— Я никак не могу взять в толк, почему ты разрешил Соперу заиметь собственное тавро, — неожиданно заговорил Эд. — Странно все это как-то, хотя я, конечно, в таких делах не силен. Тебе виднее.
Спарр резко повернулся к нему.
— Что! Тавро Сопера?
— Ну да. «Сэкл С».
— Это мое тавро, а не Сопера. Он только зарегистрировал его для меня.
— Кажется, он обманул тебя, Авери. Я сам своими глазами видел записи в книгах. Сопер записал этот знак на свое имя.
Пронзительный взгляд Авери Спарра был холоден и страшен. Как же он мог так ошибаться, доверяя этой гладко выбритой крысе! Ему бы и самому уже давно следовало догадаться, что что-то здесь не так. Но ведь Гофф так хорошо отзывался о нем, а уж Гоффу-то можно было верить, он ведь всегда был надежным парнем... Или нет?.. А может, он тоже был заодно с Сопером?!
— Спасибо, Эд, — тихо сказал Спарр. — Мне кажется, что нам пора избавляться от разных там вонючих предателей в нашей команде.
— В том нет нужды, — тихо проговорил Фрамсон, — хуже Сопера не было никого. Я решил, что это ты сам все так задумал. Никогда бы не смог себе даже представить, что он осмелился перейти тебе дорогу. Он же, сволочь, чертовски осторожен во всем.
Еще какое-то время они ехали молча, а затем увидели приближающегося к ним всадника. Это был Сайм Тэтчер.
Увидев Тэтчера, Спарр был готов лопнуть от злости, и казалось, что вся злоба, которой его наделила природа, теперь начинала выплескиваться наружу.
— Глянь, а вот и тот шакал с «Т Бар»! — желчно прошипел он. — Кажется, на этот раз нам как никогда повезло!
Тэтчер остановился перед грозно возвышающимися в седлах всадниками. Он был бледен.
— Лучше побереги это, — посоветовал он, увидев, что Спарр уже взялся за винтовку, — тебе она еще очень пригодится!
— Это отчего же так? — Спарр сурово сдвинулся брови. — Что это ты еще имеешь в виду?
Сайм Тэтчер улыбнулся в ответ.
— Все конечно, Спарр. Тони Куас только попробовал наставить пушку на тех двоих друзей Хопалонга, как сам тут же был убит. Хэнка Линдона, правда, отпустили, и теперь он уже очень далеко от этих мест. А трупы четверых друзей Сопера все еще лежат в каньоне Индюшиных Родников. Хопалонг же благополучно перебрался через горы, Джорданы тоже с ним, все целы и невредимы. Затем в Альме он разогнал притон «У Орла» и вышиб из тех мест всю шайку. Они разбежались во все стороны, словно крысы с тонущего корабля!
— Врешь! — лицо Спарра было искажено гримасой ненависти.
— К чему мне врать тебе? Нет, все это действительно так. Хоппи убил двух твоих людей у Серебряной реки. Сейчас он возвращается сюда. И теперь уж он сам начнет охотиться за тобой. А Джорданы в Альме будут в полной безопасности.
Авери Спарр с горечью смотрел на свои большие руки. Это конец! Остается только одно. Первым делом он прикончит Сопера, а затем быстро сгонит весь скот, сколько ему только удастся собрать, и уведет все это стадо через границу, в Мексику. И пусть все в конце концов после этого думают, что он просто обыкновенный вор.
Ну нет, он еще мог сделать тут кое-что. Он мог убить Хопалонга Кэссиди, первопричину всех своих неудач. Точно, вот именно этим он и займется. И сделает это завтра же.
Глава 13
Кровь на снегу
Если люди Спарра могли добираться на запад, сменяя по дороге уставших лошадей, то Хопалонг Кэссиди по пути на восток поступал точно так же. Для начала Док Бентон дал ему сильного гнедого жеребца, который, наверное, уже застоялся в стойле и был не прочь снова выйти поразмяться. Путь Хопалонга лежал к северу от Альмы, через каньон и потом через Пласу. По дороге он постоянно пришпоривал коня, и на горной дороге ему навстречу неожиданно попался ковбой, направляющийся куда-то в сторону юга. Хопалонг обменялся с ним лошадьми, пообещав оставить его коня в Пласе, и дальше он отправился на не успевшем еще устать коне стального цвета. На ранчо у Негрито он снова сменил коня, получив взамен быстроногого вороного коня. На этом вороном он и въехал в Хорс-Спрингс. По пути Хопалонгу удалось также поспать часа три в одной хижине на Негрито, так что в Хорс-Спрингсе он был уже рано утром на следующий день после отъезда из Альмы.
Улица была совершенно пуста. «Старый загон» был открыт, а сам Тейлет бесцельно слонялся по салуну. Хопалонг вошел в заведение, и Тейлет обернулся ему навстречу. При одном только виде Хопалонга все похожее на огромную грушу тело Тейлета начало заметно дрожать.
— А из города всех как ветром сдуло. Видно, догадались они, что скоро здесь что-то произойдет, — сказал Тейлет в ответ на немедленно заданный Кэссиди вопрос.
— А Коннор где?
— Тоже уехал! — Тейлет облокотился о стойку бара. — Послушай, Кэссиди, я старый человек. Не отбирай у меня мое заведение и не выгоняй меня отсюда. Я знаю, каков ты в гневе, поэтому и прошу, оставь меня. Хорошо?
— Ну, ладно... Но ты во все эти дела не суйся, понял? Только один намек на то, что продолжаешь вязаться хоть с кем-нибудь из шайки Спарра и тебе тоже достанется сполна всего того, что «Орел» уже получил. Понял меня? — Хопалонг взглянул на перепуганного старика. Ты видел здесь Меските и Джонни Нельсона?
— Да. Они сейчас в городе. Здесь поблизости, наверное, завтракают в заведении «У матушки Бейкер». Если тебе сегодня не удалось еще позавтракать, то очень рекомендую. Это лучшее место во всем городе. Здесь, по соседству, а у меня — уж, извини, что так вышло, — сейчас повара здесь нет.
Хопалонг подошел к двери и быстро выглянул на улицу. В воздухе лениво кружились снежинки, но нигде не было видно ни души. А под ковром из белого снега этот город жуликов и бандитов выглядел даже почти привлекательным. Хотя было, наверное, несправедливым считать всех поголовно в этом городе преступниками, заметил про себя Хопалонг, что угодно, но только не это. Хороших людей на свете всегда больше, чем плохих, просто они незаметны, потому что никогда не поднимают шума и не привлекают к себе всеобщего внимания. И честно говоря, городок этот был совсем неплохим.
Хопалонг отправился в харчевню «У матушки Бейкер», толкнул дверь и вошел. Первым, кого он увидел, был Джонни, а рядом с Джонни сидел Меските.
Хопалонг заговорил, широко улыбаясь:
— Провались я на этом самом месте, если это не скиталец Джонни! А это кто еще сидит рядом с тобой?
— Да вот, такой же перекати-поле как и я сам. Занесло нас сюда попутным ветром. Парнишка еще много не знает, но определенная тяга к наукам имеется. Я решил поводить его по окрестностям, но он обязательно во что-нибудь да вляпается.
В глазах Меските загорелись озорные огоньки.
— Не обращай внимания на этого болтуна, Хоппи. Это он злился, потому что матушка мне положила самый большой кусок яблочного пирога.
