не вздумай назвать меня наставником. Накажу. Несмотря на все свои усиления, бы бездарна и глупа. Не желаешь работать. Не видишь очевидного. Пусть тобой занимаются в Храме Скрона, мне ты больше не интересна. Теперь, мой единственный ученик, хочу знать, каким образом ты попал на арену Туманника и что ты там выяснил по поводу Близнецов? Причём первое мне куда как интересней.
Глава 16
— Ты не можешь от меня отказаться! — воскликнула Фарди, не давая мне даже слова произнести.
— Что значит «не можешь?», — ухмыльнулся мастер Мерам. — Я уже это сделал. Но не сейчас — когда вернёмся обратно в Храм Скрона. Сейчас ты всё ещё числишься моим студентом. Нет, слушателем курсов, так точнее. Но наставником называть меня больше не смей. Такого права у тебя нет.
— Храм Скрона и мастер Эльор тебе не позволит от меня отказаться! — вид у Карины был до невозможного забавный. Она злилась, но прекрасно понимала, что вся её злость бесполезна против того, кто стоит рядом с ней.
— Как будто я их спрашивать буду? — наставника явно забавляли эмоции Фарди. Он даже от меня отвернулся, словно позабыл о том, что хотел основательно допросить меня о Туманнике. — Единственный человек, к мнению которого я готов прислушаться, сказал не делать тебе никаких поблажек. Если кто-то из вас двоих будет неспособен продолжать обучение — гнать его взашей. Макс смог стать учеником, ты — нет. Ты не готова. Может быть потом, лет через двадцать, когда в тебе спесь сойдёт, когда ты свыкнешься со своей силой, своими способностями. Мастерство — это не параметры в модели развития. Не усиления. Это способность использовать то, что у тебя есть. Тебе дали много, но как всем этим пользоваться, не научили. Что меня, на самом деле, печалит. Вроде перспективная, настырная, упорная. Но нет — готова ради своих эмоций отринуть всё.
— Вы говорите о Кимале Саренто? — уточнил я, когда возникла пауза.
— О ком же ещё? Моим учеником этот юноша, к сожалению, не стал. Руны не его путь. Но это был крайне перспективный маг. Интересно было смотреть, как он рос, набирался сил, возмужал и, наконец, превратился в того, кем он является сейчас. Одного из влиятельных людей не только Заракской империи, но и в целом светлых земель. Даже Цитадель, и та прислушивается к его мнению.
— А как же ваш наставник? — не удержался я от вопроса. — Разве к его мнению вы бы не прислушивались?
— Если бы я знал, где его Свет носит — может быть и прислушался. Но я не слышал о нём уже сотню лет. Знаю, что жив, но на этом всё. Учитывая, как ловко он умеет менять личины, не удивлюсь, если ты, ученик Макс, внезапно окажешься им. Только для того, чтобы проверить меня. Так что нет — только Кималь Саренто, да и то не всегда. Только когда его советы будут совпадать с моими желаниями. Конкретно сейчас даже он не сможет заставить меня оставить Фарди в учениках. Не люблю бездарей.
— Я не бездарь, тупой ты старикашка! — эмоции захлестнули Карину. — То, что у меня не получается два символа, не говорит о том, что я ничего не умею! Я с лёгкостью сотру этого урода в порошок! Вы обещали нам дуэль, когда мы закончим обучение. Тоже будете отнекиваться, или исполните своё слово?
— Дуэль, Фарди, была обещана после окончания обучения вас обоих. То, что твоё обучение пришло к концу, не значит, что оно закончилось у Макса. Всё, меня начал утомлять этот разговор. До возвращения в Храм Скрона ты всё ещё являешься слушательницей моих курсов, так что наслаждайся последними мгновениями постижения мудрости. Ученик Макс, кто такие Близнецы?
— Думаю, это те, кто стоит перед бетой — этими длинными тварями. Находятся на двадцатом подземном уровне. Убить их простым способом не получится. У них иммунитет практически к любой магии, в том числе к символьной. Близнецы являются источником рунной магии. Она не станет на них действовать.
— Чушь! У тебя оружие из вирмы, что прекрасно режет существ в разломе. Туманник обвёл тебя вокруг пальца, ученик. Такова его функция — путать. Именно поэтому ему не задают вопросы — ответы на них не отражают истинного положения вещей. Туманник хорош тем, что через него можно добыть ценные ресурсы. Ты до какой волны дошёл?
— Двадцатой. Выше не стал. Всё же это первое посещение такого места.
— Двадцать волн? Интересно-интересно. Потом, в более спокойной обстановке, расскажешь, как ты это сделал. Я остановился на семнадцатой — символы не успевали появляться с той же скоростью, что твари на арене. Пришлось отступать. В следующий раз, когда соберёшься на арену, или попадёшь туда случайно, у тебя всё случайно происходит, бери предметы. Составь список и дай мне его на согласование. Глупо будет попасть в такое место и требовать какую-то безделушку.
Пояснять наставнику, что он не прав, я не стал. Раз он искренне считает, что сможет победить Близнецов, пусть думает. Разубеждать его не собираюсь. Если иномирцы сожрут и его, и Фарди, плакать не стану. Причём старика даже не останавливал тот факт, что символы не работали уже со мной! Иногда излишняя мудрость только вредит.
— Всё, засиделись мы здесь. Фарди, тащи сюда тело новой твари. Нужно узнать, где находится вход в подземные уровни.
Карина выполнила приказ мастера Мерама только со второй попытки. Вначале она отказалась, но после того, как несколько минут провалялась на земле, вся спесь прошла. Старый рунописец не церемонился — как только кто-то делал что-то, что ему не нравилось, тут же появлялись символы боли. Вся хвалёная устойчивость Карины к боли дала сбой. Она покорилась. Подняв высоченную тварь, мастер Мерам приступил к допросу. На этот раз он длился гораздо дольше обычного — тело простояло почти пять минут. Мы узнали не только точку входа, но даже примерный численный состав тварей в глубинах. Оказывается, Близнецы и последний, четвёртый вид иномирцев, это не одно и то же. Сильнейшие представители чужого мира находятся в подземелье, начиная с десятого уровня. Доступа обычным тварям туда нет. О том, кто такие Близнецы, бета тоже знал. Единственный раз права рука взлетела вверх, когда рунописец произнёс слово «бог». Для иномирцев Близнецы являлись богом. Источником их силы.
— Выдвигаемся. Макс первым, Фарди замыкает.
Остров оказался достаточно большим — километров десять в диаметре. Вход в подземную часть, как и водится во всех таких случаях, лежал в самом центре города. В какой-то момент я начал даже думать о
