Читаем без скачивания Йога и Свобода. Власть - Вадим Запорожцев

И я понимаю да, в йоговский книжках пишут, что ты не есть тело, а теперь вот реальный есть способ убедиться в этом. Сказано в них, что ты не мысли и ощущения, уйдя на более глубинный комок ощущений нашего высшего «Я». Возникает способность уйти с более грубого, и фактор честности с самим собой, как бульдозер его сносит. Фактор честности он следующий: если я себя считаю чем-то, и будучи честным с самим собой, я начинаю делать себе очень больно. Это как если бы сносили дом вместе с жильцами. Живете вы в доме, а тут приехал бульдозер честности с самим собой и прет на вас, а вы и не знаете, что делать, то ли крышу держать, то ли стены подпирать. Это одна ситуация.

Другая ситуация, если я вышел из дома этого старого, обветшавшего, понимаю, что он должен быть уничтожен. И в этой ситуации, я расту.

Если мы сочетаем честность с самим собой с фактором нецепляния чего-то и не отталкивания чего-то, а выходим на новый уровень, то предыдущий уровень может быть безболезненно снесен. Нам от этого только легче. Этот эффект всех семинаров, тренингов. Сначала нужно вывести ваше представление о том, кем вы являетесь, которые вас порабощали, угнетали. А вот когда вывели ваше высшее из этих представлений, то уже можно эти представления безжалостно снести. Но не раньше, чем вы выйдете, иначе будет очень больно.

Вот такой вот фактор очень важный. Что же происходит при этом? Все таки у нас лекция Свобода и честность с собой. А происходит следующее. Как только вы выходите на более тонкий конгломерат ощущений, который ближе к нашему высшему «Я», а наше высшее «Я» свободно, то вы можете наблюдать, как сносится более грубый конгломерат ощущений, а после того, как он уже снесен, вы его заново не отстраиваете. Вы начинаете внутренне жить на более высоком уровне свободы, вы поднимаетесь на уровень более высокого осознания свободы, как следствие понимание своей изначальной свободы. А если вы осознаете свою свободу, значит вы уже можете ей воспользоваться. И вас уже никакие мысли не страшат. Если до этого та или иная ситуация вызывала у вас холодок, какие-то страхи, то после этого вы начинаете совсем по-другому смотреть.

Уволят с работы? – Ну и ладно, мне давно не хватало смелости самому уйти, мне помогли. Возникает возможность работать с предыдущими страхами, которые до этого нас буквально парализовали. Фактически получается, что внутренняя честность с самим собой – это отдельная страница нашей работы. Я напоминаю, что есть честность с внешним миром, а тут мы как бы открываем отдельную страницу честность во внутреннем мире. Как вы понимаете, нет четкой границы, где внешний мир, а где внутренний. Все разделения это иллюзия. Вот я здесь сижу и тело мое тут где-то закончилось – это иллюзия. На самом деле я непрерывен во всей Вселенной. Тот факт, что я привык себя считать в рамках этого тела – это иллюзия. И возникает другой метод применения честности с самим собой, уходить не во внутрь, от большего конгломерата ощущений, а наоборот в сторону расширения. Когда человек вдруг чувствует, что он больше, чем его тело, больше, чем его проявления, он как наблюдатель видит  –  вот он есть человечек, он читает лекцию, плохо читает или хорошо, но он как бы больше, чем этот человек.

Говорят, такой эффект наблюдается у хороших актеров на сцене, когда они исполняют ту или иную роль (Гамлета или еще какую-нибудь), у них возникает очень странное ощущение разотождествления с представлениями о самом себе. Они вдруг видят, что и они играют ту или иную роль, и в тоже самое время они видят, что они больше, чем этот человек, и видят себя с разных сторон на этой сцене. Это очень интересный эффект, который вызывает эйфарическое состояние у актеров. Настоящий актер в театре никогда не поменяет свою профессию ни на что, потому что он испытывают такую эйфорию от разотождествления с тем, чем он не являлся, столько с него спадает разного рода ограничений. Что многие из них под конец жизни так и писали в мемуарах, что моя жизнь была на сцене, все, что было вне сцены – это как сон, подготовка к тому времени, которое он проводил на сцене. Т.е. на сцене он жил, а все остальное время проходили какие-то другие физиологические процессы, обеспечивающие его жизнь на сцене. Когда я сейчас смотрю ту или иную передачу, про того или иного актера, где рассказывается, как ему плохо жилось, в коммуналке, жена ушла, денег нет, он спился и умер.

Когда я смотрю эти передачи, мне потом не хочется смотреть фильмы или постановки с этим актером, потому что я его представлял в одном, а мне тут какую-то «чернуху» подсовывают. И у меня невольные ассоциативные связи возникают, что на сцене он врал. А в реальности все было наоборот. На сцене он был настоящим, а врали передачи о личной жизни, о том, что от него жена ушла и т.п. По этой причине я предпочитаю не интересоваться личной жизнью актеров. Все что он может дать – он даст на сцене. Все, что за пределами сцены - не имеет отношение к его высшему «Я», которое творит. То же самое касается композиторов. Если мне нравиться какая-то музыка, то я совершенно не хочу знать, с кем переспал этот композитор, иначе я начну подменивать понятия.

