Читаем без скачивания Восемь знамен - Алан Саваж

Император чуть повернул голову, и один из евнухов с низким поклоном пояснил:

— Это безжизненный остров в нескольких милях к северу от Кантонского залива.

— Сколько таких островов у берегов Китая и в заливах на моем побережье?

— Больше тысячи, повелитель.

— Что для меня какой-то голый островок, Баррингтон? Несомненно они хотят большего.

Мартин не верил своим ушам.

— Они требуют также права беспрепятственной торговли в пяти портах. Они назвали Кантон, Фучжоу, Амой, Нинбо и Шанхай. Через них они хотят ввозить массу товаров. Это окажет сильнейшее воздействие на жизнь вашего народа.

— Но эта страна, откуда эти варвары, до нее же невесть сколько ли?

— Действительно, ваше величество, она на другом конце земли. Но у варваров много людей и кораблей в Индии.

— Однако и до Индии отсюда много ли, — напомнил император. — Навряд ли живущие в такой дали люди могут доставить в Китай столько товаров, чтобы нанести ущерб моей империи.

— Если говорить о варварах, то это самые хваткие и жадные люди на земле. Если вы уступите им одно ли вашей территории, они захотят получить два, а получив два, потребуют четыре.

Стоявший рядом на коленях принц Хуэй снова зашипел, негодуя на какого-то выскочку, посмевшего спорить с императором. Но голос Даогуана звучал так же ровно.

— Это все, чего они хотят?

— Есть еще одно, последнее требование, ваше величество. Они хотят голову уполномоченного Линя.

— Он значительно превысил данные ему права.

Мартину не нравился Линь, но в конце концов тот просто выполнял приказ так, как он его понимал.

— Подобно мне Линь поступал так, как считал должным.

Снова раздалось осуждающее шиканье принца Хуэя. Однако император улыбнулся.

— Мы это обдумаем. Но скажите мне, что вы ждете от меня?

— Ваше величество, этим людям нужно дать сражение и гнать их с такой решительностью, чтобы они на много лет забыли сюда дорогу.

— Однако по вашим же словам, Баррингтон, это совсем непростое дело. Это будет стоить многих жизней и многих таэлей.

— Но и спасет многие жизни в конечном счете. Несколько мгновений император изучающе разглядывал Мартина и наконец сказал:

— Я верю вам. Я верю в вашу честность и мужество. Я верю, что вы изо всех сил сражались с варварами. Я вознаграждаю храбрость и преданность. — Он поднял руку, и евнух поспешил к нему с подносом, на котором лежали сверкающие броши. — Подойдите, сюда, Баррингтон, — велел император.

Изумленный Мартин оглянулся на принца Хуэя, тот быстро кивнул. Баррингтон пополз на коленях, пока не оказался перед императором на расстоянии вытянутой руки.

Даогуан взял брошь и прикрепил ему на грудь.

— Я награждаю вас этой сапфировой брошью чиновника третьего ранга и жалую соответствующим этому рангу военным знаком — «леопардом». Но кроме того, за ваши заслуги перед династией… — Он снова поднял руку, и другой евнух выступил вперед, держа в руках желтое шелковое одеяние. — Я дарую вам охотничью куртку Цинов как свидетельство того, что вы снискали милость Сына Небес.

— Я… я благодарю ваше величество, — запинаясь, проговорил Мартин.

— Теперь ступайте. Я сообщу вам о моем решении после того, как все обдумаю.

Пятясь, Мартин также на коленях покинул зал.

— Ты был на аудиенции у Сына Небес! — Чуньу охватил благоговейный трепет. — И теперь ты чиновник третьего ранга. — Она обняла и поцеловала Мартина. — Расскажи мне про него, Баррингтон. Расскажи мне о его величии, о его могуществе.

— И того и другого он явил мне совсем немного, — отбивался Мартин. — Поживем — увидим.

Уже смеркалось, когда Мартина снова вызвали в зал приемов и он снова предстал перед принцем Хуэем, Хо Сэньфу и еще одним чиновником, которого прежде не видел. Судя по крепкому сложению и густым усам, это был маньчжур. Мартин украдкой взглянул на занавеску — кто знает, вдруг за ней опять сидит Сын Небес и прислушивается к разговору?

— Его величество принял решение, — сказал принц. — Вы немедленно возвращаетесь в Нанкин, Баррингтон. С вами едут Хо Сэньфу, а также, — он посмотрел на сидящего справа, — специальный императорский уполномоченный Динчжэн. Там вы встретитесь с генералом варваров и дадите согласие на их требования, но с одним исключением: уполномоченный Линь Цзэху не будет им выдан. Если он заслуживает наказания за чрезмерное, рвение, то оно будет применено к нему по указу Сына Небес. А сейчас идите. Вам надо спешить.

