— Так что, интересуют легкие деньги?
— Легкие деньги всех интересуют, — я вдруг подумал, что это неплохой способ отвлечься. Мне уже эти военные самолеты стали сниться, может, хоть раз для разнообразия будет эротика? Опять же можно попытаться ее пощупать. Эммм, в смысле, прошлое прочитать.
— Тогда встречаемся в двенадцать ночи у клуба «Галерея» на Петровке, — ее голос стал деловым.
Я хмыкнул. Этот дорогой клуб-ресторан вызывающе открылся в самый разгар кризиса в 98-ом. Туда почти никого не пускают, чтобы создать искусственный ажиотаж и ауру недоступности. На некоторое время он станет главным светским местом Москвы.
— Форма одежды?
— Демократичная. Только спортивный костюм с полосками не надевай, — типа уколола.
— Окей, босс!
— Называй меня лучше по имени. Помнишь, как зовут?
— Катерпиллер?
— Хам! Впрочем, чего еще ждать от Ржевского? Запиши мой номер телефона, это личный. Определился?
— Не боишься, буду названивать ночами?
— Звони, сколько хочешь, я буду передавать трубку охране, — отключилась.
Жаль, костюма с полосками нет, а то бы надел. Надо будет посетить тот подвальчик, прикупить новинок со спортивным костюмом.
* * *
Опять я в фирме и в том легком пальто от армани мерзну около клуба. По ночам еще минус, так что свежо. Доехал за полчаса на метро, в двенадцать уже был на углу Петровки и Страстного бульвара и стал наблюдать за медленно тянущейся пробкой из длинных мерсов в сопровождении джипов охраны. Я стал подмерзать и злиться. Это, наверное, тонкая месть за грубость — позвать на свидание, поманив деньгами, и не приехать. Если через пять минут не приедет, ухожу! Через четыре минуты у входа в клуб остановился наглухо затонированный черный гелик, откуда выпорхнула Наталья все в той же соболиной шубке. Только на ногах вместо колготок джинсы в облипку. На голове сложносочиненная прическа и вечерний макияж. Все, как обычно, стильно и дорого — стопроцентное внимание мужчин и зависть женщин обеспечены. Она придирчиво оценила мой прикид и одобрительно кивнула:
— Готов?
— А ты извиниться за опоздание не хочешь?
— Не будь занудой! В Аргентине, например, приезжать вовремя даже на деловые встречи считается дурным тоном! Руку подай!
Вот нахалка! И смотрит, как ни в чем ни бывало! Оттопырил локоть, за который она сразу ухватилась. Мазнул взглядом по стоящему около гелика знакомому телохранителю и шагнул к дверям. Охранники у входа в клуб с гарнитурами в ушах отодвинули важного мужика с телкой, пытающегося кому-то дозвониться, и пропустили нас. Швейцар в холле с достоинством поклонился:
— Наталья Петровна, рады вас видеть.
Она, не задумываясь, скинула ему шубку, оставшись в черном кардигане, под которым мелькнула черная же майка со стразами. Выпендрежница! И сумочка новая. Я отдал свое пальто и получил два номерка взамен. Девушка-хостес в темном облегающем платье проводила нас за столик. Тут же из темноты вынырнул официант и вручил меню.
— Зачем мы здесь? — спросил громко, перекрикивая электронную музыку. Она сидела рядом и поморщилась.
— Не ори! Лучше закажи себе что-нибудь. Я угощаю!
Я демонстративно отложил меню и стал давить взглядом. Она кинула на меня быстрый взгляд и снизошла:
— Деловая встреча.
Подошел официант. Я отрицательно махнул головой, и он склонился у Натальи.
— Мне два мохито, а молодой человек вредничает, ему принесите безалкогольное пиво.
Официант забрал меню и испарился.
— Скоро буду, — встала из-за стола и пошла на выход. Тоже встал и потопал следом.
Она обернулась и приподняла бровь: — Ты и в туалет за мной пойдешь? Жди.
— Наталья, псам своим будешь так командовать! Объясни толком, что надо делать, как себя вести? Я, типа, тайно влюбленный телохранитель, или вроде двоюродного брата за компанию?