Итак, мы говорили о честности с самим собой. Ты как бы чувствуешь себя собой, а так же всеми окружающими людьми, явлениями - всем, всем, всем, ты как кукла начинаешь как-то работать, и как зритель наблюдаешь за происходящим: вот здесь я сфальшивил, а вот здесь мог бы сыграть лучше. И эта критика наоборот не лишает тебя уверенности в себе, а дает повод поразмыслить, как сыграть в следующий раз. Хорошие актеры постоянно работают над собой. Иногда создается впечатление, что у настоящего актера жизнь протекает так: вот он сыграл на сцене, а потом банкет, запой, любовницы, и он опять сыграл на сцене. А на самом деле по-другому, актер всю свою жизнь работает над собой. Он прокручивает, как можно было бы сделать лучше.

Я хочу привести пример из индийской натья йоги,когда актриса давала представления, как правило, они связаны с танцами, такой вариант рита йоги, то зрители впадали в транс. Актер впадал в состояние близкое в самадхи, он переставал видеть зрителей и все вокруг, а зрители, которые на него смотрели, невольно сами погружались в состояние близкое к состоянию самадхи, то к чему быстрыми методами йоги нужно идти очень долго. А тут как бы дается возможность авансом взглянуть, что тебя ждет. Поэтому настоящий актер – это что-то запредельное. Только потому, что он выше, чем он сам, он честен с самим собой. Он играет, но он отдает себе отчет.

Врут ли дети?

Вопрос из зала: Когда врут дети, то взрослые говорят, что это плохо, ругают их, наказывают, но можно ли сказать, что дети врут, глядя на взрослых? И можно ли детей за это ругать? Нужно ли в раннем возрасте пресекать такие тенденции или нет?

Вадим Запорожцев: Понимаете, с взрослыми тяжело, а с детьми еще тяжелее. Собственно говоря, по своей природе ребенок не склонен врать. Почему мы врем? Потому что чего-то боимся. Ребенок еще очень маленький, чтобы чего-то бояться. В этой жизни он еще не успел приобрести негативный опыт, а наша Вселенная, очень добрая к нам, делает так, что при рождении мы забываем все эпизоды из прошлой жизни и это нам во благо. Говорят, почему мы не помним прошлых жизней? А зачем нам это помнить? От этого будет только хуже. Рождаясь, ребенок, как белый лист. И можно воспользоваться этой ситуацией, чтобы не дать предыдущей негативной карме всплыть. Резко в другую сторону направить, если присутствует какая-то негативная тенденция или наоборот, можно усилить нужную тенденцию. Так или иначе ребенок склонен быть честным. Другая же сторона, что ребенок, только лишь недавно перешел этот порог рождения, где наш грубый, застывший мир, такой неподвижный.

Но вообще мир очень интересный, есть такие аспекты мира, где все как в сновидении – постоянно меняется. В зависимости от того, что ты о чем-то подумал, на это отрефлексировал и мир. И ребенок, помня еще эти состояния, иногда начинает играть в какую-то игрушку и настолько себе ясно представляет, что он в тех или иных событиях, что для него нет сомнений, это реальность или это его как бы воображение. Для него нет четкой границы. Это для нас «старых маразматиков» существуют очень четкие границы: вот есть мир – тлена, а есть наша фантазия, но это только потому, что мы как бы уходим от жизни. А реальный мир – это где фантазия тут же воплощается в материю. А материя воплощается в другую фантазию, т.е. мир очень подвижный. И вот бедный ребенок попадает в эту неприятную ситуацию.

Иногда он не врет, он просто рассказывает свой внутренний мир, а мама и папа, которые живут совсем в других представлениях, говорят: «Да ты мне врешь, да ты все это придумал». Эта граница для ребенка, между его визуализацией и реальным миром – она размыта. И это нужно понимать, когда вы общаетесь с детьми, не требовать от них такого же «маразма», в котором уже находимся мы - взрослые. Но в то же самое время нужно очень четко отслеживать, то чтобы называлось кармическими предрасположенностями к вранью. Но если вы даже увидели, что ребенок врет, не спешите говорить: «ты соврал», потому что это ни к чему не приведет, спешите понять – чего он боится. Сначала устраните, то чего он боится, а потом тыкайте его носом. Только тыкать не придется, он перестанет врать. Работать нужно не со следствием, а с причиной. Иначе, если ребенка один раз тыкнуть в его вранье, второй раз, он в итоге замкнется в своем внутреннем мире и будет врать более изощренно, чтобы вы ни о чем не догадались. И вы ничего не достигнете.