ближайшей… Речке.
Если в машине и есть маяки, то под толщей воды они будут работать с перебоями. Если вообще будут. Поэтому я на всей скорости разгоралась и съехала в какую-то речку с моста, вырвав перила.
Из машины предусмотрительно выплыла и абсолютно мокрая и замёрзшая пошла к заправке. Там, вне зоны видимости камер, стала ждать. Какой-то мажор на крутой тачке подъехал сразу же.
Я заманила его своим несчастным внешним видом и вырубила, дав пистолетом по виску. Пока очухается, я уже благополучно доеду, куда мне надо, и брошу тачку.
Нацепила его темные очки, стащила кожанку на несколько размеров больше. Села за руль, и вот я уже почти в самом эпицентре. Слишком быстро, слишком хладнокровно для меня с бурей в душе. Но я кожей чувствовала, что надо торопиться! Как я и думала, все уже было оцеплено.
Вокруг ходили люди, и они явно не из органов правопорядка. От облегчения захотелось плакать. Потому что раз они здесь, то ребята могли быть живы. Значит, их искали.
Но искали и меня… Нырнула на соседнюю улицу. Я знала этот район. Не очень хорошо, но парикмахерскую рядом помню. Времени мало. Зашла к ним и тут же спросила парик, кисти.
Они не стали перечить. Просто дали все, что просила, и притихли. Крошечная парикмахерская и девушки, напуганные взрывом до смерти. Им повезло, что находились они в полуподвальном помещении и окна не выбило.
А так в ближайших зданиях все без стёкол осталось. У меня руки тряслись. Молодая девушка явно на последних сроках беременности осторожно села рядом и взяла у меня кисти для макияжа. Я прошептала только:
– Чтобы на себя похожа не была.
И она начала. Буквально минут двадцать, и из подвала выскользнула серая мышка с каштановыми волосами и осунувшимся лицом. Очень худым и хмурым. Дальше надо было проскользнуть вперёд.
Я знаю, там было одно место. Тупик. Если они и подорвались, то там. Сердце обливалось кровью. Неужели они просто не пожелали быть пойманными?
Загнанные в угол, уставшие и… Возможно, раненые. А я тут с маскарадом! Но соваться туда в том виде, что я была, форменное самоубийство.
Я должна убрать эмоции. Стереть волнение. У меня есть цель, и она вполне себе сформирована. Выжить. И найти ребят. В каком бы состоянии они ни были.
Благодаря маленькому росту я проскользнула вдоль мусорных баков. По дороге к тупику мне встретились трое. Один прошёл мимо с выражением раздражения на лице.
Ещё двое заметили меня. Я успела первой, но все же получила пулю в бедро. Костюмчик спас, но искры из глаз посыпались. Криворукие какие-то наёмники.
Но они явно брали числом. Я так поняла, большая часть уже слилась. Списали парней со счётов. Тем более никлому не хотелось светиться лишний раз, а тут всякой швали просто тьма.
Я затаилась. Прошло немало времени, пока снова стало темнеть. Боже, с моего аукциона почти сутки истекли! Не верилось даже. Двинулась дальше…
Вот он. Почти что тупик. Там сновали тени. Рыскали, переворачивали все вверх дном и ругались. Спорили. Один говорил, что парней на куски разорвало и теперь не видать награды.
Другой просто методично продолжал рассматривать обстановку. Они не видели меня, потому что уже прошло много времени со взрыва. Эти парни явно какие-то наёмники.
Увешанные оружием, опасные. Это не те мазилы, что попадались раньше. Совсем другой уровень, и они…
– Бек, я нашёл что-то. Иди-ка помоги! Если там сладкая парочка, то поделим пополам. Интересно, они сдохли или как…
Мороз прошёлся по коже. Они нашли их? Нашли? Это значило, что сейчас мне срочно надо придумать как вытащить парней и избавиться от этих двух. Мне, маленькой хрупкой девушке, что ещё недавно и стрелять-то не умела.
Можно было развернуться, убежать и никогда больше не вспоминать. В голову пришло, что сейчас я свободна, но… Я лишь стала продвигаться ближе. Лишь бы было кого спасать, остальное…
Глава 62. Зет
Мать твою, как больно-то! Башка гудит словно попала в центрифугу, и вращается так же. Или это не она вращается? Да что б меня… Контузия?!
Да после неё потом восстанавливаться хрен знает сколько! Это ж шатать будет, и башка болеть. Стоп. А почему вокруг темно? Попытался встать.
Но ничего, кроме желания блевануть, у меня не возникло. Место, где я находился, было очень тесным, до вырви глаз тёмным. А потом я начал вспоминать подробности того, как мы тут оказались.
Ну задница полная! И где этот мальчик с иголочки? Какого он решил, что может подорвать нас?
– Барс, холёная твоя задница. Если ты не сдох, то будь готов к тому, что я добью тебя…
Я думал сказать это эффектно в столь похожем на меня фирменном стиле. Но вышел какой-то странный хрип. Словно мне в рот стружки напихали.
И все бы ничего, ведь контузит меня далеко не в первый раз. Да вот только ответом мне была тишина. Он последним полез, сразу за мной? Почему я так плохо это помню, и где мы находимся, мать вашу?!
Злость на напарника просто вымораживала. Такие вещи не решаются с наскока! Нет, может, он в некотором роде и прав, но… Одни сплошные но!
На самом деле разговор с самим собой имел смысл только для того, чтобы отсрочить главный момент. Проверку тела на целостность. Ибо боль в нем была просто охренеть какой силы.
Осторожно попробовал пошевелить головой. Ну сойдёт. Что-то там трепыхается. Затем руки. Их оторвать получилось с диким стоном. Походу, я знатно обгорел. Но как?
А затем в ход пошли ноги. Ну такое себе удовольствие, тем более что левую я сдвинуть с места не мог. Боль была такой силы, что даже лёжа у меня все закружилось перед глазами и искры из глаз посыпались.
Зато, судя по ощущениям и боли, ноги целые. Без фанатизма стал пытаться приподняться. Мы то ли в подвале каком были, то ли в погребе. Как я
