В истории есть примеры и того, и другого. Но в настоящее время цифровые активисты несомненно являются не ведущими, а ведомыми в этом взаимодействии. Пожалуй, впервые за всю историю, интеллектуальная и технологическая мощь в такого рода симбиозе принадлежит элитам и корпорациям.
На наших глазах из независимой, набирающей могущество, молодой силы, чем дальше, тем больше ЦА превращается в неявно управляемый и используемый инструмент. Происходит превращение движения из субъекта, в объект, а точнее инструмент, используемый определенными группами мировой элиты.
В ходе этих перемен целенаправленно формируется три взаимодействующих и взаимоувязанных отряда цифровых активистов. Это:
• хактивисты – хакеры, которые осуществляют деятельность в рамках решения политических задач. Поэтому они и называются хактивисты – хакеры + активисты. Направления хактивистской деятельности могут быть различными – от взлома баз данных и извлечения различных массивов информации, до изготовления софта для обхода различных государственных запретов и размещения текстовых, видео материалов на недоступных для государственного контроля ресурсах и т. п. Главным является то, что политические цели хактивисты достигают, используя программный код.
• гражданские активисты. Это – политические активисты, организаторы, политтехнологи, так называемые журналисты-расследователи. Они решают разные политические задачи, связанные с организацией массовых действий, мероприятий и т. п., в том числе противоречащих законам конкретной страны. Обязательным условием является то, что в своей деятельности они широко, профессионально и целенаправленно используют достижения высоких и прежде всего информационно-коммуникационных технологий. Вредным штампом является сведение деятельности гражданских активистов к различного рода «цветным революциям». «Цветные революции», чем дальше, тем больше становятся социльно-организационной технологией вчерашнего дня. Сегодня гражданские активисты берут на вооружение так называемый «Пуш». Пуш вдохновлен идеями С. Алинского, К. Ширки и К. Санстейна[134].
• цифровое сопротивление. Данная группа активистов в своей деятельности может прямо нарушать национальные законодательства, опираясь на Всеобщую декларацию прав человека. Она трактуется как документ, дающий право человеку или группе реализовывать право на самооборону против государства, если оно, по их мнению, носит тоталитарный, авторитарный или репрессивный характер.
Если первые две группы не используют насилие, как инструмент борьбы, то цифровое сопротивление специализируется на насильственных методах, как правило, нелетального характера. Цифровое сопротивление с одной стороны обеспечивает высокотехнологическую поддержку конкретным акциям против правоохранительных структур в ходе различного рода волнений и выступлений. С другой стороны цифровое сопротивление осуществляет собственные акции. Например, ими могут быть атаки на цифровую инфраструктуру, телекоммуникации, перехват управления различного рода объектами инфраструктурного, гражданского и правоохранительного характера. В отличие от хактивистов цифровое сопротивление использует программный код не для действий в киберпространстве, а для прямого, в том числе разрушительного, воздействия на физические объекты[135].
В рамках политической деятельности цифровые активисты сформировали три основных направления борьбы против главного противника – государства. Акции ЦА должны вынуждать правящие элиты, контролирующие государственную машину, выполнять последовательно предъявляемые требования ЦА. Кроме того, акции ЦА направлены на дешифровку и рассекречивание государственных решений, переход к подконтрольной и прозрачной государственной власти. При этом имеется в виду, что контроль будут осуществлять как раз цифровые активисты, а не население. В качестве своей главной задачи цифровые активисты рассматривают максимальное ограничение участия государства в общественной и частной жизни граждан во всех сферах человеческой деятельности – от экономики до культуры.
Современные информационные инструменты, в отличие от обычных, построены по клиент-серверному принципу. Все главные операции, делающие инструмент инструментом, осуществляются на сервере. Он может быть расположен сколь угодно удаленно. А сам инструмент – это клиент. Он расположен непосредственно у пользователя и воспринимается им как интерфейс компьютера, сматрфона, планшета и т. п. Клиент-серверная структура позволяет хозяевам серверов полностью контролировать и держать в подчинении всех, кто пользуется инструментами. Если они откажутся проводить политику хозяев, у них просто отключат сервер и их планшеты и смартфоны превратятся в куски металла и пластмассы. В этом смысле клиент-серверные инструменты, в отличие от обычной винтовки или ракетного комплекса, не могут перейти в собственность групп, использующих их. Контроль над сложным информационным оружием на порядки эффективнее, чем над любым другим.
