— Какой эксперимент?
— Я не знал, согласится ли она пренебречь обычаями и традициями, глубоко заложенными в неё с самого раннего детства. Жизнь на Солярии была для неё адом. Однако она могла и не суметь расстаться с этим привычным для неё адом. Но она поступила иначе. Она заставила себя покинуть негодный солярианский мир и искать новые пути в жизни. Для меня её решение было символичным. Мне казалось, оно открыло врата спасения и для всех нас.
— Для нас? — воскликнул Минним. — Что за чертовщину вы несёте?
— Я не имею в виду себя или вас, сэр, — серьёзно ответил Бейли. — Я имею в виду человечество в целом. Поймите, сэр, что существует ещё один мир, напоминающий Солярию, и этот мир — наша Земля.
— Что вы хотите этим сказать?
— То, что я сказал, сэр, — с воодушевлением продолжал Бейли. — Наша планета — это Солярия наизнанку. Обитатели Солярии дошли до состояния полной изолированности друг от друга. Мы — в полной изолированности от других Внешних Миров. Они замкнулись в своих пустых огромных поместьях. Мы — заперлись в своих подземных городах. Мы, — кулаки Бейли были сжаты, глаза сверкали, — в тупике!
На лице государственного секретаря было глубокое неодобрение.
— Инспектор Бейли, вы устали и измучены. Вы нуждаетесь в отдыхе. И вы получите месяц отдыха с полным сохранением содержания. После отпуска вас ждёт повышение по службе. Я думаю, что вы можете твёрдо рассчитывать на перевод вас в класс С-9.
— Благодарю вас, сэр, но это не то, чего я хочу. Я хочу, чтобы вы выслушали меня до конца. Для нас существует только один выход из тупика. Это выход наружу, в открытое пространство. Ведь, в конце концов, наши предки были первыми, кто заселил Внешние Миры.
— Да, всё это так, но, боюсь, что наше время прошло.
Бейли чувствовал нетерпение своего собеседника и его желание избавиться от тягостного разговора. Тем не менее он упрямо продолжал:
— Спасаясь от могущественных космонитов, покоривших Внешние Миры, мы запрятались глубоко под Землю. Они стали властелинами, а мы — червями. Они развивали технику, а мы уходили все глубже в недра земли. Разве это не так? В конце концов мы придём к полной деградации. Мы не должны чувствовать себя стоящими ниже космонитов. Наоборот, мы должны соревноваться с ними, следовать за ними в том, в чём они сильны, и научиться противостоять им, если понадобится. А для этого прежде всего следует выйти в открытое пространство. Если мы не сможем сделать этого сами, мы обязаны научить наших детей жить по-новому. Это жизненно необходимо, помните, сэр.
— Вы, безусловно, нуждаетесь в отдыхе, мой друг.
— Выслушайте меня, сэр! — неистово закричал Бейли. — Если всё будет продолжаться так, как сейчас, могущественные космониты уничтожат нас в течение одного столетия. Поймите это, сэр.
— Но…
— Я ещё не кончил, сэр. Нельзя вечно обманывать землян иллюзиями. Больше так жить нельзя. Или мы выйдем на широкие просторы, к свету, к солнцу, или мы погибнем. Иного выбора для землян нет.
— Да, да, — успокаивающе закивал Минним, — возможно, вы правы. А теперь, до свидания, инспектор.
Бейли покинул государственного секретаря с чувством необычайной приподнятости. Он, конечно, не добился победы, но он и не ожидал, что она будет быстрой и лёгкой. Переубедить таких, как Альберт Минним, нелегко, для этого потребуется немало времени и сил. Но, во всяком случае, Бейли поколебал бездумную уверенность Миннима в своей непогрешимости и правоте.
«Я уверен, — думал Илайдж Бейли, — пройдёт некоторое время, и я снова отправлюсь во Внешние Миры. Ведь должны же существовать более разумные миры, чем Солярия. Ещё одно поколение, и мы, земляне, выйдем на широкие просторы Галактики».
Подземный поезд мчал Бейли домой. Скоро он увидит Джесси… Поймёт ли она его? А его сын Бентли. Ему уже семнадцать… Что станет с Землёй, когда у самого Бентли будет такой сын? Я верю, думал Бейли, на Земле найдутся миллионы таких же, как я. Когда они почуют запах свободы, они пойдут навстречу ей. Надо только указать им путь.
Поезд набирал скорость. Бейли оглянулся. Всё кругом было залито искусственным светом. Маленькие огни, силуэты домов, стальные громады фабрик, и люди, повсюду огромные толпы людей, шумящих, толкающихся, мешающих друг другу… Раньше всё это было привычно… Об этом он и мечтал на далёкой Солярии… А сейчас это казалось каким-то чужим. Он не мог найти себе места во всём этом шуме и хаосе. Странно, но что-то переменилось в нём. В огромном чреве Земли для него больше не было места. Как новорождённый не может возвратиться в утробу матери, так и Бейли не мог найти обратного входа в утробу подземных городов. Если то же самое произойдёт и с другими, Земля снова возродится и выйдет навстречу Солнцу. Сердце Бейли бешено колотилось, кровь стучала в его висках. Он поднял голову. Сквозь сталь и бетон он увидел его… огненное, манящее к себе, сияющее… Он увидел Обнажённое Солнце.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
