толпу людей и приготовился стрелять. Толпа продвинулась вперед, окружила его, чтобы избить. Офицеры позади все еще действовали согласно приказу. Они хлестали солдат плетками, чтобы стабилизировать ситуацию. Вышли несколько гражданских чиновников, чтобы успокоить людей, и только после этого толпа разошлась. Чиновники посоветовали Чжоу Шуньчану пойти домой и отдохнуть, но он не хотел, чтобы пострадали простые люди, поэтому остался с властями.
На этом все не закончилось. На другом берегу реки снова началась драка. Оказалось, что группа гвардейцев отправилась в Чжэцзян для проведения арестов. Они проплывали на лодке мимо Сучжоу и решили сойти на берег, чтобы купить еды и вина. Они не только не заплатили, но еще и принялись ругаться. Народ и без того был разгорячен, а увидев такое наглое поведение, попросту окружил их и пустил в ход кулаки. Гвардейцев было мало, кругом одни противники, им только и оставалось, что бежать обратно к лодке. Народ погнался за ними, а настигнув, выбросил все их вещи в реку. Кто-то закричал во все горло: «Сожгите лодку, посмотрим, как они будут арестовывать людей!». Через какое-то время лодку и впрямь подожгли. Гвардейцам сыскной службы негде было спрятаться, поэтому все они прыгнули в воду и только так спаслись.
Народ схватил чиновников сыскной службы и принялся избивать их
Раньше люди сыскной службы везде были подобны князям-гегемонам, никто не смел связываться с ними. На этот же раз они испытали на себе силу народа. Вернувшись в столицу, они рассказали обо всем Вэй Чжунсяню. Евнух был до смерти напуган этими новостями. Оказалось, что на этот раз шпионов сыскной службы избили не только в Сучжоу: в других местах им досталось не меньше. Хоть в душе он и сомневался, но все же твердо произнес: «Скорее пошлите больше людей, поймайте этих смутьянов и убейте!». Подчиненные запротестовали: «Мы не посмеем снова пойти туда, уж очень крут нрав у людей в Сучжоу!». Вэй Чжунсянь ответил: «Тогда пусть Мао Илу арестует их!».
Когда Мао Илу получил приказ, то сразу же издал объявление об арестах. Пять лидеров: Янь Пэйвэй, Ян Няньжу, Ма Цзе, Шэнь Ян и Чжоу Вэньюань, чтобы не впутывать простых людей, решили добровольно явиться в суд. Кроме Чжоу Вэньюаня, который был носильщиком паланкина у Чжоу Шуньчана, остальные четверо никогда не были знакомы с ним. Но они не пожалели о своем решении, так как верили, что борются за справедливость. Перед казнью они обругали Мао Илу и, даже умирая, улыбались. Жители Сучжоу очень почитали их, поэтому решили похоронить их тела в гробах. Кроме Гао Паньлуна, который покончил с собой, утопившись в реке, Чжоу Шуньчан и вся «семерка» оппозиционеров подверглась жестоким пыткам в тюрьме, после которых никто из них не выжил.
Глубоко в душе Вэй Чжунсянь понимал, что он всего-лишь евнух, и людей, которые действительно уважали его было совсем не много. Особенно его не любил простой народ. Если бы он только знал, как они ругали его за спиной! Он приказал своим подчиненным днем и ночью патрулировать улицы, хватать всех, кто шушукается, а потом уже разбираться. Таким образом, в Пекине образовались целые группы разнообразных шпионов и люди никак не могли защититься от них. Однажды поздней ночью четверо мужчин дома пили вино. Один из них выпил слишком много и высказал все, что было на душе, а именно, что жизнь стала совсем невыносимой с евнухом у власти. Все трое замахали руками и велели ему замолчать. Кто бы мог подумать, что на улице их уже подслушал шпион сыскной службы. Не успели они договорить, как шпион, толкнув дверь, вошел в комнату и арестовал того мужчину. Вэй Чжунсянь узнал об этом и тут же приказал казнить его четвертованием. Шпионы сыскной службы орудовали по всей стране, больше всего от них страдал простой народ.
В то время влияние Вэй Чжунсяня было настолько велико, что он буквально находился «в одном шаге» от императора. Все больше людей кричали ему: «Да здравствует правитель!», а также в его честь одна за другой устанавливались статуи. Кто-то даже предложил поставить его ритуальную табличку рядом с табличкой Конфуция. Мин Сицзун совсем потерял остатки разума и провозгласил Вэй Чжунсяня «милостивым государем», а его малолетним племянникам пожаловал титулы и содержание. Вэй Чжунсянь был на седьмом небе от счастья. Казалось, его служба старшим дворцовым евнухом прошла не зря. Он никак не мог предположить, что, добравшись до вершины, рано или поздно придется упасть.
Мин Сицзун не только увлекался плотницким делом, но еще и любил развлекаться. Однажды, плавая на лодке и развлекаясь на озере Сиюань, он по невнимательности упал в воду и простудился. Лекарства не только не помогали, но еще и вызвали отек всего тела. Он знал, что обречен, к тому же у него не было наследника. Произнося предсмертные слова, он приказал младшему брату Чжу Юцзяню занять его место, после чего испустил последний вздох. Ему было всего лишь 23 года. В результате Вэй Чжунсянь лишился опоры. Он знал, что без Мин Сицзуна он ничего из себя не представляет. Его глаза распухли от слез и стали похожи на гнилые персики. Некоторые чиновники в душе были рады ранней смерти императора. Ведь если бы он прожил еще несколько десятков лет, кто знает сколько бы еще злодеяний совершил евнух.
В 1627 году Чжу Юцзянь взошел на трон, став императором Мин Сыцзун (также известен как Ицзун), и правил под девизом Чунчжэнь. Новый император сразу невзлюбил Вэй Чжунсяня, поэтому
