"И того, чтобы найти себе нового волка" — сразу же влез Паци.— "Согласись, Элис, ваши отношения нельзя назвать устоявшимися. Так зачем цепляться за прошлое?"
"Он пару часов назад исчез! Какое прошлое? Нет уж, теперь я не уеду из Лейквуда, пока не разберусь во всем. Но ты всегда можешь вернуться домой, к моей любимой тётушке Ингрид ."
"Нет уж - два. Я же твой фамильяр, не должен надолго бросать свою ведьму. Но вопрос, как ты собираешься искать информацию, остаётся открытым."
Да, вопрос в самом деле хороший. Темный и на редкость скучный фургончик, какие обычно бывают у владельцев подобных ярмарок, нашелся быстро. И распахнутая дверь служила своего рода знаком, что можно заглянуть туда и разузнать все о представлении, но я пока не знала, как начать разговор.
С этакого: "Ты когда-нибудь мечтал, чтобы ведьма средних лет привязала тебя к стулу и пытала заклятиями? А это случилось! — и щелчок по столу волшебной палочкой? Или не искать сложных путей и потихоньку подпоить бедолагу зельем правды?"
"Родне своей его отдай — мигом признается!" — посоветовал Паци.
Вариант, конечно, действенный, но я все же честная, домашняя ведьма, а ещё — цивилизованная женщина. И все проблемы тоже должна решать цивилизованно.
Главное — напор, уверенность в своей правоте, и что-то настолько сумасшедшее, что лишит жертву дара речи. Хочешь поймать нечисть — действуй как нечисть!
Я влетела по ступеням, выставила Паци перед собой и с ходу выпалила:
— Кто написал сценарий к вашей постановке?
Тощий парень в бейсболка с оленьими рогами робко поднял руку вверх, а сидящий рядом с ним темнокожий здоровяк медленно встал и повернулся ко мне:
— Мэм, простите, сегодня мы не даём автографы.
— Украли сюжет моего романа — и пытаетесь откупиться автографом? — надеюсь, я выглядела достаточно грозно.— Завтра же здесь будет мой адвокат, литературный агент и редактор! Я засужу вас! Мой прекрасный роман, мое дитя, осколок моего сердца, украли и изгадили!
— Простите, — снова заговорил тот,что постарше, — но сценарии, точнее, его канва, были одним из условий, на которых ярмарке разрешат разместиться в Лейквуде. Более того, за эту постановку нам обещали дополнительный гонорар. Помощник местного мэра связался с нами и пригласил дать представление перед свадьбой его дочери. Заодно вручил наметки по сценарию постановки. А еще обещал добавить парочку аттракционов из своего личного парка.
Угу, поезд, похоронная процессия и Люси с кексом. Бедолагам бы понравилось! И почему я раньше не догадалась, что Грег не имеет отношения к этой ярмарке? Если в само приглашение еще можно было поверить, то в сценарии — уже нет.
— Сухие заметки, без капли литературности и чувства! — уточнил “рогатый”. — И без песен!
"Элис, намекни ему, что если и дальше будет думать, что главное в хорошей постановке — песни и чувства, а не девицы в обтягивающих костюмах, то до конца жизни так и не выберется из этого фургона!”
— Вы неверно расставили акценты, — чуть сократила я речь Паци. — Постановка по моему роману стала бы хитом сезона, а у вас вышла жалкая подделка!
Вторую часть добавила уже от себя, но судя по медитативной расслабленности этих двоих, сумасшедшие им попадались часто, а я в этом ряду — далеко не самая буйная.
— Хорошо, дайте изначальный вариант сценария, мы с агентом сравним их! — подытожила я.
Тощий еще попытался сопротивляться, а его начальник молча порылся в одном из ящиков и отдал мне стопку листов, с ровными, каллиграфическими буквами. Грег писал совершенно иначе, хотя тоже красиво. Но наклон, завитушки и их размер строк — совершенно иные. А еще от листов разило магией.
На всякий случай я поторопилась спрятать их в сумку, а то истают еще, после поинтересовалась:
— С вами уже расплатились?
