экипировке, ожидая беспорядков, которые никогда не произошли.
Это было летом 1965 года, я думаю. Я был жестким парнем. Мне было шестнадцать с половиной лет.
За время моего пребывания в школе я не видел Фримена слишком часто. По его записям, он пришел ко мне в гости однажды. Я не помню об этом, но он описал это в своих записях. “Сегодня вечером я видел Говарда в Школе Ранчо Линда”, написал Фримен 23 апреля 1964 года.
Он, конечно, самый высокий и, возможно, один из старших среди мальчиков. Говорят, что он делает очень хорошие успехи в самоконтроле и держит младших мальчиков в узде. Его отец и мачеха навещают его примерно каждую неделю, но редко забирают его домой. В доме произошли большие изменения… так как Говард больше не присутствует, его деструктивное влияние позволило семье воссоединиться. Старший сын гораздо лучше успевает в школе, а младший сын перестал мочиться в постель и видеть ночные кошмары. Мистер и миссис Далли кажутся находящимися в более мирных отношениях, чем раньше.
Лу навестила Фримена в октябре 1965 года. Он написал:
Миссис Далли говорит мне, что Говард теперь 6‘4’‘, настоящая жердь, на два дюйма выше её мужа, и не был дома с Рождества, что было для него и для семьи довольно расстроительно. Ему было разрешено выйти на два дня 24 и 25 ноября. Его отец навещает его два раза в месяц в дни посещения, и его отчеты довольно хороши, хотя иногда его ругают за поведение. Его последнее желание — получить больше знаний английского языка, обычно Говард на это не обращает внимания. Он проводит много времени в своем общежитии, где его огромный размер позволяет ему стать своего рода миротворцем. У него не было судорог. Он хорошо спит и хорошо ест. Говард говорит, что ему нравится в школе и хочет остаться там.
Наверное, я так бы и остался там, по крайней мере, до окончания школы. Но кое-что произошло, и Ранчо Линда закончилось очень просто.
Однажды утром, когда я готовился на завтрак, в комнату вошел советник. Он сказал: “Собери свои вещи. Ты уезжаешь”. Я не узнал сразу, что произошло. Я был слишком занят переживаниями о себе. Что со мной будет? Куда я еду? Домой? Если не домой, то куда? Я собрал свои вещи и ждал.
Все произошло потому, что после всех ночных посещений общежитий кто-то настучал. Одна из девушек пожаловалась. Может быть, она сказала своей семье. Может быть, ее семья сообщила школьным чиновникам — или угрожала официальной жалобой. В любом случае, некоторых студентов застукали во время секса в общежитиях.
Это стало большой историей. Заголовок одной из газет из Сан-Хосе гласил: СЕКС-ВЕЧЕРИНКА В ШКОЛЕ — ЧЕТВЕРО ОТПРАВЛЕННЫХ В СЛЕДСТВЕННЫЙ ИЗОЛЯТОР. Заголовок другой газеты гласил: ВОСЕМЬ ОТПРАВЛЕННЫХ В СЛЕДСТВЕННЫЙ ИЗОЛЯТОР ПОСЛЕ ОРГИИ В РАНЧО ЛИНДЕ.
Детали были те же, за исключением количества людей.
“Четыре подростковых пары были арестованы в Хувенил Холл вчера в связи с тем, что сотрудники шерифа назвали сексуальной вечеринкой в общежитии для девочек в школе Ранчо Линда для детей с расстройствами”, - говорится во втором сообщении. “Четыре мальчика и четыре девочки в возрасте от 13 до 17 лет. Офицеры сообщили, что мальчики залезли в окно общежития…. Вечеринка закончилась, когда надзиратель обнаружил пары в кровати. Три девушки признались, что занимались сексом со своими партнерами.”
Это было 10 марта 1966 года. 22 марта 1966 года все закончилось. Заголовок гласил: ШКОЛА ДЛЯ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ ТЕРЯЕТ ЛИЦЕНЗИЮ ПОСЛЕ СЕКСУАЛЬНОЙ ВЕЧЕРИНКИ.
“Школа Ранчо Линда, где власти, как сообщается, обнаружили сексуальную вечеринку подростков две недели назад в общежитии для девочек, добровольно сдала свою лицензию в Департамент психического здоровья и сегодня перевела всех, кроме семи, из 150 подопечных в другие учреждения.”
Я думаю, что надзиратели могли знать все это время, что некоторые из детей шалили. Они точно знали, что происходит между мной и Аннетт. Они над этим шутили. Однажды я лежал больной в постели с ангиной и высокой температурой. Я не мог встать, чтобы поесть, поэтому они послали Аннет вниз с моим обедом на подносе. Это было пыткой! Мы были одни, но мы ничего не могли делать. В конце концов, шутка была на нашей стороне. Моя температура спала, и я почувствовал себя намного лучше, но никому не сказал об этом. Они продолжали посылать Аннет вниз с тем подносом, но теперь я чувствовал себя достаточно хорошо, чтобы что-то сделать, когда она приходила.
Я никогда не узнал, кто стукач, или кто был пойман, но потом я услышал, что тридцать из тридцати двух подростковых девушек в Ранчо Линда оказались беременными. В то время все, что я мог думать, было: как мы пропустили эти двоих?
Но это была не шутка. Ранчо Линда было лучшим, что случилось со мной за последнее время, и я не имел представления о том, как сильно мне не хватит ее, когда она исчезнет.
Следующее, что я помню, — это то, что я был опять в Центре содержания под стражей несовершеннолетних.
Задержать меня в Детской тюрьме не было возможности. Я не совершал преступления — я даже не был одним из тех, кого поймали в постели в Ранчо Линда. Меня ни в чем не обвиняли. Кроме того, я был почти взрослым. Это был апрель 1966 года, мне было семнадцать с половиной лет. Я был почти взрослым. Я был достаточно высоким и большим — шесть футов четыре дюйма, и, вероятно, около 180 фунтов весом. Я занимался спортом в Ранчо Линда, поэтому был физически подготовлен — не Джек Лаланн, но я был в хорошей форме. В фотографиях того времени я вижу чистоплотного парня с короткой стрижкой и узким спортивным пиджаком, и с небольшим недовольным выражением лица. В большинстве фотографий этого периода у меня на лице выражение насмешки. Не совсем улыбка, не совсем хмурое лицо. Просто вид, который говорит: “Я что это все просто тупая шутка”.
Казалось, это была шутка. Казалось, моя мечта о том, чтобы попасть в армию, сбылась. Теперь я прошел свой срок в армии и мне дали отпуск. Я возвращался к гражданской жизни и снова ходил по улицам с другими гражданами. Но я не мог вернуться домой. Несмотря на отчеты Фримена о моем продолжающемся прогрессе и на то, что я смог прожить несколько лет в Ранчо Линда,
