— Может, хочешь уйти от меня к нему?
— Макар, — я стараюсь подобрать слова, чтобы снизить градус агрессии, — я просто…
— Ничего не просто! — орет он, вжимая педаль газа до упора. — Я вижу ты еще ничего не поняла. Это не страшно. Я объясню тебе, что значит быть моей, Ярослава.
45
Макар гонит на огромной скорости, игнорируя и светофоры, и предупреждающие сигналы других водителей.
Мне кажется, он вообще не видит дороги.
— Ты нас убьёшь, — ору я на него.
— Это ты меня просто убиваешь, Ясь — злится Макар. — Какого хрена ты устроила? Правильно я тебя запер. Теперь вообще наручниками к кровати пристегну. Посидишь так месяц — другой, может, поумнеешь немного!
— Только попробуй, Быков, — я тоже завожусь. — я тебе этого никогда не прощу! Это не я, это ты с ума сошел. Ты же чуть не убил Сашу! А, может, и убил. Зачем так звереть?
Макар бьет ладонями по рулю, и машина виляет в сторону.
— Блядь, не говори мне ничего про Сашу, хорошо? — рычит он. — Какого хрена ты поперлась к нему? Ты разве не видела, что он на тебя слюни пускал? Или на это и рассчитывала?
— Ты несешь какой-то бред.
— Бред, это видеть твое разбитое лицо и гадать, кто пытался залезть к тебе в трусы! Не лучший ли, мать вашу, друг? Нет, Яся, я посажу тебя под замок до конца твоих дней. Я вытрахаю из твоей хорошенькой головки даже мысль о том, чтобы кинуть меня.
— Ты не можешь заставлять меня жить с тобой силой!
Я так зла. Я снова почти ненавижу Макара и не хочу возвращаться в его дом. Зачем я ему позвонила? Это было глупо. Меня трясет от злости и обиды.
Нашла, называется, защитника на свою голову.
— Останови машину! — требую я. — Я хочу выйти!
— Ну все, Ярослава, — пальцы Макара на руле трясутся. — Ты сама напросилась.
Я вскрикиваю, когда Макар резко крутит руль, и машина входит в поворот на большой скорости.
Нас заносит, но Макар выравнивает автомобиль и снова до упора жмет на педаль газа.
Мы съехали с шоссе на дорогу поменьше.
Здесь нет ни фонарей, ни зданий, ни заправок.
Только темный лес по бокам от дороги.
— Куда мы едем? — мой голос дрожит от возрастающего страха.
— О, нам сюда!
Макар снова резко поворачивает руль, сворачивая на грунтовую дорогу прямо в лес.
— Отвези меня домой! — требую я.
Макар резко останавливает машину и глушит ее вместе с фарами.
Мы оказываемся в полной темноте ночного леса, и противный холодок пробегает по моему позвоночнику.
— Макар, что…
— Выходи из машины!
— Зачем?
Макар рывком открывает свою дверь и выходит сам.
Вжимаюсь в сидение, когда он обходит машину и дергает мою дверь.
Хватаюсь руками за ткань под собой, но это бесполезно.
Макар с легкостью выволакивает меня из салона.
Я спотыкаюсь и падаю на колени. Пытаюсь отползти в темноте, но грубые руки хватают меня под мышками и поднимают вверх, ставя на ноги.
— Пусти, — кричу я, отбиваясь. — Прекрати, мне это не нравится!
— А что тебе нравится, Яся? — орет на меня Макар. — может, тебе хочется обратно, на колени к Коту?
Он словно обезумел.
— Нет! — кричу я, когда Макар грубо толкает меня к своей машине.
Прижимает грудью к капоту, заставляя нагнуться. А сам вдавливается сзади бедрами в мою задницу.
— Я буду объяснять столько раз, сколько это потребуется, — хрипло рычит Макар, дергая мои джинсы вниз. — Ты моя. Ты не можешь уйти, если я не разрешил. Ты не можешь поехать на хату к другому мужику, Яся.
Сквозь джинсы чувствую твердый член, прижатый к моей заднице, и понимаю, как именно Макар собрался мне объяснять.
46
Я лежу, прижатая грудью к холодному металлу капота. Ладонь Макара давит на мою спину с такой силой, что трудно даже вдохнуть.
Вокруг так темно, что я не разглядела бы его лица, даже если бы могла на него обернуться.
Макар не двигается. Он будто замер, прижавшись ко мне.
Дышит тяжело.
Мне кажется, что его дыхание — это сейчас самый громкий звук в лесу.
Его дыхание и мои всхлипы.
Я дрожу от страха и холода. Пытаюсь морально подготовиться к тому, что сейчас случится без моего согласия.
Но Макар ничего не делает, просто держит меня, будто его поставили на паузу.
— Разреши мне, — хрипло с надрывом произносит он наконец.
— Что?
— Разреши мне трахнуть тебя! — говорит Макар.
Мне требуется время, чтобы понять, о чем он.
— Нет! — говорю твердо.
— Яся…
— Нет!
Повторяю со стальными нотками в голосе. И чувствую себя при этом укротителем в клетке с диким тигром.
— Я не разрешаю! Отпусти меня!
Еще какую-то бесконечную секунду рука Макара продолжает давить на мою спину, а потом он отпускает. Отходит на шаг назад в темноту.
Вдыхаю наконец полной грудью и легкие болезненно наполняются кислородом.
Отталкиваюсь дрожащими руками от капота и разворачиваюсь лицом к своему тигру.
Лицо Макара скрывает от меня ночь.
Он стоит здесь в темноте, совсем рядом. Застыл неподвижным сумрачным демоном, готовым сожрать мою душу, если позволить.
Но я не позволю.
Не разрешу ему утянуть нас в темноту. Нам там не место. Ни мне. Ни ему.
С неба на нас начинают падать редкие капли дождя. Одна из капель падает мне на нос. Я слышу, как начинающийся дождь тихонько стучит по машине.
Протягиваю к Макару руку. Дрожащими холодными пальцами касаюсь его мокрой щеки. Кожу колет отросшая щетина, и я наслаждаюсь этим.
Опускаю свою руку ниже и нахожу его ладонь. Пальцы Макара сжимают мои. Немного больно, но в то же время