ЦА предоставляются инструменты трех типов:
• различные коммуникаторы. Это шифрованные, не– и труднодоступные для правоохранительных и силовых структур, приложения, программы, сервисы. Они позволяют цифровым активистам в режиме реального времени взаимодействовать между собой, не боясь перехвата и мониторинга силовых структур.
• платформы взаимодействия. Чтобы действовать локально, а взаимодействовать глобально, как раз и нужны платформы. Платформы – это следующий шаг привычных нам сегодня «ВКонтаке», Facebook и т. п. В социальных сетях люди просто общаются, а на платформах – ведут реальную совместную деятельность. Сегодня весь мир знает такие бизнес-платформы как Airbnb, Uber и т. п.[136] На 2017 г. намечен запуск таких же глобальных платформ для ЦА.
• инструменты обеспечения интеллектуального превосходства. Сегодня крупнейшие корпорации вкладывают огромные средства в нейронные сети, машинное обучение, интеллектуальных агентов и т. п. В конечном счете, это – своеобразные экспертные (вопрос-ответные) системы, которые могут взаимодействовать с человеком на естественном (обычном) языке. Наиболее наглядный пример – Watson корпорации IBM. Однако и эта уникальная интеллектуальная система уже почти вчерашний день. На подходе более эффективные. В настоящее время они используются в полном объеме исключительно органами государственной власти, разведывательным и военным сообществами, крупным бизнесом. Уже с прошлого года IBM начала предоставлять всем желающим API Watson для создания клиент-серверных приложений. Известно, что в ближайшие месяцы планируется предоставить в распоряжение ЦА подобные системы, специально ориентированные на политические и социальные акции.
В 2016 г. начался подлинный бум программных интеллектуальных агентов, так называемых И-ботов. Интеллектуальные боты, способные, чем дальше, тем больше управляться голосом, выполняют роль полноценных интеллектуальных помощников, выискивая нужную информацию, оставляя сообщения, сортируя поступающую корреспонденцию, извлекая те или иные сведения из баз данных. В настоящее время в США и Западной Европе уже сотни компаний либо выпустили, либо вот-вот выпустят в свет интеллектуальных ботов. Есть в их числе и специализированные боты в помощь цифровым активистам.
В результате, правоохранители небольшого города, противодействующие массовым волнениям, в которых будут участвовать цифровые активисты, будут бороться не с протестантами и нарушителями общественного порядка, а с глобальной сетью цифровых активистов, вооруженных мощнейшими интеллектуальными инструментами, находящимися в собственности крупнейших корпораций.
Сейчас в основном в США, а также в Великобритании, Швеции, Голландии действует большое количество структур, занимающихся поддержкой ЦА. Непосредственно она оказывается, прежде всего, через благотворительные фонды, университеты и т. п. В своем большинстве они тесно связаны с крупнейшими IT корпорациями и разведывательным сообществом. Чтобы понять масштабы и интенсивность этой работы приведу несколько цифр.
На сегодняшний день выявлено, описано и задокументировано в учебных материалах, видеолекциях и т. п. 27 эффективных технологий ЦА. С каждым месяцем их число пополняется. В зависимости от конкретной задачи, определенной обстановки и ресурсов, из этого конструктора цифровые активисты могут собирать конкретную конфигурацию, наиболее подходящую для достижения конкретной цели. Есть почти 60 коммуникационных и информационных программ и приложений, которыми могут пользоваться цифровые активисты. В сети размещены специальные ресурсы, где они в режиме реального времени классифицируются, документируются и предоставляются для скачивания. До конца этого и в следующем году имеется в виду запустить три глобальные платформы ЦА с поддержкой на многих языках мира, включая русский. Уже в этом году должны быть созданы первые интеллектуальные агенты для ЦА. Это сервисы, которые позволяют использовать имеющиеся информационно-аналитические базы, а также возможности так называемого искусственного интеллекта для нужд политической борьбы ЦА.