Мартин проглотил комок в горле и снова украдкой взглянул на занавеску.

— Если мне позволят обратиться к его величеству…

— Вы полагаете, его величеству нечем больше заняться, кроме как бесконечно вас выслушивать? Я дал вам указания. Займитесь их выполнением. Сделайте все как надо, пресеките наскоки этих варваров, и торговые привилегии Дома Баррингтонов будут закреплены до скончания веков.

Динчжэн и Хо Сэньфу вышли вместе с Мартином.

— Выезжаем тотчас, — сказал Динчжэн.

— Вы так спешите капитулировать? — спросил Мартин. — Боюсь, его величество получил неверный совет. Надо было вступить в сражение и разгромить англичан.

— Слишком поздно, — ответил Динчжэн. — Сегодня утром пришло известие, что их корабли вошли в Янцзы и пробились вверх по реке.

— Как далеко? — Мартин был ошарашен.

— Они вступили в бой с артиллерийскими батареями в Цзянъине и подавили их, затем прошли мимо Циньцзяна. Прибывший утром гонец сообщил, что варвары уже обстреливают Нанкин.

Мартин не дал своей команде ни минуты отдыха, днем и ночью без остановки сампан спускался вниз по каналу. Бомбардируют Нанкин! Его семья под обстрелом! Отцу-то не привыкать, но его любимая, Джейн…

— Если она погибнет, тебе не на ком больше будет жениться, — небрежно заметила Чуньу.

Восемь суток спустя после отъезда из Пекина они достигли реки и увидели, что выход из Великого канала сторожат два британских фрегата: они напрочь пресекли движение судов как по Янцзы, так и собственно по каналу. Мартину донесли об этом знаменные на берегу и шкиперы сампанов, которых уже завернули обратно. Тем самым Хок показывал, что не замедлит осуществить свои угрозы и свести на нет китайскую, торговлю по воде — эффективнее даже, чем это сделали тридцать лет назад Роберт Баррингтон и Чжэн И Сао.

Мартин поднял белый флаг. После того как он назвал себя и заявил о цели своего путешествия, ему разрешили следовать дальше.

На реке у Нанкина стояли три линейных корабля и три фрегата, а также несколько транспортников. На северном берегу напротив города высадились войска и разбили там палаточный лагерь. Позже Мартин узнал, что три других линейных корабля были посланы к устью реки с целью предотвращения блокады с моря, которую мог предпринять китайский флот.

Весла несли сампан вверх против течения, а Мартин пожирал глазами город. Заметных разрушений не было, зато сильно поредело плавучее предместье из стоящих у берега сампанов, которое раньше растягивалось чуть ли не на полмили. С первого взгляда не пострадал вроде бы и принадлежащий Дому огромный склад, но странное дело — флага, который обычно развевался над ним, теперь не оказалось на месте. Мартин направил свой сампан к флагману Британской эскадры.

— Ну, Баррингтон, — спросил Хок, — с миром или с войной?

— Сын Небес выбрал мир, сэр Хью. Поскольку, как он сказал мне, произведенные внешними варварами разрушения для маньчжурской империи — это не более чем булавочные уколы.

Хок молча воззрился на Мартина, а Эллиот изо всех сил старался сдержать улыбку.

— Идемте вниз, мистер Баррингтон, — пригласил адмирал.

Мартин представил Динчжэна и Хо Сэньфу, которые поднялись на борт вместе с ним, однако Хок почти не обращал на них внимания.

— Значит, говорите, ваш император согласен на наши требования? — спросил генерал, когда все уселись за стол.

— За одним исключением. Его величество не выдаст вам уполномоченного Линя. Если уполномоченный заслуживает наказания за чрезмерное рвение, то это дело маньчжуров.

— Я предупреждал вас, что переговоров не будет, — сказал Хок. — Мои требования можно либо принять целиком, либо отвергнуть.

— Конечно, вам решать, — ответил Мартин.

Хо Сэньфу обеспокоенно заерзал, Динчжэн принял озадаченный вид.

Эллиот откашлялся.

— Собственно говоря, сэр Хью, мы получили именно то, за чем пришли. Если Баррингтон заверит нас, что с этим человеком, Линем, соответствующим образом разберутся, то я рекомендовал бы подписать договор.

— Черт побери! — воскликнул Хок. — Хорошо, Баррингтон, вы можете дать нам такое заверение?

Мартин обещал: он знал, что Линь понесет наказание, пусть даже это будет всего-навсего денежный штраф.