Читаем без скачивания Подарок для дочери (СИ) - Любимая Татьяна

Мальчишка несколько секунд смотрит мне прямо в глаза. Проверяет – не шучу ли. И едва я успеваю раскрыть руки, чтобы обнять его, он сам кидается мне на шею, обнимает крепко–крепко.

– Плавда? – шепчет на ухо.

– Правда–правда!

---

Эпилог 1. "У нас будет малыш"

Катя

– Мне кажется, эта Снегурочка хряпнула лишнего, – Глеб, обнимая меня сзади, говорит на ушко, чтобы его никто не услышал.

– Это не Снегурочка, – вдыхая его аромат, слегка закатываю глаза от удовольствия. Запах любимого мужчины намного ярче и приятнее запаха шоколада, ванили, других ароматизаторов, невидимым плотным облаком окутавшим "Орхидею". – Это принцесса Эльза из мультфильма "Холодное сердце" – любимая героиня всех маленьких девочек.

– Ты уверена, что она принцесса? Разве принцессам можно столько бухать?

– Глеб! – разворачиваясь, хихикаю ему в плечо. – Я знаю, почему ты ее так не любишь!

– Интересно, почему? – невинно хлопает ресницами мой красавчик.

– У Янки есть такая кукла. Паша подарил ей на день рождения, помнишь? Признайся, ты ревнуешь!

– Пф–ф, – фыркает муж. – Еще я к куклам не ревновал, – прекрасно понимает, что я не куклу имела в виду. – Но согласись, этой Эльзе явно плохо? Лицо опухшее и неестественного цвета.

– Соглашусь, торт испортили.

Правда, не понимаю, как можно некрасивый торт отправлять на конкурс. И был бы такой один, а то подобных бракованных несколько штук! И это в финале!

Переходим с Глебом к другому торту.

– А эту Барби пчелы покусали.

– Ой, все, – утыкаюсь в грудь мужа, еле сдерживая смех. – Вот уж не думала, что ты станешь знатоком прекрасного.

– Я женат на самом красивом и лучшем в мире кондитере, я видел и пробовал ее шедевры, ты думаешь, я не смогу отличить торт, сделанный с любовью от торта "на отвяжись"? Вот, кстати, смотри, мне кажется или человека–паука тоже испортили? Почему у него такая поза, будто он присел покакать?

Одного взгляда на фигурку на торте хватает, чтобы снова прыснуть со смеху. Бедный человек–паук, видели бы его его первоначальные создатели.

– Кхм–кхм, – раздается сзади голос Василия Викторовича. Оборачиваемся. – Вас тоже смущают шедевры ведущих сладкарниц области?

– Еще как, – Глеб оживился, встретив сообщника. – Я вот там, – машет головой назад, – видел горгульи вместо волос. Мне показалось, они шевелятся. Ну я серьезно, как это есть? Как дарить детям? Они же описаются от страха.

Пока мужчины не увлеклись детальным обсуждением конкурса, меняю тему разговора.

– Василий Викторович, а где ваш торт?

– Хитренькая. Так я тебе и сказал, – озорно щурится, улыбаясь, коллега.

– Да ладно вам, я и так догадалась какой ваш. У каждого торта есть свой почерк, я ваш сразу узнала. Еще видела торт Игната и Кристины.

– А мне почему не показала где чьи? За кого мне голосовать? – обижено нахмурился Глеб.

– Голосуй за тот, который больше всего тебе понравился. На то и придумали такие условия, чтобы все по–честному было.

– Представляешь, Василий Викторович, Катерина мне даже свой торт не показала! – жалуется муж.

– Да ну? – еще больше удивляется коллега.

Делаю ему большие глаза, чтобы не вздумал проболтаться. Василий Викторович, как и я, тоже может узнать руку кондитера по почерку. Мне вообще показалось, что все догадались какой торт мой, только любимый еще не понял. Но я честно храню интригу.

– Ну да, – тяжело вздыхает Глеб.

Даже жаль его и едва сдерживаюсь, чтобы не подсказать.

Втроем идем дальше вдоль столов, успевая здороваться направо и налево. Среди посетителей много знакомых лиц, даже Роман Вертинский, который, как мне кажется, всерьез увлекся Диной. Моя помощница тоже тут, очаровательно трясет кудряшками и заразительно смеется, когда Рома ей что–то нашептывает на ушко.