— Версия с влюбленным телохранителем мне больше нравится. Продолжай в том же духе, поручик, ты сделал первые шаги к успеху! Подожди меня, пожалуйста, за столом, — неожиданно мягко попросила, поправив у меня воротник у рубашки.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Вернулся за стол, чего уж? Ничто не стоит так дешево и не ценится так высоко, как обычная вежливость. Принесли два запотевших бокала с коктейлями и бутылочку гессера с пустым стаканом. Столики наполовину заняты, почти пустой танцпол. У бара трутся молодые парни с яркими девушками. Вроде, из рэд старз — видел их на страницах глянцевых журналов. Через пару минут вернулась спутница и принялась за свой мохито. Она явно кого-то ждала. Спустя пять минут к столу подошел энергичный полноватый мужчина кавказских кровей. Кивнув мне, представился Александром, приложился к ручке Натальи и присел за столик к ней поближе. Стали обсуждать музыку. Он экспрессивно объяснял про проблемы с джаз-кафе, перекупающих у него диджеев, она мило улыбалась и давила. В конце концов он поднял руки:
— Наталья Петровна, при всем уважении, могу уступить Колю или Олега только на один вечер первого апреля. На три дня свадьбы — не получится!
Я нахмурился и стал гипотетически прикидывать. Интересно, через сколько прибежит охрана, если взять его на удушающий? Что-то такое, видимо, промелькнуло в моих глазах — он опасливо отодвинулся от стола.
— Но, только ради вас, смогу дать диджея еще на второе число, больше — никак!
В общем, договорились на двух днях. Он опять приложился к ручке и откланялся, избегая встречаться со мной глазами, стребовав при этом с девушки обещание обязательно прийти вновь в это «скромное место».
— Молодец, помог! — похвалила меня Наталья.
— Ты бы и сама справилась, — пожал я плечами.
— Конечно! Но он такой гостеприимно-липкий, что пришлось бы здесь полночи проторчать в его компании. Я не люблю этого.
— Почему? Кому не нравятся комплименты и внимание мужчин?
— Мне не нравятся! — излишне резко отрезала она. Видать, и правда, накипело. Через некоторое время она выдохнула:
— Все смотрят на смазливую внешность и мои сиськи, — я невольно скользнул взглядом в декольте. В клубе было тепло, Наталья уже повесила свой кардиган на спинку стула и сидела в одной модной майке, плотно обтягивающей женские округлости. Ниче так двоечка — золотая середина между единичками Зины с Ксюшей и троечкой приходившей к нам Маши. — А ведь у меня еще и ум есть! — закончила она и залпом допила второй мохито.
— Вот и ты пялишься, — она обвиняюще ткнула в меня пальцем, увидев мой взгляд.
— Такая странная! Сначала подчеркиваешь одеждой, а потом ждешь игнор от окружающих? Одевала бы тогда серую хламиду, чтобы даже ног не было видно!
— Нравлюсь тебе? — она неожиданно наклонилась ко мне, вперившись в меня своими потемневшими глазами. От нее пахнуло алкоголем. А девочка, по ходу, набралась. Странно, что всего с двух бокалов.
— Что за вопросы? У тебя же парень есть, который далеко?
— Так он далеко, а я рядом, — она продолжала требовательно смотреть мне в глаза.
— Наташа, ты очень красивая, — легко озвучивать очевидное.
— А почему не говоришь комплиментов?! Ты же Ржевский! Должен блистать и охмурять!
— Натуль, не хочу быть банальным. Ты и так постоянно их слышишь. Я лучше буду брать с тебя пример — говорить правду.
— Опять начнешь меня с выдрой сравнивать? Сволочь ты, поручик, и хам! — завелась с полоборота.
— Гламурная курица!
— Придурок!
— Секретутка!
— Ах так! А ты! Ты…
— Привет! — раздалось за нашими спинами. Я оглянулся. Позади нас стояли две нарядные девушки и с любопытством меня разглядывали. Брюнетка и блондинка, длинные ноги, все в модном.
— Привет, — выдохнула Наталья и нацепила дежурную улыбку.
— А мы смотрим, ты — не ты? — продолжили на меня пялиться эти новые фифы. — Тыщу лет тебя не видели!
Наталья встала и символически расцеловалась с ними: — Недавно же виделись на восьмое марта?
— Ты так быстро уехала, что не считается. Представляешь, — обратилась ко мне брюнетка, — раз в год собираемся с однокурсниками из МГИМО, все ее только и ждали, а тут такой облом!