— О да, сразу же. Наличными. Но и без этих денег мы заработали вполне достаточно. Лейквуд — золотая жила! Вот и славно. Их наличность того и гляди распадется темным дымом и исчезнет, вслед за нечистью. И я не хотела бы стать тем, кто принесет такую новость, поэтому быстро свернула разговор и поспешила к машине. Пацифик же тихо лежал на моих руках и даже не попросил себе еще немного еды. И правильно, иначе у меня скоро будет кот размером с Китай.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
“Это инстинкт самосохранения заставляет меня столько есть! Иначе сядешь нечаянно — и раздавишь в лепешку, ты-то себя в еде не ограничиваешь" — сразу же прокомментировал Пацифик.
Снова он давил на больную мозоль, но сейчас было точно не до намеков о ширине моих бедер: в сумке лежали те самые листы с написанным нечистью сценарием. Любопытство терзало так сильно, что я даже не закрыла дверь машины, сразу же начала читать.
Изложено в самом деле было сухо, без лишних украшательств и описании, и в целом довольно близко к тому, что показали на сцене. Небольшие расхождения нашлись в концовке: там Волчонок бросал Охотника в глубокую пропасть, на самом дне которой бродили неприкаянные души. После чего смеялся над поверженным другом и удалялся. на ходу сочиняя историю о своей победе. А Охотник так и остался бродить среди духов, лишенный возможности хотя бы краем глаза наблюдать за прошлой жизнью.
Если на месте пропасти представить другой мир, то выходило вполне логично: Хьюго даже по рассказам был не самым адекватным и приятным типом, за годы изгнания его характер вряд ли улучшился. А когда случилась битва с нечистью, Грег мог спихнуть обезумевшего бывшего вожака в разлом и изгнать вместе с нечистью, чтобы обезопасить жителей Лейквуда.
“Я тебя умоляю!" — сразу же оживился Пацифик. — “Добряк Макдугалл? Взял и запихнул своего почти-папочку в унылое место, где из развлечении огненные вихри, далекие звезды и парящие глыбы? Нет уж. Скорее бы он отправил бывшего альфу в тюрьму. За сотворения разлома тому бы светило лет пятнадцать. А вот когда нечисть победили, Хантер впервые над этим задумался и предпочел сбежать. Но ничего не забыл и выжидал удобной возможности отомстить."
И что может быть удобнее свадьбы единственной дочери Грега? Но логичнее было бы организовать громадный разлом и призвать в Лейквуд орды нечисти, а не уводить ту, что успела так отъесться. Не уверена, что мы и ее одну смогли бы легко победить.
“Вот и ответ на твои вопросы. Поищи своего волка заклинанием, ты же ведьма!"
— А ты определенно очень удачный слепок моей личности! Сама бы я не скоро до всего этого додумалась! — я почесала кота за ухом и почти согласилась заказать ему и пиццу. Да, раньше Пацифику постоянно становилось худо от человеческой еды, но с пробуждением силы фамильяра он будто преобразился.
“Никак тебе без самца рядом, никак! И про пиццу — отличная идея!"
Пока Пацифик довольно урчал и терся о мое плечо, Ник нагло открыл вторую дверь и умостился на пассажирское сиденье. Выглядел нынешний альфа весьма скверно: усталый, потрепанный, волосы с одной стороны торчат, с другой будто прилизаны гелем.
— Что? — рявкнул он. — Не ожидала? Думала, можно так просто куда-то деть Грега, взвалить на меня дела стаи и сбежать? Нет уж, дорогая Элис, сейчас ты быстро все расскажешь, а потом поможешь найти Макдугалла и вернуть его!
Его лицо сильно исказилось, стало похожим на звериную маску, клыки удлинились и торчали под верхней губой. Мне бы стало страшно, будь это кто-то другой, а не бестолковый волчонок.
Я наскоро сотворила заклинание, окутавшее руку жгучим зеленоватым пламенем, после схватила Ника за ухо и оттолкнула к самой двери:
— А теперь, малыш, ты выйдешь наружу, подумаешь над своим поведением, а после зайдешь снова и будешь вести себя так, как и положено юному джентльмену при встрече с более зрелой и опытной ведьмой. И с чего это такое беспокойство о Греге? Сам же мечтал занять его место. Теперь пользуйся!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
От моих слов Ник здорово скис и вернул себе обычный облик. Это еще хорошо, что я припарковалась в стороне от других машин и нашу небольшую потасовку никто не видел.