Ксюха с Владом отдельной парочкой прохаживаются по ресторану. Илюшку оставили у нас под присмотром бабушки. Страшно представить, как Маргарита Павловна справляется с нашей бандой, но телефон молчит, значит, все хорошо. Надеюсь.

Киваю издали бывшим коллегам. Игната переманил к себе в ресторан Градов, а тот забрал с собой Кристину. Оказывается, у них еще в Карамельке завязался роман, а я не замечала.

Атмосфера в "Орхидее" необычная. Не такая волшебная, как была на нашей с Глебом свадьбе, но тоже сказочная. Сегодня здесь изменилось все – от внутреннего убранства, до расположения столов и стульев. Народу тьма – от простых горожан до элиты и представителей власти. Играет легкая музыка, красиво, торжественно.

В Пашкином ресторане сегодня проходит последний этап конкурса кондитерского искусства. Главный приз – кубок Губернатора края и поездка на фестиваль сладостей во Францию. Спонсоры – рекламный журнал "Территория выбора", сам Градов, администрация и несколько крупных предприятий региона. Участников – несколько сотен на первых этапах и чуть больше тридцати в финале. От Карамельки сразу несколько представителей вышли в финал, в том числе и я.

Столы с кондитерскими изделиями стоят вкруговую. Кто хозяин каждого торта – известно только его изготовителю. Все остальное – строжайшая тайна. Для объективной оценки десерты–конкурсанты пронумерованы, а всем присутствующим выдали жетон, на котором нужно написать номер лучшего торта, и опустить этот жетон в специальный контейнер.

– Итак, друзья! – на импровизированной сцене появляется Павел Градов с микрофоном в руке. Он сегодня и гостеприимный хозяин, и организатор конкурса, и ведущий. Выглядит как всегда отпадно, словно голливудская звезда. А в помощниках у него, кто бы мог подумать, сама Кира Вертинская! Думаю, это не случайно.

– Голосование скоро закончится, – предупреждает Павел, – осталось десять минут до вскрытия нашего ящика Пандоры и подсчета голосов. Кто не успел определиться с номером – определяйтесь быстрее.

– Я не определился, – сокрушается Глеб. – Успеем сделать еще один круг?

– Конечно! Я тоже еще не выбрала.

Те торты, что нам не понравились от слова совсем, мы пропускаем, а вот возле интересных притормаживаем. Я метаюсь между тортом Игната и Василия Викторовича. Оба хороши. У Игната его любимая тема – спорт, и представил он торт в виде хоккейного поля. С воротами, вратарем, арбитрами и игроками на коньках и с шайбой. На лицах даже эмоции читаются. Ювелирная работа.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Василий Викторович в последнее время стал сентиментальным – ваяет свадебные торты, но такие, что дух захватывает. Трехъярусный, с нежнейшими, словно настоящими, кремовыми розами, с веточками и зелеными листочками. Частично на цветах лежит тончайшая кружевная сетка из мягкой карамели, словно небрежно брошенная вуаль. Очень красиво.

Отмечаю еще несколько достойных работ. Можно будет попробовать переманить пару кондитеров в Карамельку.

– О, Глеб, смотри, твои любимые подшипники, – задерживаемся с мужем возле одного из тортов.

Круглая основа поделена на две зоны – розовую и голубую. В центре стоит искусно вылепленная детская коляска – с рюшами, погремушками, пупсом в чепчике внутри. Те самые подшипники встроены в колесики и погремушки по бокам торта. Вокруг коляски выложена буквами из белого шоколада надпись "У нас будет малыш".

– И правда подшипники, – усмехается Глеб, разглядывая. Ненадолго задумывается. – А знаешь, Кать, мне кажется, это достойная награды работа.

– Ты правда так считаешь? – вглядываюсь в лицо мужа. – Тебе нравится этот торт?

– Нравится. Не пафосно, не вычурно. Я бы даже сказал – трогательно. Пожалуй, я за него проголосую.

Одобряю выбор мужа, пишу на своем жетоне номер торта Василия Викторовича. Успеваем в последний момент скинуть наши голоса в ящик – его забирают для подсчета.

Через несколько минут на сцену выходят Павел и Кира. В который раз думаю, что из них вышла бы отличная пара.