артиллерии через Балканы, уборку раненых и другие второстепенные дела. Под Эски-Загрой болгарское ополчение проявило стойкость и доблесть, которые не уступали тем же качествам русских солдат. Поэтому, если в начале Забалканского похода(12) Гурко позволял себе еще пренебрежительно сомневаться в боевых качествах болгар-ополченцев, то после Эски-Загры даже Гурко вынужден был переменить свое мнение. Впоследствии при расформировании Передового, отряда Гурко в своем приказе так обращался к дружинникам по поводу боя под Эски-Загрой: «...это было первое дело, в котором вы сражались с врагом. И в этом деле вы сразу показали, себя такими героями, что вся русская армия может гордиться вами и сказать, что она не ошиблась послать в ряды ваши лучших своих офицеров. Вы ядро будущей болгарской армии. Пройдут года, и эта будущая болгарская армия с гордостью скажет: «Мы потомки славных защитников Эски-Загры»(13).
Гурко 31 июля не смог своевременно подойти на помощь своей правой колонне в Эски-Загру, так как 30 июля был связан действиями по захвату Ени-Загры, а 31 июля - действиями против Реуфа-паши.
Ени-Загру средняя и левая колонны Передового отряда захватили сравнительно легко. Три табора, оставленные в этом городе Реуфом-пашей и сосредоточенные на приспособленной к обороне железнодорожной станции, подверглись полному разгрому. Следует отметить, что в этом бою 14-й и 16-й стрелковые батальоны уже имели в качестве основы своего боевого порядка цепь и, наступая, открыли огонь с 800 шагов(14). В ночь на 31 июля главные силы Передового отряда провели в районе Долбоки, Карабунара (сев.), Кавликиоя. В 6:00 31 июля Передовой отряд начал движение на Эски-Загру; лишь четыре горных орудия с казачьей сотней были направлены на Хаинкиой для усиления его гарнизона.
Реуф-паша начал наступление на Эски-Загру 31 июля после 6:00, но сразу же был атакован с тыла казаками Курнакова. Эта атака заставила Реуфа-пашу прекратить наступление на Эски-Загру и перестроиться фронтом на восток, заняв позицию к югу от ени-загрского шоссе, восточнее Джуранлы.
Гурко развернул бригаду 9-й дивизии южнее шоссе и направил ее на правый фланг Реуфа-паши. 4-я стрелковая бригада после 10:00 была направлена на левый турецкий фланг. Отряд Реуфа-паши был разгромлен, остатки обращены в бегство.
Русские войска потеряли более 400 человек убитыми и ранеными, турки же - более 1200 человек.
Передовой отряд с конницей и 16-м стрелковым батальоном лишь после 14:00 смог двинуться к Эски-Загре на помощь правой колонне. Подойдя к Эски-Загре, Гурко увидел город в пламени, а севернее и южнее него - крупные силы турецких войск. Наличными силами атаковать эти войска он не решился, остальная же пехота подошла лишь к темноте. Гурко отвел войска к Долбоке. и заночевал; там он узнал о силах армии Сулеймана-паши и о судьбе правой колонны; кроме того, подсчет боеприпасов показал, что их осталось очень мало. В создавшейся обстановке дальнейшее наступление было бессмысленно, и Гурко решил отойти. К 3 августа Передовой отряд отошел к Хаинкиою. От отхода Передового отряда сильно пострадало болгарское население не только Эски-Загры, но и города Ени-Загры. Вошедшие в город турецкие войска учинили там страшные зверства. Избиению подверглась половина всего населения города - все те, кто не успел или не смог уйти с русскими войсками.
Вскоре после отхода к Хаинкиою Передовой отряд был расформирован, а его личный состав отведен на отдых к Тырнову. Оборона Хаинкиойского горного прохода была возложена на 33-й Елецкий пехотный полк, а оборона Шипкинского прохода - на Орловский пехотный полк и болгарское ополчение во главе с его начальником Столетовым.
Бои 31 июля примечательны во многих отношениях; особенно интересны они с точки зрения сравнения наступательной способности русской и турецкой армий в условиях отсутствия каких-либо укреплений. 31 июля до 15 000 турецкой пехоты, два эскадрона и 24 орудия Сулеймана-паши наступали на четыре дружины и два с половиной полка конницы (около 3500 человек) с 12 орудиями. Результаты - отход оборонявшихся был произведен в полном порядке с потерей 600 человек против 1 500 человек у наступавших турок. В этот же день девять с половиной батальонов (12 000- 13 000 человек) с 32 орудиями отряда Гурко, при некоторой поддержке в конце боя со стороны 15 эскадронов, наступали на 12 таборов и эскадронов (около 7000-8000 человек) с 22 орудиями Реуфа-паши. Результаты - полный разгром и паническое бегство оборонявшегося противника с потерей 1 200 человек против 400 человек у наступавших русских.
Имея почти пятикратное превосходство, турецкие войска добились худших результатов, чем русские получили при полуторном превосходстве. Это сравнение показывает, что в условиях отсутствия укреплений наступательная способность русских войск значительно превышала наступательную способность турецких войск.
Превосходство наступательной способности русских войск никак нельзя в полной мере приписать превосходству управления войсками со стороны высшего русского командования. Правда, Сулейман-паша не оказал помощи Реуф-паше, а Вессель-паша действовал вяло и т.п., но ведь и Гурко, и герцог Лейхтенбергский, и Раух в целом ряде случаев показали свое неумение правильно понять обстановку, сделать из нее нужные выводы и наладить управление.
Объяснить превосходство наступательных способностей русских войск можно только высокими боевыми качествами русских солдат, унтер-офицеров и отчасти строевого русского офицерского состава. Несомненно, что высокое тактическое искусство, упорство и доблесть таких передовых офицеров сражающейся русской армии, как Калитина, Попова, Столетова, Толстого, Барановского, Депрерадовича и многих других, сыграли в боях весьма положительную роль.
В целом весь Забалканский «набег» Передового отряда принес Русским войскам больше вреда, чем пользы. Сама идея этого набега была вздорна и бессмысленна, поскольку Передовой отряд не мог быть поддержан движением за Балканы главных сил Дунайской армии.
Первоначальная идея создания и использования Передового Отряда была взята из опыта войны 1828-1829 гг. Тогда Дибичу Забалканскому во главе 15-тысячного отряда удалось прорваться к Адрианополю. Но с того момента, как был нарушен план Обручева и вместо самостоятельной армии в 160 000 человек был создан слабый Передовой отряд, - заимствование из опыта войны 1828- 1829 гг. надо признать грубо механическим. Ведь и в 1829 г. Передовой отряд был также слаб по силам, что возбуждало у тогдашнего русского командования сильнейшие опасения за его судьбу; это обстоятельство было одной из причин, побудивших Николая I принять предложенный турками мир на условиях, далеко не полностью отвечавших его планам. Но в 1877 году высылка численно еще более слабого Передового отряда (первоначально - 12 тысяч человек) имела гораздо меньше шансов на успех; в 1877 году турецкая армия была уже регулярной и численно более сильной, притом вооруженной вполне современным оружием, дававшим большие преимущества обороне.
Осуществление этой
